Поэтому они усердно толкались и наступали друг другу на ноги. И совершенно не щадили тех, кому не повезло потерять равновесие и упасть. Что с такими неудачниками происходило дальше, думаю, понятно без лишних слов — сотни ног их тут же втаптывали в грунт.
Наблюдать такую картину мне не впервой. Более того, в том же Рязань-ЭКСПО армия диких была в десять раз больше, чем сейчас. Вот только в отличии от прошлых сражений, в этот раз я мог оценить весь масштаб происходящего с высоты птичьего полета — с камер на дронах.
Скажу честно, дух от этого захватывало даже не смотря на весь мой боевой опыт. Ведь одно дело, когда ты видишь только передний край вражеского войска. И совсем другое, когда наблюдаешь всю четырёхтысячную армию.
— Возвращаемся к нашим, — скомандовал я Петру.
Но ни он, ни я с места не сдвинулись. Сначала мы решили опустошить магазины. А, когда патроны иссякли, бросили навстречу орде по две ручные гранаты. Когда те хлопнули в толпе, а визор уведомил об очередном массовом убийстве, мы уже со всех ног бежали по пространственному коридору.
— Жаль мин нет, — прокричал «Каскадёр», перезаряжая на бегу свой «КордУс».
— Чего? — не расслышал я его слова.
— Говорю, — пояснил он, — неплохо было бы заминировать вход в тоннель.
Отвечать на это я ничего не стал. Какой смысл в данной ситуации оперировать сослагательными наклонениями? Мы здесь с тем арсеналом, который нам выдали. И наша задача использовать его максимально эффективно. Так, чтобы хватило на всю орду.
Тем не менее, я сделал себе соответствующую пометку. Нам ведь часто приходится сражаться с огромными армиями диких. И мины для подобных целей окажутся очень кстати.
— Фиксирую крупную цель, — проговорил «Крылан-6», когда мы почти преодолели пространственный коридор. — Отмечаю. «Душегуб», работай по ней.
— Цель вижу, — ответил разведчику Марат и уже через секунду его «Шмель» прогрохотал на всю округу. А после выстрела снайпер коротко добавил. — Цель мертва.
И уже через секунду Амир нашёл для снайпера новую цель и «Шмель» снова устрашающе громыхнул.
Яму с кольями, что находилась на выходе из тоннеля, «Каскадёр» преодолел с помощью своего молниеносного броска. Я же для этого воспользовался энерго-руками.
Как только мы оказались на боевой позиции, заражённые беспорядочной толпой хлынули в заготовленное для них бутылочное горлышко. В тот самый коридор, ширина которого была всего четыре метра.
— Огонь! — отдал я короткую команду своему отряду. Вернее тем бойцам, что находились на позиции перед пространственным коридором — Борису, Петру, Анжелике и Фёдору. Ну и, конечно же, я был вместе с ними.
У всех остальных задачи были другие. Снайперы Ольга и Марат сидели на «башнях» — их делом было устранять самые крупные цели. БМП со всем экипажем солдат защищал левый фланг — оба его орудия были направлены на стену на случай, если враги полезут через неё. Мария по-прежнему оставалась в 'Тайфуне и обороняла правый фланг при помощи необитаемой башни. Пушистик бегал туда-сюда вдоль стены в ожидании, когда враги пробьют в ней брешь.
Амир, как обычно, оружия в руки не брал. Он был нашими глазами — следил за всем происходящим, отмечал самые важные цели и не забывал приглядывать за тылом.
Ну, а Эрдэни с Амаем, как мы с ними условились, наблюдали за битвой со стороны.
На всё наше оружие были установлены уникальные глушители, созданные с применением чёрной основы. Поэтому наши автоматы не грохотали, а скорее щёлкали. Даже пулемёт «Жора», которым орудовал Борис, не создавал много шума. Но при этом его убойность нисколько не страдала.
Тем не менее, каким бы мощным не было наше оружие, пробить защиту диких 90-го уровня и выше было очень сложно. На каждого приходилось тратить от семи до пятнадцати патронов. И это при условии, что все наши боеприпасы содержали чёрную основу, а мы видели самые уязвимые места противников с помощью лазерных прицелов «Аннушка».
— Какие крепкие сукины дети! — кричал «Мех». Он занимал центральную позицию перед пространственным коридором и стрелял через шаровую молнию. Проходя через неё, каждая пуля заряжалась электричеством, а затем, при попадании в противника, замедляла того. А иногда разряд создавал цепную реакцию, которая била сразу по нескольким целям.
— Если они все такие жёсткие, то нам патронов точно не хватит, — высказалась Анжелика, которая находилась слева от «Меха». Наша целительница не была хорошим стрелком, но поливала противника огнём вместе со всеми.
— Надо подпустить их поближе, — предложил «Ключ», стоявший справа от Бориса. Разводной всеми силами экономил свой боезапас и потому его пулемёт работал не так активно, как у «Меха». Ведь во время боя дозарядить установленное на экзоскелет оружие будет весьма проблематично. — Нам нужно, чтобы фонарь «Сонечка» дотянулся до них. А его рабочая дистанция — тридцать метров.
— Согласен, — поддержал я Разводного. А затем обратился к Борису. — «Мех», выруби на время свою шаровую молнию. Пусть враги пройдут половину коридора.
— Есть, командир, — ответил Борис, а затем его электрический шар рассыпался искрами.
Как только на диких перестало действовать электричество, они заметно ускорились. Я даже поймал себя на мысли, что, если бы ни «Мех», нас бы не спасло никакое бутылочное горлышко. Эти заражённые неизбежно преодолели бы весь коридор меньше, чем за минуту, несмотря на шквал огня с нашей стороны.
Но, как только противники прошли половину коридора и попали под свет «Сонечки», дело пошло намного лучше. На убийство тех диких, что оказывались в зоне действия ослабляющих фонарей, стало расходоваться вдвое меньше боезапаса. И, следовательно, умирать они стали гораздо быстрее.
Теперь даже шаровая молния «Меха» не требовалось. Ему достаточно было просто отправлять в толпу врагов цепную молнию, когда те подходили слишком близко.
— Нормально идём, — сообщил разведчик. — Уже полтысячи диких минусовали.
— Не расслабляться! — добавил я. В то же время подумал, что всё получается слишком просто. И это меня сильно настораживало. Но вслух о своих опасениях говорить ничего не стал.
Таким образом мы сдерживали и планомерно уничтожали орду несколько минут. И всё это время нашим бойцам, не имевшим возможности стрелять вместе с нами в пространственный коридор, приходилось скучать. Вплоть до того момента, когда «Крылан-6» объявил, что одичавшие начали карабкаться на стену.
Ну вот, случилось то, чего я и опасался.
— «Тайфун» и «Манул», приготовиться! — судорожно прокричал Амир. — Дикие полезли через стену. Сейчас у вас тоже будет много работы.
Занимаясь отстрелом диких, я совсем забыл следить за камерами с дронов. А там было на что посмотреть. Диких у стены набилось так много, что у них появилась возможность карабкаться друг по другу, чтобы в итоге перебраться через стену. Чем они, конечно же, и воспользовались.
В следующий миг первые враги показали свои головы. И тут же затрещали все три орудия на наших бронемашинах.
— «Ключ», подсоби «Милахе», — приказал я Разводному, понимая, что Марие вскоре будет сложно в одиночку сдержать вражеский натиск на правом фланге. А мы здесь успешно справимся и без него.
— Есть, — отрапортовал Фёдор и сразу же принялся менять боевую позицию.
Разводной ещё не успел дойти до’Тайфуна', а Пулемёт калибра 12,7 мм, который был установлен на его экзоскелете среднего класса, уже заработал по противнику на стене.
Тех, кто пытался перебраться через стену, поначалу было мало. И потому наши стрелки не просто успевали справиться со всеми, но и приходилось ждать некоторое время, когда начнуть появляться следующие. Но численность врагов на этом направлении неумолимо росла. И уже скоро некоторые из них стали успевать спрыгнуть со стены на нашу сторону. Но там такие ловкачи сразу же попадали в челюсти Пушистика.
Не убавлялось работы и у нас. Даже несмотря на то, что враги нашли другой путь. Сотни диких всё так же напирали на нас через пространственный коридор, не давая передышки нашему оружию. А логи об убийствах в визоре летели с такой скоростью, что за ними невозможно было уследить.