— Ой, да ладно тебе, — отмахнулся я. — Мы каждый день друг друга спасаем. Чего теперь, считать что ли?
— И всё же, — Макар упрямо насупился. — Вы не только мне жизнь спасли, но и не позволили сойти с ума и превратиться в безумца. Да, мне иногда тяжело его контролировать, но я стараюсь и, что самое интересное, мы оба становимся сильнее. Может и получится у меня дожить до конца контракта.
— Эй, что за упаднические мысли? — я попытался подбодрить приятеля. — Нам главное от монголов отбиться, а там уже полегче будет!
— Думаешь? Хорошо бы…
Пока мы собирали дрова, на нас несколько раз нападали духи. Я взял их на себя. Мы с Инем без особых проблем с ними справлялись, учитывая что нападали они, в основном, небольшими группами. Почему так, учитывая, что вчера они гнали нас целой толпой, я не знаю. Два десятка, как хотел Инь, мы с ним не набили, но слегка приблизились к чему-то, надеюсь, полезному. Всё-таки, любое усиление сейчас идёт мне на пользу.
Когда мы вернулись, Степан вовсю гонял Егора и Петьку. Сейчас, после ночного отдыха, они двигались заметно быстрее. Сомневаюсь, что им достались сильные духи, но даже так, наш отряд прибавил в боевой мощи. И командир, судя по его довольному лицу, был этому несказанно рад.
За пределы аномалии мы вышли только ближе к вечеру. И дело было не в нападении духов или изменённых зверей, которые здесь, как оказалось, тоже водили. Просто в какой-то моменты мы забрались в какие-то заросли, из которых потом прорубались больше часа. А потом ещё упёрлись в болото, которое решили обойти, но потратили на это много времени.
Вышли мы в неизвестном для меня месте. Да и не только для меня, если судить по лицам остальных членов отряда. Все с надеждой смотрели на Акамира, и он нас не подвёл. Да, пришлось поплутать, но уже к ночи мы вышли к реке, где и решили устроить ночлег.
Следующие пару дней мы двигались вдоль реки, не встречая на своём пути никаких особых препятствий. Единственным минусом можно считать, что погода начала портиться. Дождя пока не было, но небо было хмурым. Низкие, тёмные тучи закрывали солнце целыми днями.
Благодаря Акамиру, у нас не было проблем с едой. Пользуясь новым луком, он умудрялся обеспечивать нас мясом дичи к каждому приёму пищи, дважды в день. Степан назвал лук артефактным и посоветовал разведчику особо им не светить. Как я понял, мало того, что такая вещь стоило довольно дорого, так и в продаже они появлялись довольно редко. А всё дело в том, что мастеров, способных создавать такие вещи, были единицы.
Мало было найти и поймать подходящего духа, что было сложно, но выполнимо. И дело было даже не в материалах, которые добывались только в определённых аномалиях и очень высоко ценились. Умение работать со всем этим, вот что было главным.
За одним из вечерних костров, Степан рассказал нам, по его словам, всё, что он знал про такие вещи. Их создавали либо отдельные великие мастера, которые достигли вершин и в создании оружия, и в работе с духами. Либо группы людей, где каждый мастер отвечал за определённый этап.
Сам командир такими вещами не владел, но у его дяди, полутысячника, который сейчас отвечал за оборону города, была похожая броня. Благодаря заточённому в ней духу, она была в разы крепче обыкновенной. При этом весила в два раза меньше.
Правда, с такими вещами довольно часто возникали определённые проблемы. Прежде, чем они начинали действовать в полную силу, надо было сначала выстроить с ними особую «связь». Обычный человек, у которого не было духа, такой вещью пользоваться бы не смог. Или смог, но недолго. А всё дело было в заключённых в вещах духах. Им не особо нравилось такое положение дел, и они могли попытаться причинить вред своему «хозяину».
Именно поэтому Акамир проводил каждую свободную минуту, сидя с закрытыми глазами и положив лук на колени. В итоге, он смог настроить ту самую «связь». И результат того стоил.
Признаться, я не сдержался, и от изумления открыл рот, когда Акамир натянул лук, а спустя секунду, из ничего, в его руках возникла стрела! В духовном зрении она светилась синим цветом, а к наконечнику цвет переходил почти в белый.
Акамир спустил тетиву, и стрела, состоящая из духовной энергии, улетела в дерево, шагах в семидесяти от нас, и пробила его насквозь! Лучник пошатнулся и побледнел, но устоял на ногах.
Первым к нему подошёл Степан, следом подтянулись мы. Акамир, несмотря на охватившую его тело слабость, выглядел довольным.
— Перестарался слегка, — виноватым тоном произнёс он. — Надо будет попробовать только наконечник так усилить, а не всю стрелу.
— И сколько таких стрел ты можешь выпустить? — спросил его командир, глядя на дыру в дереве.
— По ощущениям, всего одну. Надо усиливать «связь». И увеличивать свой источник.
Степан в ответ кивнул, показав, что услышал, и пошёл в сторону дерева. Мы же обступили довольного Акамира и принялись расспрашивать его про ощущения и процесс в целом.
Как по мне, оно того не стоит. Убить на расстоянии одного врага и лишиться при этом всей энергии? Ну, не знаю. По мне, так лучше сражаться лицом к лицу, глядя в глаза врагу. Смотреть, как жизнь покидает его тело, как…
Я оборвал себя на половине мысли, осознав, что начинаю рассуждать, как Инь. И вот тут возникает вопрос, это его мысли или мои? И если мои, то неужели я действительно становлюсь похожим на своего духа? А если его, то каким образом он на меня влияет и можно ли от этого защититься.
С другой стороны, а надо ли? Ведь мне действительно нравится ощущать вкус сражения. Если так подумать, мне и раньше это всё нравилось, просто я не признавался себе в этом. А сейчас, словно стена, которая сдерживала моего «внутреннего зверя» постепенно начала покрываться трещинами.
Враги? Да плевать! Чем их больше попадётся мне на пути, тем опытнее и сильнее я стану в итоге. А если столкнусь с более сильным противником, что ж, значит таков мой путь и такова судьба.
Я непроизвольно оскалился, подражая своему духу, когда на командира, который ковырял пальцем проделанное Акамиром отверстие в дереве, с громким хрюканьем напал здоровенный кабан, который сбил его с ног, отбросив на пару метров в сторону. Благо Степан успел окутаться доспехом. В противном случае, ему сильно бы досталось, учитывая длину клыков изменённого зверя.
Здоровенная зверюга, метра полтора в холке, смотрела на нас своими маленькими, злобными глазами. Видимо, выбирала следующую жертву.
Я шагнул ему навстречу, окутываясь духовным покровом и держа наготове удар змеи.
Похоже, сегодня на ужин у нас будет свежая, сочная кабанятина!
Глава 29
Кабан оказался не так прост, как мне показалось сначала. Мало того, что у него оказалась крепкая шкура, покрытая острой щетиной, которую не брало обычное оружие. Так он ещё и пытался оплести наши ноги травой.
Последнее стало для меня полной неожиданностью. Я не заметил, как оказался в ловушке, а когда дёрнулся вбок, в попытке уйти от таранного удара, мои ноги заплелись, а затем мне в корпус прилетел сильнейший удар. По ощущениям, словно бревном ударили! Хорошо хоть, что я не стал выделываться и в самом начале боя активировал духовный покров.
Бой вышел коротким, но яростным и познавательным. Степан, разозлённый неожиданной атакой и незапланированным полётом на глазах подчинённых, рубил кабана так, что тому не помогала даже толстая шкура. Меч командира аж светился от влитой в него энергии. Ему хватило всего трёх ударов, чтобы отрубить заднюю лапу кабана.
Финальный удар нанёс Акамир, попав стрелой, с заряженным энергией наконечником, прямо в лоб наглой свиньи. Я увидел короткую вспышку внутри черепа зверя, после чего тот рухнул замертво. Акамир же с довольной улыбкой поглаживал свой лук.
После убийства кабана, мы задержались, пока не разделали его и не сняли шкуру. Последнюю, к слову, Степан заставил нас тщательно выскрести и взять с собой. Как и большую часть мяса. На ночном привале, мы занимались тем, что жарили добычу и отрезали себе куски шкуры и крепили их к своим доспехам.