— Мужики, тут ржавчина на двери фальшивая. — Удивлённо сказал он.
— Грязь на стенах местами тоже. — Безразлично ответил Минин. — Я проверял. Это реально, нечто вроде такой игры. Здесь всё фальшивое, кроме страданий и смерти.
— Осоловеть… — Не сдержался Андрей.
Дальше они шли по пустынному плохо освещённому коридору, в разветвлениях которого попадались светящиеся панели «окна». В обычных поселениях они бывали очень яркими и служили для обозначения времени суток и регуляции биоритмов, но тут горели бледно, будто были сломаны.
В тех местах, где сохранились лампы, на стенах виднелись надписи на английском, даже Андрей замечал в большей их части ошибки. Встречались здесь и странные конструкции, казавшиеся дверными проёмами вместо двери в которых была стена.
Девушка вела их неуверенно, с её слов, она жила в секторе, который контролировали «Ублюдки». Вместе с другими ребятами семнадцатилетняя Ди пошла в пустующий сектор, чтобы попытаться найти какие-то детали и её поймали эти трое. Их она видела впервые, но предполагала, что они из банды «Лезвий». Происходящее все меньше нравилось Андрею.
Лихов прекрасно помнил, как выглядели поселения. Стерильно-чистые комнаты и коридоры. Стены украшали картины с видами природы или изображения классических сюжетов. Иногда встречались просто узоры или композиции из цветных пятен. К тому же свет в поселениях включался лишь там, где по коридору шёл человек. В пустых помещениях стояла непроглядная темень.
Но более всего удивляла одежда: вместо стандартной формы со знаками различий, на встреченных ими подростках были, кое-как сшитые, непонятно из чего тряпки. Остальные хоть и молчали, но, кажется, думали о том же.
— Эндрю — Внезапно обратился к нему Рамирес. — А может здесь, просто всё разрушилось, ну я не знаю, восстание какое-нибудь или что ещё…
— Ты карту-то видел? Она что на поселение вообще похожа? — Вскинулся Андрей — У поселения в центре жилой сектор — куб такой — Он руками показал нечто неопределённое. — По сторонам служебные кластеры, а здесь муравейник какой-то! — Спокойнее продолжил он. — И ещё, откуда взяться бандам, там, где всего хватает. В поселениях-то обычно даже экономики, как таковой, нет, потому что всего в достатке, а тут…
Колонии Евразийского, впрочем, чего скрывать, русского сектора колонизации, представляли собой весьма специфически организованное общество. В нём некий минимум благ гарантировано, выдавался каждому его члену. Тем, кто выполнял полезную работу, полагались дополнительные удобства в зависимости от результатов их деятельности. Наконец, элитой поселений были те, кто смог придумать, что-нибудь полезное — учёные и изобретатели. Здесь же ими, скорее всего и не пахло, если только этот самый Мо не один из них.
За почти час ходьбы быстрым шагом они никого не встретили. Кажется, этот сектор, действительно был заброшен. Зато несколько раз натыкались на трупы разной степени несвежести. В основном они лежали в комнатах, дважды ещё совсем свежие молодые девчонки в разорванной одежде, остальные — парни. Один труп валялся в слепом отнорке коридора. Запах должно быть в подземелье был тот ещё.
Ди, так звали спасённую, проявляла к трупам неуёмный интерес, обыскивая каждую складку одежды и даже пол вокруг них. При этом с её стороны не было заметно, ни брезгливости, ни отвращения. Кажется, запах совсем её не беспокоил.
У самого выхода из сектора они наткнулись побоище. В одной из комнат на полу валялись три трупа. Все молодые парни ещё относительно свежие. Кажется, двое напали на одного и видимо победили, но их победа далась им слишком большой ценой. Все трое так и остались лежать здесь навсегда. Девушка, увидев это, взорвалась восторженными криками, и ринулась мародёрствовать, стаскивая с погибших одежду и потроша рюкзаки.
Всё было предельно просто: для того чтобы получить паёк (этот сектор забросили из-за того, что система их выдачи сломалась) нужно было присоединить наладонник к специальному терминалу, тогда тот выдавал продуктовый набор, одежду и многое другое.
Обычно лидеры групп отбирали наладонники у подчинённых, а потом сами распределяли полученные блага. Андрей совершенно не мог понять, почему у терминалов не работала система биометрической идентификации. К слову у наладонников её тоже можно было настроить, но сделать это могли единицы. Именно последнее обстоятельство все и объясняло. Неважно жив ли хозяин приборчика, ты получишь существенную часть его пайка, а если он мёртв, так даже лучше! У тебя-то теперь полный набор!
Со слов девушки, она теперь могла содержать собственную группу, запаролив наладонники.
На выходе из сектора дверь отказалась более чем фундаментальной — это была толстая бетонная плита, рядом с которой на стене находился обыкновенный для этих мест терминал. Опознавать их троих терминал отказался. Минин с этим справился на раз.
Они просто стали тремя погибшими хозяевами наладонников. Ди смотрела на него неверящими глазами, словно он привидение или единорог. Вот только, восторга в них не было от слова совсем. Скорее, девушка испытывала суеверный ужас. Вот они и выяснили, как такое ценное оборудование оказалось у группы ребят ушедших в пустой сектор, без него их просто бы сюда не впустили.
Дальше вёл длинный коридор с относительно чистыми каменными стенами. Шли по прямой они долго не меньше часа, пока не наткнулись на всё ту же дверь-плиту. За ней был ещё один необитаемый сектор, через который им предстояло пройти и спуститься вниз на два этажа. Лестница здесь пронизывала аж три, находившихся друг под другом сектора.
Само по себе наличие лестницы уже представляло отдельный интерес. Просто потому, что в стандартном поселении были в основном лифты. Здесь же встречались только шахты, безо всякого оборудования.
Они миновали не менее половины пути, когда из комнат сзади и спереди них показались несколько оборванцев. Одеты они были в ржавоватые кирасы, из правого плеча которых торчали гротескные шипы. Один из бандитов держал в руках странного вида кувалду с какими-то приспособлениями на ручке. Другой был вооружён самым настоящим копьём. Андрею такое приходилось видеть только на картинках. Лишь трое носили странные штуки, опознававшиеся системой как «обрез». Глянув внимательнее, Андре понял, что это древние дробовые ружья с кое-как опиленными стволами.
Засада была организована просто великолепно, ведь в помещения по ходу движения они заглядывали, проверяя наличие там опасности, но никого не заметили. К слову, уровни оборванцы имели весьма приличные: от двадцать третьего и выше. Шедший в авангарде Андрей заговорил первым:
— Эй, ребятки, давайте-ка вы отвалите подобру-поздорову и никому не придётся умирать. — Те весело заржали, а один с удивительной ловкостью вскинул оружие и выстрелил Лихову в грудь. Он, правда, особо ничего не почувствовал и скорее рефлекторно выстрелил в ответ.
Пуля буквально разорвала грудную клетку оборванца, пробив кирасу, словно бумагу. Тот рухнул, как подкошенный. Остальные прекратили улыбаться и бросились на них. В несколько секунд всё было кончено, на полу осталось лежать семь трупов, которые с воодушевлением принялась обыскивать Ди.
Стекла шлемов запестрели от системных сообщений о победе над противником и полученных очках. Андрей в них больше не вчитывался. Всю эту дичь, наверное, выдумали и внедрили призраки.
Ход был по-своему гениален. Построенное ими поселение представляло собой самую натуральную пыточную камеру. Система видеонаблюдения, которая прекрасно работала везде и всюду, позволяла тварям наслаждается страданиями несчастных, запертых здесь.