Наружу Андрей выбирался долго и с приключениями. Открывать и закрывать люки без автоматики оказалось отнюдь не просто. Выравнивать давление и то нужно было самому.
Выбравшись из шлюза на обшивку, Андрей закрепился двумя линями, один прицепил к скобе в шлюзовой, а второй снаружи на обшивке. За спину он присоединил линемёт с самоклеящимся креплением, чтобы не потеряться в космосе. Двигатели скафандра по-прежнему нормально не работали.
К слову, вооружиться, как следует, не получилось. Шкаф, в котором хранились боевые лазеры, оказался пуст. Кроме Андрея его никто не проверял, а он делал это на конечных точках маршрута.
Жилой модуль был совсем невелик: метров сто в длину и, около полутора сотен в диаметре. Большая часть его поверхности с одной стороны перекрывалась сцепками контейнеров, а с другого грузовым челноком — «галошей», называвшимся так, за характерную форму. Оставалась полоска открытого корпуса шириной метров в двадцать, да ещё пространство под грузовиком. Именно там, по их прикидкам, и находилась щель.
Андрей, ловко хватаясь механическими руками за порядком потрёпанные скобы, пробежался по свободной полосе обшивки и, не найдя ничего интересного, двинулся под галошу.
Протиснувшись в узкую щель, он оказался в относительно широком пространстве высотой почти полтора метра. Хватаясь за скобы, которые здесь были в существенно лучшем состоянии, Андрей двинулся искать трещину.
Лихов прошёл уже почти половину расстояния до места, где она могла располагаться, когда из-за стыковочного узла на него набросился ремонтный робот. Он имел шарообразное тело, обрамлённое целым набором членистых «рук» и несколькими механическими «щупальцами», которые несли инструменты. Сейчас этот гибрид паука с осьминогом нёсся к Андрею на реактивной тяге, выставив вперёд гибкие конечности с белыми языками плазменных резаков.
Андрей был готов. Подпустив робота, как мог близко, он резко метнулся в сторону, оттолкнувшись от скоб всеми шестью руками. Ремонтник, не успев справиться с инерцией, проскочил мимо него. Андрей, оказавшийся сбоку, полоснул машину по, незащищённому боку плазменными резаками, отсекая сразу несколько конечностей.
Ремонтник резко изогнул щупальце, пытаясь достать Андрея, но тот уже отскочил и оказался другой стороны машины. Камеры покрывали всю поверхность робота и слепых зон он просто не имел. Оба щупальца ремонтника метнулись к Андрею. Тот вновь отскочил, всеми конечностями оттолкнувшись от скобы на обшивке, но не рассчитал, и резак задел одну из нижних рук.
Это не помешало Андрею и он, зайдя машине с поврежденного бока, полоснул резаком по щупальцу, выводя то из строя. Рассечённый трубопровод заметался, выбрасывая из себя струю мгновенно замерзающего аргона и робот, не успев стабилизироваться, провернулся вокруг своей оси. Чем немедленно воспользовался Лихов, отсекая второе щупальце.
Робот был потрёпан, однако отнюдь не побеждён. Стабилизировавшись, он схватил Андрея за торс оставшимися конечностями и потянул к себе. Две руки Лихова остались свободны. Это оказалось фатальной ошибкой машины. Теперь космонавт оказался совсем близко. Резаком он вспорол корпус машины и, швырнув в сторону кусок обшивки, выдрал из неё батарею. Ремонтник чуть дёрнулся и обмяк, отпуская Андрея.
Лихов прицепил машину на линь, чтобы потом оттащить на ремонт, а сам двинулся к проделанной роботом щели. Резаки у ремонтника были маломощные, и ковырял обшивку он, судя по следам, довольно долго.
Андрей зачистил края дыры и выбрал из ремкомплекта две подходящие заплаты. Естественно, ремонтник проделал отверстие так, чтобы стандартная заплата не подходила. Затем Лихов заполнил щель специальной пеной и стал приваривать куски металла. Дело это было долгим и нудным. Ведь, сплав, из которого строили внешние корпуса кораблей, имел крайне сложную структуру. Потом дефектоскопия, зачистка краёв, снова дефектоскопия.
Закончил Андрей только часа через три. Несколько минут отдохнув, просто паря в невесомости, он двинулся в обратный путь. Оба линя, которые он закрепил возле люка, оказались оборваны, но Андрей не расстраивался, покрепче цепляясь за скобы на обшивке.
Выпроставшись из-под брюха галоши, он услышал в наушниках голос Рамиреса:
— Ты что там возишься — раздражённо спросил тот.
— Да так…
Андрей не успел договорить, как что-то с силой ударило его в бок, источенные космической пылью скобы, оторвались, и он кувыркаясь полетел прямо в открытый космос.
ИИ — искусственный интеллект
Гибернация — впадение в спячку;
Линь — трос;
Линемёт — устройство для забрасывания троса, на высокие или далеко стоящие объекты;
Глава 2
Posthuman
Утро было прохладным и ясным. Горные пики едва заалели, а он уже тренировался. Миновав ровный участок, он выбежал на длинный монотонный тягун. Подъём казался совсем небольшим, но силы стремительно уходили. Вот уже и дыхание сбивалось, но он не останавливался. Бегать было тяжело, особенно в разреженном горном воздухе, но нагрузки дают молодость, а именно её-то ему сильнее всего и не хватало.
С самого пробуждения он фильтровал результаты голосования по округам, внося в них небольшие изменения. Раньше потоковая обработка больших данных давалась ему тяжеловато, но новые процессоры в дата-центре, дополнявшем его мозг, давали ощутимую прибавку производительности.
Да, в целом с ними было гораздо лучше. Теперь он вполне мог обойтись безо всякой охраны, контролируя всю территорию поместья самостоятельно. Каждая камера служила его глазами. Каждый робот стал руками.
За последние месяцы он уже раз пять вполне успешно отлавливал нарушителей. Единственной сложностью оставалась утилизация того, что от них оставалось, но он и с этим в ближайшее время должен справиться.
После пробежки он отправился позаниматься на тренажёры. Пока тренировался, закончил с голосованием и удовлетворённо хмыкнул, уголком сознания глянув результаты трансгуманистической партии по версии избирательной комиссии, конечно же. Утро выдалось замечательным.
Потом бассейн. Оттуда в баню. Расслабленно сидя в сауне, он заблокировал группы в соцсетях, где собирались недовольные разницей экзитполов и результатов избиркомов.
Заранее подготовленные эксперты, уже объясняли, что избиратели некоторых кандидатов стесняются говорить о своем выборе, бла, бла, бла и что-то там ещё такое.
После бани вернулся к себе. Ему уже подали блондинку. Обычно он предпочитал восемнадцатилетних. Однако эта и в шестнадцать могла дать фору многим. Она была не просто послушна, даже сама проявляла инициативу.
Всё-таки новый препарат оказался действительно хорош. А то, иной раз, приходилось звать охранников, чтобы держали. Сначала ему даже нравилось, но потом приелось. Хотелось просто расслабиться и не слушать этот вой и причитания. Пользуясь блондинкой, он ненадолго отключился от всех дел и просто отдохнул.
А вот завтрак подкачал. Каша была гуще, чем он любил. Авокадо слегка завертелось, да и сок оказался слишком сладкий. Утилизировав повара, он двинулся на неспешную прогулку, разбирая сегодняшнюю почту.
В целом всё шло, как нельзя лучше. Наконец-то удалось полностью автоматизировать погрузку и разгрузку фур и вагонов. Да и со сборкой техники дела, следовало признать, шли вполне хорошо. Совсем скоро не надо будет думать обо всех этих никчёмных неудачниках, которые не могли заняться ничем получше.
А вот ещё одна прекрасная новость: правительство согласовало план по строительству канала. Совсем скоро он отгородит, территорию, которую он отвёл под жильё для качественного населения. А то, после сокращений в полиции, потери от нападений стали великоваты, и с этим надо было что-то делать.
Снова его расстроили эти долбаные амиши никак они не прогибались, всячески мешая распространять канабиноиды. Он ведь им добра хотел! Нет же, они бегали с какими-то россказнями о морали, вере, традициях и прочей мерзости. Не помогало ни блокирование в соцсетях, ни заморозка счетов. У них, ко всеобщему удивлению, ни того ни другого просто не было.