Вопрос заставил напрячься.
– Происходит?
– Ну да… У меня же Петька работает в нотариальной конторе. Вот он рассказал сегодня утром, что вчера Оля переписала дом на своего мужа. Мой вел сделку.
Забыла, как дышать.
Пораженно замахала густыми ресницами, пытаясь принять информацию.
Не выходило.
– Разве так может быть? А как же мы? – растерянно спросила у нее.
– Может. И что странно, она вас всех, в том числе и себя, прописала на даче.
– На даче? Но там же землянка… Да и зачем?!
– Я не знаю, что у вас случилось, но ты там смотри за матерью, как бы на улице не остались. Она ведь так любит своего красивого мальчика, души в нем не чает, а это ничего хорошего не сулит. Так Олега не любила, как его боготворит.
Стало неприятно. И ведь этот паразит ничего для нее не сделал, только все тянет и тянет. Отец любил мать, старался для нее, всей душой боготворил.
– Это точно?
– Да… – тут Зинаида Петровна выдала недовольный возглас. – Петя не хотел рассказывать, знает, что сейчас мы особо не общаемся, но все же не вытерпел. Я сразу тебе. Переживаю ведь…
– Спасибо, теть Зин, – прошептала и отключилась, ощущая отчаяние.
Подошла к сестре и некоторое время смотрела, пытаясь понять поступок матери. Ведь умная женщина, как попалась в сети хитреца? В том, что альфонс обманул ее, я даже не сомневалась. По нему же видно – еще тот мошенник.
Но что скулить? Нужно достучаться до матери, если понадобится, то и поругаться. Она не должна с нами так поступать.
Вручила малой кубик с деталями внутри, который давала, чтобы занять на то время, пока занята, и стала названивать матери. Очень надеялась, что ответит.
Не отвечала.
Неужели обиделась?
Зря я ей нагрубила…
Хотя если бы знала о передаче недвижимости, еще бы поругалась.
Черт!
А гудки все шли…
Когда я уже отчаялась, она, наконец, взяла.
– Что ты хотела? – мама сразу перешла к делу, тяжело дыша.
– Ты действительно оформила наш дом на Максима?
– Он мой муж, – напомнила она мне, будто я могу забыть.
– Это наш дом! Наш, не его! Мой в том числе. Папа его строил. Папа! Мой отец, если забыла. Как ты могла?
– Папы нет, а нам нужно дальше жить.
– Жить? Ты обеспечила своего мужика жильем, оставив дочерей без всего. Это нормально? Классно поживем, да?
– Дочка, ему нужна недвижимость, чтобы оформить кредит на бизнес. После Максим вернет нам два таких дома. Так что твои опасения напрасны.
Она серьезно? Серьезно?!
Что за бред я сейчас услышала?!
– Мама, ты что наделала?! Этот ленивец не знает слова «отдать», только «взять» и «попросить».
– Этот дом строился до твоего рождения, поэтому…
– Ты не имела права! Не имела!
– Знаешь, я не заслужила такую дочь, которая думает только о себе и ни капли о матери. Я воспитала тебя, все сделала, а в ответ слышу только упреки. Перестань! Дай мне жить для себя!
– Для себя? Отлично, мам. Пожалуйста, живи. Я рада за тебя. Но твоя маленькая дочь как же? Если со мной закончила дела, то есть еще Настя. Ты на что ее обрекла?
– Да пойми, это временная проблема, после я найму няню, а пока есть ты, сестра Насти.
– Мама…
– Я уже не могу говорить, подхожу к заводу.
– К какому заводу? Ты разве не на работу поехала?
– Нет, тут возникли неприятности, и я согласилась на встречу. Шантажисты чертовы! Только вот я и не думала, что здесь проехать нельзя. Дорога убита, бросила машину. Вот иду.
– Подожди, ты говоришь про заброшенный завод пластмасс на окраине города?
– Ну, да.
– Ты зачем так далеко уехала? Тем более, одна?!
– Говорю же… пришлось. О, а она не побоялась проехать.
В следующую секунду послышался скрежет колес, женский крик и звук мотора.
– Мама? Мама! – звала ее, пытаясь понять, что произошло.
Почему не отвечает?!
Как не пыталась, никто не отвечал, а потом и вовсе абонент отключился.
В груди все сжалось. В это мгновение четко осознала, что случилась беда.
Глава 1
Спустя пять лет
– Вы приняты на работу дневным воспитателем. Можно приступать с завтрашнего дня, – с улыбкой сказал директор детского дома, чуть склонив голову набок. Замечу, что Лапкина Милана Алексеевна – приятная женщина, создающая тепло при общении.
Задумалась, что намеренно показала, рассчитывая на реакцию. Лапкина тут же отреагировала и спросила:
– Что-то не так?
– Скажите, а можно в комнате проживать на постоянной основе хотя бы на первое время?
Вид, как и положено, с надеждой и отчаянием.
– У вас нет жилья? – с волнением спросила Милана Алексеевна, прижав руку к груди, а потом поспешно открыла мой паспорт, который я еще не успела забрать. Хотя и не собиралась, мне было необходимо остаться здесь.
– Прописана на даче, как и жила… – виновато выдала, кусая губы. – Очень скоро будет холодно…
В глазах женщины увидела волнение и страх. Конечно, скоро ноябрь, не самое лучшее время жить на даче. Лапкина запереживала, что видела по ее рукам, теребящим ткань своей блузки. Не зря ей дали характеристику Матери Терезы. Самая настоящая.
Прежде чем подать документы на собеседование, я пробила абсолютно каждого сотрудника детского дома, подбирая к ним индивидуальный подход.
– Ох, понятно, не продолжайте. Но адрес дачи…
– Через сто метров находится жилой микрорайон Амур-2.
– Ну, тогда ясно. Конечно. Обычно так не делаем, но можем рассмотреть такой вариант… – тут женщина посмотрела на меня и задала интересующий ее вопрос: – А вы там с кем-то проживали или одна?
– Одна. Мама погибла пять лет назад, когда мне было девятнадцать. Отец скончался раньше на ринге от удара соперника в область живота.
– Ох, – женщина сцепила руки, с грустью вглядываясь в мое лицо. Ей было меня жаль.
Кое-как удержалась от желания отвернуться. Обычно я никому никогда не рассказывала свою историю, но не сейчас. Мне нужно было устроиться работать в детский дом.
– Какой ужас! – воскликнула женщина. – Примите мои искренние соболезнования! Если вам что-то нужно…
– Благодарю вас! Только работу и крышу над головой, если возможно, – поспешно ответила, желая прекратить эту тему. Пора переходить к основной теме.
– Насколько я понимаю, у вас еще есть работа?
Так… Тут нужно чуток недосказать.
– Да, я работаю в небольшой фирме… – с улыбкой проговорила. – График как раз два через два, как здесь. Непременно все буду успевать.
– Ох, без выходных тяжело работать, – с сочувствием пролепетала Лапкина.
– Не волнуйтесь, я справлюсь.
– Верю и понимаю. Сама приехала из деревни. Хорошо, что мне встретился чудесный человек, и больше не пришлось снимать, так что я, как никто, вас понимаю. Тем более, вы такая молодая. У нас есть комната, вы можете жить там, пока работаете у нас. Помните о графике и о режиме дня. Я все вам непременно расскажу. Только меня смущает несколько моментов… Если судить по вашему диплому, вы чемпионка в… – тут она замялась, вспоминая, в чем именно. Не вспомнила и просто улыбнулась, давая понять, что это неважно. – Почему решили работать у нас?
– Много причин. Травмы… – с грустью ответила, давая ей возможность додумать за меня.
– Ох… Понимаю…
– Всегда хотела работать с детьми… – сказала, на что получила ее одобряющую улыбку.
– Вы молодец! Только хочу сказать, что для каждого нашего ребенка – любая женщина, что пришла сюда, это мама.
– Я понимаю и буду ей. Не переживайте.
– И у нас заработная плата, как я уже говорила, небольшая, даже крохотная.
– Пока этого достаточно, тем более я буду работать два через два, и вы разрешили мне жить здесь.
– Это да, но все же заработная плата имеет значение. У нас большая текучка, поэтому я надеюсь, что вы останетесь, хотя понимаю, что на такой заработок особо не проживешь.
– Не переживайте. Я справлюсь, – как можно спокойнее сказала, сдерживая себя от желания посмотреть на часы. Вечером у меня работа – охрана частного лица. Нужно встретить певицу в аэропорту и отвезти в гостиницу. До этого еще необходимо забежать в охранное агентство, чтобы расписаться за оружие и необходимое обмундирование.