– Кать, будешь ещё коктейль? – трясёт меня за руку Леся. – Уснула что ли?
– Я в туалет, – быстро говорю я и резко встаю, поправляя подол своего короткого платья. Чёрт бы его попрал! Это Леся настояла, чтобы я купила именно его. Не говоря уже о том, что на мне надеты чулки, которые, наверняка, было видно из-под задравшегося кверху платья, пока я сидела.
– А коктейль-то будешь? – переспрашивает подруга.
– Заказывай, – бросаю я и устремляюсь по направлению к уборной, будто за мной гонится стая гиен.
Я долго стою над раковиной, пытаясь привести себя в чувства. Как я и ожидала, мои щёки просто горят огнём, и бесполезно стараться исправить это пудрой, завалявшейся в моей сумке. Что за детский сад? Будто на меня первый раз в жизни обратил внимание мужчина. Мне почти сорок лет, а веду себя как маленькая. Возьми себя в руки, тряпка! Пытаюсь себя успокоить. В двери стучат. Видимо, я задержалась тут слишком долго. Быстро машу руками на лицо, как веером, чтобы немного остыть, а потом быстро вылетаю, чуть не сшибив дверью стоящую рядом девушку, которая стучалась. Она что-то бубнит себе под нос, с недовольным видом, но я не обращаю на неё внимание – пру как танк. На секунду поворачиваюсь обратно в её сторону, чтобы сказать что-то колкое в ответ, и в этот момент впечатываюсь в кого-то. Крепкие мужские руки сдавливают меня, а я машинально упираюсь своими в грудь того, кто встал у меня на пути.
– Ой, простите! – Я поднимаю глаза на мужчину и сердце начинает биться с удвоенной силой. Это именно тот парень, от взгляда которого я растаяла, как мороженое в жару. Не знаю, сколько мы смотрим друг другу в глаза, молча, но в какой-то момент у меня возникает ощущение, что я лёгкая и невесомая, словно пушинка. А может это потому, что мои ноги стали ватными? Или из-за электрического тока, проходящего от его груди по моим рукам?
– Ничего страшного, – наконец-то произносит он. – Не ушиблась?
Мы уже перешли на «ты»? Так быстро?
– Простите ещё раз, – пытаюсь оправдаться и одновременно отстраниться, но он ещё крепче меня прижимает, его бровь ползёт вверх. Он сводит меня с ума, заставляя мои извилины шевелиться. Что ещё нужно сказать, чтобы он, наконец, меня отпустил? – Я в порядке. Можете меня отпустить.
Говорю это с уверенностью, но боюсь упасть, когда он разожмёт руки, поэтому напрягаю все свои мышцы разом. Он тихонько ослабляет хватку, не теряя со мной зрительного контакта, и я выскальзываю из кольца его рук. По моему телу бегут мурашки, инстинктивно обвиваю себя руками. Только сейчас понимаю, на сколько он горячий.
– Ярослав. – Он протягивает свою руку для приветствия.
– Екатерина. – Протягиваю свою в ответ. Наши пальцы сплетаются на секунду, но этого достаточно, чтобы вновь почувствовать ураган эмоций внутри. Глупая наивная женщина… – Я, пожалуй, пойду. Меня наверно потеряли.
– Я знаю где искать, – улыбается он.
Я заставляю себя оторвать ноги от пола и иду обратно в зал. Уже издалека замечаю, что два столика, некогда стоявших рядом, успели соединить вместе. Девчонки тоже не теряли время даром. Вот влипла!
– А вот и виновница нашего праздника! Сегодня у неё день рождения! – громко скандирует Леся. Все взгляды устремляются на меня. Думаю о том, что убью её, если сама выживу после сегодняшней ночи. Выдавливаю из себя улыбку. Девчонки знакомят меня с новой компанией, и я принимаю от них поздравления. Утешаю себя тем, что они не сказали про мой развод. И на этом спасибо. Всё-таки, это безумие вполне можно назвать днём моего нового рождения, и, пожалуй, обведу его в календаре, чтобы отмечать каждый год.
Я смотрю на пустующий стул рядом. Ярослав явно задерживается. Теперь, когда всё само собой решилось без моего ведома, я не могу ни думать о том, что жизнь гораздо непредсказуема, чем кажется на самом деле. Не могу ни думать о нём. Это, как наваждение. Стоит один раз увидеть и ощутить и у тебя срывает крышу. В данном случае – напрочь. В дальнейшем я буду раз за разом прокручивать этот эпизод в голове, терзая своё сердце тем, что нужно было уйти сразу, пока он не вернулся.
Когда мой новый знакомый возвращается и присаживается рядом, я снова ощущаю неловкость. Он одаривает меня обворожительной улыбкой, а я улыбаюсь одними уголками губ, чтобы никто за столом не понял, что мы успели уже познакомиться.
– Где тебя черти носили, Ярик? – спрашивает его товарищ. – Мы тебя уже потеряли.
– Разговаривал по телефону, – отмахивается он.
– Выпьешь за именинницу? – спрашивает Жанна, опуская свою ладонь на его руку и одаривая страстным взглядом, будто готова сожрать его на десерт. Ярослав смотрит на неё, потом на её руку, так беспардонно лапающую его, с какой-то брезгливостью во взгляде. Я не могу сдержать свою ухмылку. Парень явно не любит, когда его трогают без разрешения. Сразу в голове всплывает тот момент, когда он прижимал меня к себе.
– А кто сегодня именинница? – произносит он, аккуратно стряхивая с себя руку Жанны, как бы невзначай, меняя свою позу. Ловко.
– Ой, мы забыли тебе её представить. Это – Екатерина. – Жанна кивает головой в мою сторону и не перестаёт ему улыбаться. Видимо дама не понимает, что её только что отшили. Но, кажется, она выпила уже достаточно, чтобы не видеть очевидных вещей. Мне становится стыдно вдвойне. Я знаю, что люди бывают разные, но никогда не понимала откровенного домогательства женщин к мужчинам. Это надо быть сексуально оголодавшей до такой степени, чтобы наброситься на малознакомого человека. Мы же не животные с первобытными инстинктами, умеем держать себя в руках. Жанна даже не соизволила снять обручальное кольцо с пальца, прежде чем клеить мужчину в баре. Впрочем, какая мне разница. Кажется, я просто ревную и этот факт заставляет меня мысленно перемывать кости псевдо-подруге.
– Поздравляю с днём рождения, Екатерина, – разворачиваясь всем корпусом ко мне произносит Ярослав. – Если бы мне сказали раньше, я бы съездил за букетом цветов для прекрасной дамы.
– Думаю, это лишнее, – опуская глаза отвечаю я.
– К сожалению, я сегодня за рулём, поэтому выпью сок за твоё здоровье. Где твой бокал, Катёнок?
Я закашливаюсь, неожиданно поперхнувшись собственной слюной. Леся смотрит на меня с ехидной улыбкой, будто ей только что вручили премию за сводничество. И мне хочется её придушить. В этот момент передо мной возникает бокал с очередным коктейлем, и я делаю глоток, чтобы унять кашель. Все поднимают свои бокалы, мы чокаемся. Вся эта большая компания продолжает свои разговоры дальше, уже не обращая на меня внимание, я выдыхаю.
– Котёнок? – убеждаясь в том, что на нас никто не смотрит в этот момент, цежу сквозь зубы в сторону Ярика.
– КА-тё-нок, через «А». Уменьшительно-ласкательное от твоего имени, – объясняет он мне, как школьнице.
– Просто я не привыкла к тому, что незнакомый мне человек называет меня так.
– Мы познакомились, – парирует он.
– Только что, – отрезаю я.
– Сколько тебе времени понадобиться, чтобы я без проблем мог называть тебя Катёнком? – Он стучит пальцами о столешницу, отбивая барабанную дробь, явно нервничая.
– Не думаю, что после сегодняшнего вечера мы ещё увидимся, поэтому этот вопрос неактуален, – говорю я, помешивая соломинкой коктейль в своём бокале. Мне просто нужно чем-то себя занять в этот момент, чтобы избавиться от дрожи в коленках и взять себя в руки.
– Ты замужем? – не унимается обладатель горячего сексуального тела.
– Нет, – быстро отчеканиваю и делаю очередной глоток.
– Есть любимый человек?
Очередной вопрос заставляет меня задуматься о том, не соврать ли мне, чтобы избавиться от его навязчивости. Но хочу ли я врать? И хочу ли я, чтобы он прекратил меня допрашивать? Спорный вопрос. Поэтому я отвечаю просто:
– Нет.
– Тогда в чём проблема?
Я закрываю глаза. В чём проблема? Проблема в разнице в возрасте, проблема в том, что я только что вышла из больных отношений и не хочу нагружать свой организм новыми, проблема во мне, в конце концов!!! Но вслух я это озвучивать не хочу, не вижу смысла. Он молодой, красивый мужчина, и я уверена, что он завтра встанет утром и даже не вспомнит, как меня звали.