Софья могла бы быть более откровенной, если пришла за помощью. Но, похоже, что она пришла выяснить, видела ли Ирэн её сына, сопоставила ли она внешность мальчика с тем, кто может быть его отцом.
Поэтому: —нет, даже, если и видела, то не помню.
На прощание Софья, грустно улыбнувшись, сказала:
— Я мечтала, что мы с вами станет подругами
Ирэн не стала ничего говорить, просто молча кивнула и попросила дворецкого проводить княгиню к выходу.
Виленский вышел сразу, как только за Софьей закрылась дверь.
— Странный визит, —сказал он
Ирэн ответила: — Я думаю, что, скорее всего, её послал отец, чтобы узнать успела ли я разглядеть мальчика, и что собираюсь делать.
— Ирэн, — Виленский тяжело вздохнул и снова перешёл на вы, — постарайтесь никуда не выезжать, даже со своей огромной охраной. От бомбы не спасёт и сотня казаков.
— Я сейчас поеду в Кремль, если смогу я приеду вечером.
Сделал шаг по направлению в Ирэн, как будто хотел её обнять, но в последний момент просто качнулся туда-обратно, и коротко поклонившись, вышел из кабинета.
— Ну что за мужик нерешительный, — подумала Ирина, — мы же с ним почти что в засаде вдвоём сидели, мог бы и поцеловать. Почему-то захотелось узнать, как Виленский целуется.
***
Давид Дадиани в парадной черкесске красного цвета мчался на пролётке в сторону дома княжны Обуховой, вернее в сторону парка, расположенного недалеко от дома княжны.
Вчера он получил послание, в котором говорилось, что княжна будет прогуливаться по парку около полудня. Пока еще официально помолвку не подтвердили и не опубликовали объявление. Поэтому он не мог прийти и забрать её из дома на прогулку.
Бабико только готовила документы, хотя вчера всё удалось обговорить с братом княжны, который оказался отличным офицером. Давид сразу увидел, откуда в Софье такие черты характера. Да и бабушке она понравилась.
Даже показалось, что они уже встречались, но ни одна, ни вторая этого не подтвердили.
Давид скучал, горячая кровь играла в жилах горца и каждое мгновение вдали от любимой разрывало сердце. Поэтому он приехал гораздо раньше полудня. Ему хотелось уже быть там, когда она только войдёт в парк, чтобы «случайно» встретиться с ней на аллее.
Те, кто сидели в засаде, чтобы убить князя Дадиани и тем самым спровоцировать конфликт между княжеским домом и императором Стоглавой, тоже прибыли в парк раньше. Они заняли весьма удобную позицию, с которой хорошо просматривалась главная аллея.
Когда выбирали способ, которым должны были убить князя, то остановились на бомбе, это было излюбленное средство террористов в Стоглавой. И можно было подложить записку, в которой бы обозначилась межнациональная причина.
Но княжна Софья, тоже не отличалась спокойным характером и, поэтому проснувшаяся сегодня ни свет ни заря, спешила и в результате вместе с компаньонкой тоже входила в парк раньше, чем это было обозначено в записке.
Князь увидел княжну издалека. Они двигались навстречу друг другу с разных концов парковой аллеи.
Князь ускорился и когда до княжны, которая улыбалась ему так, что казалось солнце светило ярче, оставалось всего пара десятком метров, раздался взрыв.
Князь увидел, как белый свет, словно стена, закрывает от него его прекрасную невесту, исчезли звуки, и последнее, что увидел Давид был кусочек неба, синего, как глаза Софьи.
Дорогие мои!
Хочу поблагодарить вас за поддержку! Зачитывюсь вашими комментариями! Они дают такую силу! История Ирэн продолжается, но если вдруг она не будет умещаться в одну книгу, то я обязательно придумаю ещё одну.
(и не переживайте сильно, всё будет хорошо)
С любовью, Ваша Адель
Глава 35.
Несколько часов назад. Дом князя Обухова
Софья встала ни свет ни заря. Ну ещё бы, сегодня у неё свидание, да ещё и тайное. Она сама всё устроила. Она вообще считала, что всё надо брать в свои руки, как Ирэн Виленская.
А то брат занялся её помолвкой, чуть на всю империю не опозорились, хорошо ещё, что Балашов погиб как герой.
А она вот себе какого красавца-князя нашла. Теперь надо, чтобы он её ещё сильнее полюбил, а для этого думать должен только о ней.
Вот с этими мыслями Софья и написала вчера Давиду записку, что будет прогуливаться в парке, у прудов за своим домом, примерно в полдень.
Но почему-то вместо того, чтобы выспаться, проснулась почти с рассветом, и вот что теперь делать, как дождаться времени, которое сама же и назначила.
Время, как назло, тянулось медленно. Она уже столько дел переделала: померила два платья, позавтракала, ответила на всю корреспонденцию, прочитала новости.
В новостях освещалось, что какая-то мадам Окри, известный на всю Еуропу медиум, арестована и будет депортирована из страны, в связи с тем, что применяла запрещённые травы и травила своих клиентов.
—Вот никогда не любила это всё гадание и спиритизм, — подумала Софья, — во всём есть трезвый расчёт и логика.
Эти мысли настолько не вязались с нежным образом Софьи, что если бы их кто-то услышал, то он явно получил бы потрясение.
Наконец, когда было уже половина одиннадцатого, Софья не выдержала и приказала собираться.
В одиннадцать Софья и сопровождающая её компаньонка степенно шли к парку. К сожалению, идти до него даже медленным шагом было всего минут десять. Но когда они вошли на главную аллею, ещё почти пустую, обычно московская аристократия вставала гораздо позже, Софья увидела на другом конце аллеи своего князя.
Какой он был красивый, в ярко красной черкесске, чёрные кудри трепал лёгкий ветерок. Он тоже заметил Софью и широко улыбнулся.
Идущая рядом компаньонка, спросила:
— А кто это там, уж не жених ли ваш князь Дадиани?
—Где? — спросила широко улыбающаяся Софья,
— Да вот же, там в начале аллеи, — показала рукой компаньонка
— И вправду, князь Дадиани, — постаралась не рассмеяться Софья.
Потому что настроение у неё поднялось. Он тоже приехал раньше, он тоже еле выдержал время, чтобы только увидеть её. И Софья непроизвольно стала идти быстрее.
Она видела, что и князь ускорился, но сдерживал себя, стараясь не перейти на бег.
И когда между ними оставалось совсем немного, вдруг раздался взрыв. Софья с ужасом увидела, как что-то горящее летит в сторону князя. Но князь успевает выхватить огромную шашку из ножен и ударяет по этому предмету. Предмет подпрыгивает и где-то в воздухе, вдруг, словно зловещий фейерверк рассыпается огненными искрами с неприятным оглушительным хлопком.
Она увидела, как князя отбрасывает назад, и он падает, не выпуская шашку из руки. Откуда-то раздался пронзительный женский крик. Только через секунду Софья поняла, что это кричит она.
Софья бросилась к князю, компаньонка попыталась её удержать, но ей это не удалось. Кто может удержать Софью Обухову? Только если брат.
Софья подбежала к лежащему на земле Давиду. Никаких больших ран она не увидела, только лицо было посечено как будто мелкими осколками, но глаза вроде были целы. Она упала на колени на землю рядом с ним, не жалея платья, которое ещё час назад с такой тщательностью выбирала, и стала ощупывать князя. Если он цел, то почему лежит без движения. В районе груди ей показалось, что черкесска влажная и подняв ладонь она с ужасом увидела, что та в крови. В глазах потемнело, но княжна точно знала, что если она упадёт в обморок, то князю больше никто не поможет. Поэтому она сильно вдохнула и начала выдыхать как учил её брат, считая, и пропуская воздух на каждую нечётную цифру.
Кто-то тронул её за плечо. Софья повернулась, это оказалась компаньонка:
— Софья Павловна, вставайте, нельзя вам, увидит кто
Софье захотелось её ударить. Но она только приказала:
— Не стойте, идите за помощью, наймите извозчика, мы перенесем князя в наш дом