— Да поняла я. — произнесла Таня. — И всё, что вы тут мне наговорили, тоже понимаю. Просто накипело. И сорвалась. Извините.
— И ты меня извини. — И повернувшись к маме, — И перед тобой я тоже виноват. Прости.
Мама улыбнулась.
— Я уже давно не сержусь. — И её взгляд посуровел. — Но я уже очень хочу жить в своём доме, а не в палатке!
Жить в палатке и мне порядком надоело. Ремонт аэропорта почти завершён. И скоро почти все бригады должны переместиться к заливу Мюллера. Именно там будет стоять мой особняк, рядом с которым будут находиться дома моих родных и близких. А за ними будут дома гвардии и их родных. И всё это дело, помимо скалистых гор, будет прикрываться мощнейшими системами ПВО. Чарами помех. Высокими стенами и башнями, на которых будут нести караул мои бойцы. В общем, планов у меня было очень много.
— Сегодня же я поговорю с инженерами. За аэропортом я видел прекрасное место, где можно построить временный дом.
— А почему не сразу в заливе? — спросила мама.
— Ты хочешь дышать строительной пылью, просыпаться от грохота рабочей техники и…
— Всё-всё, я поняла. Неделю я ещё потерплю. — Она сделала паузу. — Только после того, как ты поговоришь с инженерами, отправь их ко мне. — И видя, что я не догадался для чего, пояснила. — Хочу обговорить с ними дизайн дома. Где будут ванная комната, детские, зал, кухня, мастерская. В общем, много чего.
— Хорошо. Отправлю.
— А ты будешь жить с нами? — спросила мама.
— Нет.
— Кость, — произнесла Таня. — А когда в заливе Миллера будет вестись стройка, можно… — опустила она взгляд, — мне тоже отдельный дом?
— Зачем? — опередила меня мама.
— Разумеется, — ответил я сестре. — Завтра ко мне должны прийти проектировщики, — открыл я ежедневник. Хоть у меня была идеальная память, но в разы удобнее строить планы, когда у тебя составлено расписание дня. Найдя пометку, я сказал Тане. — Завтра в тринадцать сорок они должны прийти сюда. Подходи вместе с мамой, и мы выберем тебе место. А потом я распоряжусь, чтобы вы слетали туда и посмотрели всё на месте. Не скромничайте, земли у нас много. Куски режьте так, чтобы был выход к морю.
— Но там же везде скалы, — сказала мама. — А вода холодная, даже ноги не помочить.
— Это пока, — загадочно улыбнулся я.
Женщины прищурились.
— Кооооссстяяя, — чуть ли не одновременно произнесли они. Они переглянулись, и продолжила мама.
— Что значат твои слова?
— То, что столь суровый климат на острове будет не всегда. И в будущем ты сможешь не только загорать на побережье, но и купаться в воде.
— Ох-хо-хо. Что-то ты размечтался, — не поверила мне мама. — Сколько живу, ни разу не слышала, чтобы кто-то смог такое создать.
— Поживём, увидим, — сказал я.
* * *
Стоило матери и сестре уйти, как я переместился в лабораторию, расположенную под горой Крузенштерна.
— Селеста, — позвал я дух гримуара и, когда она появилась, спросил: — Скажи, теперь моих сил хватит, чтобы снять проклятие, что наслал на тебя Тарри?
— Да, — спустя некоторое время ответила она. По тому, как изменилось её лицо, я кажется догадывался о чём она думает.
— Но ты не хочешь, чтобы твою душу «обнулил» энергетический спрут? — Она кивнула. — И я этого не хочу. Более того, я не хочу оставаться без твоей поддержки. Мне ещё многому стоит научиться и понять.
— С твоей силой это не станет большой проблемой. Как я уже говорила твоё тело меняется и…
— Селеста, я предлагаю снять проклятие. Если не дай Бог я погибну, твоя душа не будет уничтожена из мироздания. Давай ты расскажешь, как мне снять проклятие. И сделаем это. Ведь нам же необязательно разрывать связь между твоей душой и гримуаром. Ведь так?
— Ты прав, — ответила она. — Но скажи, зачем я тебе буду нужна, если ничему больше научить не смогу?
— Ну ты и тирранка! — усмехнулся я.
— В смысле? — не поняла она почему я её обозвал.
— Говорю, ты мыслишь, как тирранцы. Я ведь правильно понял. Ты решила, что после того как ты передашь знания, а я сниму проклятие, наши дороги разойдутся, ведь так?
— Верно, — ответила она. — Твоё поведение не рационально и…
— Да? А зачем тогда Рикорд держал тебя? Для чего он обычно использовал тебя?
— Анализ и оптимизация полученных знаний. Разработка новых заклинаний, зелий и ритуалов. Но в последнее у меня получалось не очень.
— Тогда предлагаю, когда снимем проклятие, начать искать способ как обойти «обнуление». Всё-таки теперь и мне стоит опасаться спрута.
— Хах-ха, Костя, может тебе стоит выражаться правильнее?
— Что ты имеешь в виду?
— А то, что ты хочешь использовать меня для того, чтобы узнать способ как избежать встречи с энергетическим спрутом.
— Звучит по-тиррански, не думаешь?
Селеста окинула меня задумчивым взглядом.
— Да, ты прав. Хорошо, давай вместе искать способ обойти обнуление.
* * *
На следующий день я встретился с проектировщиками, после чего объявил вознаграждение гвардейцам. А всё остальное время я занимался созданием телепортационных свитков, а заодно сам учился телепортироваться. Конструкт был не таким уж и сложным, а способность видеть мировые магические течения помогла мне с пониманием какую энергию использовать для прыжка.
К исходу второго дня передо мной лежали семь свитков. Мне повезло, Кристина меня эти дни не тревожила. А я же старался лишний раз не напоминать о себе.
В Москве Громов показал себя с лучшей стороны. И мне претило предложение Кристины. Пока сидел в своём бункере, у меня было много времени обо всём подумать. И я был вынужден признать, что Романова была полностью права. Я испытывал к ней чувства. Но я сразу знал, что наши отношение временные.
«Интересно, как она отреагирует, когда я ей скажу, что достиг бессмертного уровня?» — подумал я.
— Не о том думаешь, — появилась рядом со мной Селеста.
— Прости, — ответил я. — Сказывается отсутствие женского внимания.
— А меня тебе что, мало? — надув губки спросила Селеста. После разговора о снятии проклятия и расставления точек над «И», она начала себя вести более раскованно. Я даже не догадывался насколько сильно эта ситуация снедала её.
Я вдруг задумался. И Селеста тут же стала серьёзной.
— Костя, я знаю этот взгляд! У тебя были такие же глаза, когда Романова прокляла твой… твой… В общем, твоего «лучшего друга».
— Селеста, — решил я тоже поиграть на её нервах, — а давай сделаем тебя материальной? Только представь…
— ЗА-МОЛ-ЧИ! Даже думать не смей ставить перед собой такую цель только ради плотских утех! Это пошло!
— Постой, ты что, смущаешься? Серьёзно? Я смог смутить женщину, которой больше пяти тысяч лет? Постой, — сделал я непродолжительную паузу, кажется догадываясь, но при этом не мог поверить, что это может быть правдой. — Селеста, а скажи, пока у тебя было тело ты с кем-нибудь встречалась?
Девушка холодно посмотрела на меня. И мне не надо было слышать ответа, потому что всё было написано на её лице.
— Когда Рикорд провёл ритуал и заключил мою душу в Гримуар, мне было двадцать семь дет. Для нашей расы (Антарцы) это совсем немного. В среднем мы жили около пятисот лет. Антарцев можно смело назвать долгожителями, но при этом мы всё равно были немногочисленной расой. Это было связано с тем, что женщины достигали детородного возраста к двумстам годам. Но к этому времени многие уже привыкали жить для себя, и не хотели заводить семьи. Я же жила в строгости. Отец был одним из сильнейших магов планеты. — Это я уже знал. Ведь в наказание за сопротивление её отца Рикорд и поступил так с Селестой. — И он контролировал каждый мой шаг.
Каждое следующее слово давалось Селесте труднее, чем предыдущее. И я подошёл к ней, и сказал.
— Прости. Глупо получилось. Я хотел пошутить, а получилось…
Селеста посмотрела на меня поле чего исчезла. «Наверное, будет правильнее сделать паузу», — подумал я.