— Ты… не веришь мне?!
— Я похож на дурака? — он двинулся в мою сторону, — ну так, о чем ты хотела поговорить, Лил? Я тебя очень внимательно слушаю.
Сейчас он больше всего походил на тигра, неспешно подбирающегося к жертве.
— Не играй со мной, Даррен! — предупредила я, но попятилась.
— Что ты, милая. Как я могу? У нас ты мастер по играм. Разве нет?
Мне не нравился его взгляд. Он скользил, будто раздевая, срезая с меня слой за слоем, пытаясь обнажить то, что я скрывала ото всех.
— Прекрати.
— Я ничего не делаю, — он не остановился, его взгляд продолжал давить все сильнее.
— Прекрати, — толкнула его в грудь, едва не обжегшись о горячую кожу, — иначе…
Светлый перехватил мои руки, не позволив отпрянуть. Сильнее прижал к своей груди:
— Иначе что, Лил? Убьешь меня? — он отпустил одну руку, с убийственной нежностью провел по моим волосам и остановился на ленточке, которая с сегодняшнего утра полностью восстановила свою длину, избавившись от паленого края, — Ты ведь уверена, что тебе это по силам.
Не уверена.
Я смотрела на него и не понимала. Ни себя, ни его, ни того, что происходило.
Все тот же Даррен, Светлый высокого уровня, за спиной которого магическим взглядом можно было увидеть белоснежные фантомы крыльев.
И в то же время появилось ощущение, что это неправда. Что я вижу его не полностью не до конца. Почему?
Взгляд метался по широкой груди, поднимался выше, скользя по резко очерченным ключицам и мощным плечам.
Потом падал вниз на плоский живот с внушительными порожками пресса и темной полосой волос, спускающихся ниже. Под край брюк, перехваченных красным поясом.
Тряпка, которую я видела сто раз, впервые привлекла мое внимание. Я протянула руку, но не коснулась, замерев в сантиметре от цели.
Артефакт, такой же как мой. Емкость для скрытия силы. Сколько там? Сколько он слил, раз уровень остался настолько высоким?!
— Кто ты? — голос не слушался.
— А ты? — Даррен подступил ближе, — кто ты такая?
Я сделала шаг назад. Раздался тихий смешок:
— В чем дело, Лил? Испугалась?
— Нет.
— Нет… — эхом повторил он, — а должна была. Любой бы испугался. Но ты ведь не любая? Не прячешься, не сдаешься, и страх не для тебя. О чем ты сейчас думаешь?
Надвигаясь, он вынудил отступить меня в самый угол.
— Молчишь? Тогда я отвечу за тебя. Думаешь о том, как будешь убивать, если я переступлю черту. Просчитываешь, кто из нас быстрее, кто сильнее, кто ударит первым.
— Ты ошибаешься, Светлый, — впервые я обратилась к его сути.
О был не прав, я все-таки боялась. Но не смерти, не сражения, не того, что близилось к безмятежному Сандер-Виллу. Я боялась, что придется схлестнутся с ним. Что причиню вред. Потеряю.
Эта мысль была неуместной, чужеродной, недостойной королевы. Но она была. Разъедала все сильнее, оставляя за собой выжженную долину. Пугала так сильно, что мороз полз вдоль хребта и поднимал волосы на затылке.
— Светлый? — Даррен улыбнулся, — может, и крылья мои видишь?
У него за спиной полыхнуло ослепительно белым. Два больших крыла неспешно качнулись и поднялись, выходя за пределы комнаты, а потом сомкнулись вокруг нас, словно кокон.
— Видишь, — уже не спрашивал, — всегда видела, да? Хоть и не должна была. Никто не должен был. Так кто ты, Лил? Ты так хорошо спрятала свои силы, что я не чувствую их… Но и без них дурею.
Оперевшись в стену по обе стороны от моей головы, он склонился ближе. Глаза в глаза. И дурацкое сердце, не знавшее ни пощады, ни сомнений дрогнуло, пугаясь собственной слабости.
Я совершила непростительную ошибку, вторгнувшись в этот мир. Я влюбилась в того, с кем никогда не смогу быть. Потому что его крылья белые, как первый снег, а моих уже нет, а если бы были – то темнее самой темной ночи.
— Если хочешь спасти жителей, то сейчас самое время этим заняться, — прохрипела я, пытаясь перевести тему.
— А ты хочешь их спасти?
— Мне все равно.
— Врешь, — он провел кончиками пальцев по моей щеке, — твое вранье в отличие от твоих сил я прекрасно чувствую. Тебе не плевать…
— Ошибаешься, Светлый, — я попыталась его оттолкнуть, но Даррен не шевельнулся.
Его близость обжигала. Воздуха не осталось. Вокруг нас бушевало белое пламя и лютая черная гроза.
— Даррен…
— Молчи, — прохрипел он, склоняясь еще ближе, — просто молчи.
— Не смей!
— Останови меня… если хочешь.
Я не хотела.
Я – Высший демон, он – странный Светлый, скрывающий свои силы. И наше притяжение — это самая неправильная вещь во Вселенной. У нас ничего нет: ни будущего, ни настоящего. Нас нет… и быть не может, но, когда он срывается, яростно и ненасытно обрушиваясь на мои губы, я подаюсь навстречу и пью его страсть жадными глотками.
Глава 52
Тут же захлестнула ярость Варраха, почувствовавшего состояние своей лаэль, а следом головокружение от нахлынувших сил. Ленточка в волосах начала едва заметно искриться. Ей уже не хватало емкости принять мои вернувшиеся силы.
— Довольно, — я уперлась в грудь Даррену.
Он смотрел на меня пьяным взглядом, дышал с хрипами. Я и сама была пьяна. Голова кружилась, внутри так сладко… но на языке расползалась горечь, потому что наше время вышло.
— Они почти здесь, — я выскользнула из кольца его рук.
В подтверждение моих слов земля задрожала, и хрупкое здание заходило ходуном, звеня трескающимися стеклами.
Я бросилась на улицу.
Там творился бедлам. Взявшиеся из ниоткуда сизые зимние тучи втянули небосвод, погасив ласковое солнце, но вместо снега из них посыпался пепел. По крышам зданий скакали синие искры, а земля под ногами стонала от боли. В полневшем беспамятстве по улицам метались перепуганные люди. Крики, плач, надрывно ржание лошадей и визг собак — все это смешалось в дикую какофонию. Кто-то бежал из города, кто-то в город, еще не понимая, что укрыться негде. Те, кто сюда рвался, спалят не только Сандер-Вилл и долину, они сокрушат весь этот слабый мир.
Расталкивая толпу, я бросилась туда, где напряжение чувствовалось сильнее — на главную площадь. Встав на колени, запустила пальцы в песок между камнями. Он гудел, сверкал от переполняющего его напряжения, и успокоить его у меня не получалось.
В небе среди туч закручивался серебристый вихрь. Его бешено вращающийся хвост потянулся к земле, втягивая в себя сначала мелкий мусор, потом куски отломанные от крыш.
Кто бы ни рвал пространство с той стороны, ему практически удалось добиться своей цели.
Крики становилось все громче, достигли своего предела и оборвались…
Вокруг все замерло – хлопья еще тлеющего пепла, незнакомый мужик, бегущий мимо меня, вздернутые порывом воздуха волосы.
Я и сама, будто угодила в лужу липкой патоки, гасящей движение. Медленно, через силу обернулась и увидела Светлого.
Его крылья сияли в сером хаосе. Еще не реальные, но уже почти осязаемые.
Он был все так же бос и в одних брюках. И на обнаженной груди приступали завитки древних рун.
Кто ты?
Мы встретились взглядами. В моем ширилось недоумение, с его пылало расплавленное золото.
Он развел руки, и с пальцев сорвались потоки света, заполняя собой все вокруг. Ослепляя. А когда они погасили, в городе не осталось никого из простых людей. Он, Светлые, пара слабых Темных, и я. Простых сметных Даррен перекинул в безопасное место.
Сердце забилось в сто раз быстрее.
Древнее заклинание, некогда спасавшее целые города от захватчиков… Не по силам оно простым Светлым.
Паладин? Они еще остались?!
Двор демонов веками охотился на них. Потому что никто, кроме паладинов, не мог противостоять им.
Стоит ему снять пояс, сдерживающий силу, и он почувствует кто я. Поймет, что крошка Лил — заклятый враг
И я испугалась. Не смерти, не битвы, а того, что в его глазах не останется тепла.
Вихри снова взревели, с яростным бешенством устремившись к земле. Их не остановить, не погасить, не уничтожить.