Поначалу госпожа Тод казалась мне холодной, надменной и отстранённой, несмотря на довольно яркую, я бы сказала роковую внешность - большие темные глаза, длинные угольного цвета волосы и пухлые алые губы. А любовь к черным нарядам делала ее природную красоту еще выразительнее, заставляя всех мужчин вокруг, даже юных адептов, сворачивать головы Стелле вслед и замирать перед ней, как мышь перед змеей.
На деле все оказалось совсем не так.
Как преподавателю некромагии, Стелле Тод просто цены не было: в меру строгая, въедливая, в идеале знающая свой предмет и свое направление магии и что радовало особенно, любящая детей и действительно неравнодушная к их судьбе. А еще мягкая и понимающая, когда это необходимо.
Помимо наставницы по некромагии, господин Бартлет в свое время нашел для меня и учителя по артефакторике, пожилого демона, своего давнего друга. К сожалению, этим летом господин Гойлерис вынужден был нас покинуть и вернуться в родное королевство. В связи с этим я спешно искала нового наставника и очень надеялась, что господин Рашу, вышедший на меня сам через Комитет, подойдет “Сотам” в качестве нового наставника.
— Как дела у Дария? — уточнила я.
Мой сын унаследовал от Алойза дар некромагии, поэтому относился к подопечным Стеллы. Вирия же унаследовала мой дар, являлась магом-созидателем, поэтому я курировала ее обучение лично.
— Прекрасно, — отозвалась госпожа Тод. — твой сын обязательно станет хорошим магом, Ирмина, даже не сомневайся. Я обещаю, что сделаю все для того, чтобы он сдал квалификационный экзамен.
— Я рада, — улыбнулась я. — надеюсь, сын больше не надумает вызвать какого-нибудь еще духа так, чтобы нам невозможно было его потом упокоить. Второго домашнего призрака “Сотам” не выдержать. И одного за глаза хватает.
— Ты же знаешь, что Норман сам не захотел покидать “Соттель”, — хихикнула Стелла. — тем более у школы все равно не было своего духа, кроме Хранителя рода. А твой мальчик нас им обеспечил. Жаль, что маги твоего рода проводили ритуалы, снимающие привязку с миром живых после ухода за грань. Можно бы было с ними о чем-нибудь пообщаться.
— Стелла! - закатила я глаза.
— Ох, прости, милая. Понимаю, что снова увидеть близких даже в бестелесной форме для тебя будет слишком тяжело. Не держи на меня обид, ладно? Ты же знаешь, что такова уж моя профессиональная деформация. Мне бы лишь бы пообщаться с кем-нибудь с изнанки.
Я приняла ее ответ и на самом деле не особо на нее обижалась. Стелла еще в первый год здесь предлагала вызвать душу какого-нибудь из моих предков, но нам этого сделать так и не удалось, к сожалению или к счастью. Да и увидеть родителей, которые ушли из моей жизни так рано... Даже не знаю, смогла бы я вообще это спокойно вынести.
— Предупреди, пожалуйста, Нормана, чтобы не надумал пугать новенькую адептку. — попросила я, переходя на другую, менее щекотливую тему.
— Как скажешь, госпожа директор. — кивнула с улыбкой Стелла и снова уткнулась в свой фолиант.
Визуализация. Стелла Тод, некромаг и алхимик
***
— Почему вы выбрали "Соты”, господин Рашу? Насколько я слышала, вам предлагали место в столичной королевской школе для одаренных, но вы отказались от этого поистине щедрого предложения в пользу нашего скромного заведения на задворках королевства.
Я с любопытством рассматривала фея средних лет, расслабленно сидящего сейчас напротив меня в кабинете. Как и все представители его расы, Авир Рашу был невысок, строен и изящен.
В его голубых с фиолетовыми прядями волосах сверкали серебряные нити, а яркие выразительные голубые глаза сияли, точно драгоценные камни.
Фей одарил меня светлой искренней улыбкой, в ответ на которую мои губы тоже приподнялись. Да, существа его расы обладали многими талантами, в числе которых имелся так называемый “флер очарования”.
— Я наслышан о вашей школе, госпожа ид Й’орн. Вы берете к себе самых... нестандартных учеников, которых все остальные учебные заведения для одаренных считают... хм... проблемными или необучаемыми. Это правда, что в этом году к вам поступил даже кто-то из гномьего княжества?
— Это так. — кивнула я, невольно поморщившись.
Ох, четверо юношей гномов - это одна из моих новых проблем, которая, судя по рассказанному сегодня Кангом, увеличивается в своих масштабах каждый следующий день.
Как и иномиряне, новые адепты соседнего с нами гномьего княжества появились в "Сотах" по инициативе Комитета по контролю за магией. Людское королевство надумало укрепить отношения с гномами, чтобы увеличить обороты торговли между нашими странами, и такой обмен молодыми магами был сделан как раз в качестве жеста дружбы и поддержки добрососедских связей.
Правда, к гномам почему-то поехали юноши и девушки из столичной магической школы, а вот гостей из их княжества запихнули к нам, обосновав это опять же тем, что у нас найдется подход даже к таким нестандартным ученикам.
Магия гномов - поисковый дар, довольно специфична для наших магов, поэтому, думаю, и возиться с ними в других школах никто особого желания не имел. А о наших желаниях, разумеется, не спрашивали, просто всучили этих детей, не забыв при этом напомнить, чтобы мы, цитирую, “не опозорили честь нашего королевства и, не дай Творец, не довели ситуацию до каких-то жалоб со стороны гномов”.
Повезло, что один из наших наставников и мой заместитель по внеклассной работе, господин Закари Или, какое-то время перед началом своего обучения в столице обитал у гномов, хорошо говорил на их языке, разбирался в особенностях их дара и имел кое-какие представления о культуре и менталитете подгорного народа. Ему и пришлось и взять на себя более основательное кураторство над этими адептами, хотя Закари и так в этом году курировал одаренных первого курса. Кому бы еще было по силам заслужить авторитет у гномов, как не магу-разрушителю с боевым опытом и оборотню-пантере?
— Это правда, что они почти не говорят на нашем языке? — заинтересовался господин Рашу.
— Правда, — подтвердила я. — то есть людскому языку этих юношей, конечно, обучали, так как это было одним из моих условий перед принятием адептов в “Соты”. Но наверное, вы в курсе того, что гномы - довольно закрытая, очень своеобразная и, будем откровенны, сложно обучаемая и негибкая к жизни вне своих общин раса. Поэтому юные гномы пока не наладили никакого взаимодействия (кроме вымогательства, да) с другими детьми, а между собой все равно общаются на своем языке, который другие ученики совершенно не понимают. То есть их все устраивает и так, а мы вынуждены искать какие-то подходы и пути, чтобы как-то внедрить этих непростых юношей в жизнь школы, да еще и исключить возникновение каких-либо неприятных ситуаций.
— Прекрасно понимаю, о чем вы говорите, госпожа директор, — отозвался фей. — если это хоть сколько-нибудь вас утешит, я немного говорю по-гномьи и смогу тоже подключиться к индивидуальной работе с этими учениками. Насколько я знаю, артефакторика довольно близка гномьей расе, все же их механизмы и изобретения даже без магии очень ценятся далеко за пределами их собственного княжества.
— Вы правы, — с благодарностью кивнула я. — поэтому буду очень вам признательна, если вы иногда побудете у наставника Или, так сказать, на подхвате. Потому что нам кровь из носу нужно сделать так, чтобы из этих адептов вышел хоть какой-то толк за эти четыре года. Я тоже немного говорю по-гномьи и частично знакома с их порядками, потому что была у подгорного народа в гостях несколько раз во время учебы в аспирантуре, сопровождая супруга в экспедициях. Именно поэтому я осознаю, насколько большую проблему подкинул нам Комитет с этими адептами. У гномов ценится прежде всего сила. Кто сильнее их физически, тот и прав. Магия для них вторична и важна только в том случае, если даст противнику фору в плане некого физического превосходства. Только тогда гномы будут считать этих существ за равных. Применение магии в школе адептами, как вы знаете, строго ограничено артефактами и браслетами, а поединки любого рода и вовсе запрещены до совершеннолетия, так что доказать свое превосходство по силе могут не все адепты, что уже создает нам проблемы с первогодками.