Встревоженные жители осветили Бьянке множеством факелов, фонарей. Город сверкал десятками огней, четко отмечая фигуры стражников, основные улицы, дома знати. Противник сам облегчал нам задачу, хотя стоило быть честными — в ночное время простые люди являлись уязвимыми для зверолюдей при любом раскладе.
Раскрыв карту, я отметил места скопления самых многочисленных сил врага, после чего скорректировал маршрут. Как можно догадаться, избегать проблем не предполагалось, ровно наоборот. И теперь, с новой траекторией, мне предстояло встретиться с остатками «Пекла» — наемниками-темными, которым не повезло оказаться в патруле.
В это же время иные силы также пришли в движение. В вышине, пока не привлекая внимание, заняли места гарпии, сирены, грифон. Напротив ворот выстроился кулак из викингов, гноллов и анубов. Фелины выдвинулись к самым слабозащищенным участкам стен, собираясь забраться на них без всяких лестниц. Все застыли в тревожном ожидании, только и ждущие приказа к атаке.
На этом фоне особенно странно звучали не прекращающиеся воззвания сирен. Девушки-птицы не умолкали, дабы не насторожить противника. Их голоса по прежнему господствовали на улицах города.
Повинуясь моей команде, Рокот заложил крутой вираж, начиная снижение. Его конечной точкой должны были стать ворота города. Расчетное время прибытия составляло две минуты.
«Фелины, в атаку» — оказался отдан первый приказ.
Неясными тенями, две группы зверолюдов отделились от лесов, устремившись к северной и южной стенам. На них сейчас дежурили всего с десяток людей. Сила, способная лишь поднять тревогу, но никак не оказать сопротивление. На самом деле даже это я мог бы пресечь, напустив на них гарпий, однако делать это не собирался. Во-первых, потому, что тогда несчастных стражников придется не брать в плен, а убивать, во-вторых, из-за того, что осуществившие атаку гарпии израсходуют свой уникальный удар на слабую цель, ну и в третьих, главных, поднятая шумиха была в моих интересах, отвлекая внимание врага от ворот. Хотя должен сказать, бдительность горожан оказалась столь высока, что едва не похоронила весь план. В смысле, фелины успели преодолеть расстояние до стены, некоторые уже принялись карабкаться наверх, когда горе-сторожи заподозрили неладное. Шум и паника поднялись и того позже. Бардак! Но ничего, я еще научу их родину любить! Чуток позже, дайте только город захватить.
Переведя взгляд на траекторию собственного движения, отметил ставших куда более близкими членов «Пекла». Шум со стен они услышали и начали активно оглядываться. Не ровен час… да, это произошло. Колесница с мантикорой также оказалась замечена. Нас тут же поприветствовали парой заклятий, улетевших в молоко, еще одним, ударившим в борт. Враги явно сплоховали, атаковав слишком рано, однако скоро должны были исправить ошибку. И точно, очередное заклинание ударило в мантикору, едва не сбросив Рокота на землю, с большим трудом питомец выровнял движение, но потерял в скорости и высоте полета. Что же, стало быть сам Один велит сделать следующий шаг!
— Шеф, я на этой сойду! — крикнул попутчику, перемахнув через борт колесницы.
Матерный окрик догнал меня уже в полете, который оказался не долгим. Признаться, первоначально у меня были мысли насчет того, чтобы сгруппироваться, правильно упасть. Однако получилось, то, что получилось. Вышел, беспорядочно кувыркающийся минотавр, на непредсказуемой траектории. А затем меня встретила поверхность.
Жесткое, жесткое, мягкое, мягкое, стена! Пересчитав своими ребрами все кочки и по дороге что-то сшибив, я в конечном итоге все же остановился, а затем и поднялся на копыта, очумело мотая башкой. До слуха донеслись чьи-то стоны. Ну как «чьи-то», стоило повернуть голову на звук, как я сразу заметил страдальцев. Ими оказались люди из «Пекла», валявшиеся подозрительно ровной дорожкой. Неужели, это я так удачно влетел? Воистину, Один направлял мою руку! Ну или какой иной весельчак. Была, правда, и одна маленькая проблема. Немного придя в себя, я обнаружил, что верная секира была не со мной, а валялась в десятке шагов в стороне. Рядом со множеством не слишком дружелюбных ко мне разумных. Как раз сейчас они все уставились на меня, постепенно осознавая произошедшее.
— Что, слабаки, никогда не видели высадку космодесанта? Так сейчас еще и прочувствуете. За бога-императора!
С этим боевым кличем я рванул к первому из темных. Тот ударил мечом, принятым на наруч. После чего оказался отброшен ударом колена в грудь. Другой неудачник закрылся щитом, на который и обрушилось копыто. Воин улетел прочь, по дороге сшибив пару товарищей. Следующему не повезло особо. Шокированный судьбой соратников боец ударил слишком рано, был схвачен за руку, а дальше…
— Зашибу! — проорал, взмахнув своим новым оружием.
Шаг — удар, шаг — удар, шаг… Темного хватило на четыре взмаха, после которых у меня осталась только его рука, которая оказалась отправлена в морду взбешенного оборотня. Благо я как раз добрался до секиры.
— Хана вам, телепузики! — радостно взревел, подхватывая родной инструмент.
Мне не поверили. Свора темных накинулась со всех сторон, и первым в бой бросился оборотень. Обросший мускулами, когтями, ставший быстрей, сильней, выносливей, он мог быть страшным противником, где-то в иной, не этой жизни. Ведь вся его сила оказалась растоптана одним ударом копыта.
«Топот» заставил землю вздыбиться на восемь метров вокруг. Ни один из врагов не остался на ногах. И прежде чем хоть кто-то пришел в себя, на наемников обрушились гарпии, грифон и моя секира. Один удар, второй, и, наконец, третий — вот и все, что потребовалось, дабы покончить со свалившимся мне под копыта оборотнем. Мои подчиненные также не подвели, порвав на лоскуты всех своих противников.
— Поднимайтесь и летите к воротам, — чуть отдышавшись, приказал я. — Используйте Удар с небес и сразу отступайте. Не рискуйте!
— Да вождь! Мы справимся! Я вас не подведу! А какой будет награда? — посыпалось с разных сторон.
— Погнали! — крикнул в ответ, отсекая все лишнее, сосредотачиваясь исключительно на беге.
Схватка произошла недалеко от ворот, всего в трех десятках метров. До цели меня отделяла узкая извилистая улочка, по которой я промчался в одно мгновение. За краткий миг успел отметить вымершие улицы, словно бы мертвые дома, в которых на самом деле пряталось множество людей. Оставалось надеяться, что они пробудут там до конца сражения, потому что нам и без горожан было с кем схлестнуться.
Когда я достиг ворот, положение там оказалось плачевным. Вход в город все еще был закрыт. Направленный вперед эйнхерий напоминал оленя, окруженного стаей волков. Он крутился на месте, отбиваясь от более слабых, но многочисленных противников. Рокота видно не было, зато на стене и надвратной башне определенно происходило нечто интересное. С той стороны доносились крики, звон оружия, а еще летели стрелы. Причем во врагов летели, подтверждая, что фелины не сидели без дела. Также именно здесь обнаружились сирены. С небес то и дело ударяли воздушные лезвия, а еще стоило ступить на площадь, как я услышал слова Песни, тяжелым ярмом опускающиеся на врагов. Песня страха пригибала защитников города к земле, отнимая силы. Что же, в такую атмосферу не грех добавить чего-нибудь от себя!
На сей раз я атаковал без кличей, кричалок, и прочих возгласов. Молча. И благодаря этому имел успех. Первые враги, не ожидавшие атаки с тыла, полегли словно трава под косой. Когда же на меня обратили внимание, с неба ударила авиация. Одна за одной атаковали гарпии, а на самое просторное место рухнул грифон, тут же закрутившийся в бешеном вихре. Весы, отмерявшие победу или поражение, резко качнулись в нашу сторону.
Краем глаза я отметил ручейки беглецов. Паника уже начала охватывать защитников, многие из горожан бросали оружие, бежали. Но были и те, кто не хотел или просто не мог сдаваться. Зеленокожие бились яростно и непреклонно. Возглавлявший их огр лютовал, каким-то образом справляясь с натиском эйнхерия. Прямо на меня накинулась сработанная тройка людей в богатых доспехах. Явно хваленая гвардия одного из торгашей. На краткий миг мне пришлось ох как не просто, но именно, что на краткий миг. Потому что затем на нашу чашу весов упал еще один камень. На стенах, забравшись по перекинутым веревкам, показались еще трое эйнхериев, немедленно спрыгнувших к нам на площадь. И тогда уже у защитников не осталось никаких шансов. Начавшие открываться ворота тут стали лишь завершающим штрихом.