— Я не думал, что ты забеременеешь. Мы ведь предохранялись.
— Вытащить — это не самый надежный метод предохранения, Арсен!
— Да знаю, знаю! Но под рукой ничего не было. Ну и подумал, что раз не в тебя, то…
— Ты ошибся.
Мы молчим. Смотрим друг на друга и не знаем, что сказать.
— Я такой идиот, Лера! — взрывается вдруг Арсен.
Он ударяет кулаком о деревянную колонну и начинает ходить из стороны в сторону.
— Боже, какой я кретин! Я бы не повелся на все это, если бы уже до этого не ревновал тебя к Вите!
— Ты ревновал меня и раньше? — удивляюсь я.
— Мне всегда казалось, что между вами есть какие-то взгляды, симпатия… не знаю! Что-то!
— Ну… Витя и правда смотрел на меня, — признаю я. — Я ему нравилась изначально. И да, мне было интересно общаться с вами обоими. Но я быстро определилась, к кому меня тянет, Арсен. Это произошло еще там, на речке, когда ты спас меня.
— Почему ты это никак не проявляла? У меня было ощущение, что ты не знаешь, кто именно тебе нравится больше.
— Да потому что я стеснялась! Мне было двадцать, и у меня не было никакого опыта! Я была влюблена в тебя до безумия, Арсен! Витя же тогда был для меня просто другом. Да, у меня была к нему симпатия, но не больше. Я даже не знала, что ты так ревновал меня. По тебе же ничего не поймешь.
Правда как раз сейчас видно, что он психует. И он делает это как нормальный человек, а не молча про себя.
— Что за гнида, этот Витя! — рычит Арсен.
— И то правда! — меня даже передергивает от отвращения.
Осознание приходит медленно и постепенно.
Мы ведь из-за него расстались. Столько всего наворотил, а сам променял меня потом на Верочку. Какая же он сволочь!
Сейчас мне его уход к племяннице кажется мелочью по сравнению с тем, что он сделал четырнадцать лет назад.
Он же чудовище!
Глава 51
Арсен
Все правильно. Такой идиот как я просто недостоин такой как Лера.
Как я позволил своей ревности настолько затмить мне мозг, что повелся на этот развод?
Но, надо признать, разыграно все было великолепно. Мой тогдашний друг прекрасно знал мой характер. Он был уверен, что я психану.
И я же был на другом конце земного шара!
А он рядом. Готовый утешить.
Быстро сориентировался в ситуации, подыграл Лере, подтвердив ее предположения и страхи, добавил отсебятины, нагнетая обстановку. Да, в интригах, Витя, ты мастер!
Но если бы я сам был умнее, то у Вити бы ничего не получилось. Его расчет был именно на то, что я психану и не стану ничего подробно выяснять у Леры.
Он именно поэтому и написал мне сразу же, как я вышел в онлайн. Видимо, следил, ждал, когда включу телефон после перелета. Хотел быть первым.
И фото сделал специально так, что яркий розовый кусок ткани бросался в глаза. И якобы отмазывался в начале, чтобы выглядело натурально.
Все было продумано до мелочей. А я и повелся.
Сразу же вспыхиваю яростью, но усилием воли подавляю ее в себе, заставляя переключиться на то, что сейчас важнее. С Витей потом разберусь. Сейчас — Лера.
Нет, какой же я идиот! И к этому нечего добавить.
Да, был молод, горяч и глуп. Но это так себе оправдание.
Из-за меня моя дочь росла без настоящего отца, а Лера…
Твою ж налево! Как же я виноват перед Лерой!
Как она должна была меня ненавидеть! Ведь с ее точки зрения я просто сбежал. Расстался по надуманной смехотворной причине. Бросил одну, беременную моим ребенком!
Как же ей, должно быть, было страшно! Остаться одной, без поддержки, без работы, без жилья и с незаконченным образованием. И растить при этом ребенка! От негодяя, которые поматросил и бросил!
Ей пришлось выйти замуж за Виктора, чтобы у моего ребенка был отец! Звиздец.
Я бы и сам себя ненавидел на ее месте. Да что там — я и сейчас себя ненавижу. Какой же я ………!
Если бы мог сам себе по морде надавать, уже бы в нокауте валялся.
Черт! Черт! Черт!
Не в силах совладать со злостью, бью несколько раз по деревянной опоре террасы.
— Арсен, ты сломаешь костяшки на руке, — тихо произносит рядом Лерин голос, и ее нежные пальчики оказываются на моем предплечье, останавливая.
Я поворачиваюсь и смотрю на нее. Ее глаза блестят от непролитых слез.
— А тебе не все равно? Ты ведь ненавидишь меня. Должна ненавидеть.
— Я не ненавижу. Это в прошлом. Уже прогорело.
Внутри все падает. Больно как!
Хватаю ее за плечи и притягиваю к себе. Прижимаюсь к ее лбу своим и зажмуриваюсь.
— Я любил тебя, Лера. Так любил, что не смог справиться со своими чувствами и из-за этого потерял. Из-за глупости, гордости и юношеской вспыльчивости. Из-за максимализма. Из-за ревности.
Отстраняюсь и вижу две мокрые дорожки на ее щеках.
— Лер, я знаю, что простить такое сложно. Меня не было. Я сделал тебе больно и исчез. Ты имеешь полное право меня ненавидеть и презирать. Но я буду прилагать все усилия для того, чтобы хоть как-то изменить твое мнение обо мне.
— Я хочу получить твое прощение, Лера. Но я буду стараться заслужить его делами, а не словами. Я даже не прошу у тебя его сейчас, так как это будет слишком нагло с моей стороны. Сначала я постараюсь что-то сделать для тебя. Для тебя и Саньки. Хоть как-то компенсировать свое отсутствие в вашей жизни. А потом уже буду просить прощения. Потому что пока меня не за что прощать.
— Ты купил Саше квартиру… — робко возражает она.
— Это моя обязанность, а не заслуга. Лер, прошу, скажи, что ты не против! Что дашь мне шанс.
— А если скажу, что я против, это тебя остановит? — почему-то улыбается она.
— Нет.
Конечно, не остановит! Какого черта! Я накосячил — мне и разгребать. И я наизнанку вывернусь, лишь бы моим девочкам было хорошо!
Хмм… моим девочкам.
Внезапно осознаю, что думаю не только о том, чтобы наладить отношения с дочерью, но я вижу ее в связке с Лерой. Именно они вдвоем мне нужны.
Не только Санька моя, но и Лера. Они обе — мои.
Раньше у меня был лишь сын. А теперь есть дочь и… моя первая любовь. Самая прекрасная и желанная женщина на свете.
Конечно, она может и не простить, но я сделаю все возможное. Это теперь моя цель. Сделать их счастливыми.
Я налажал и должен это… нет, исправить не получится, но… Я должен им. И даже если меня никогда не простят — значит, заслужил. Но я их никогда не брошу.
— Тогда зачем спрашиваешь? — поднимает она бровь.
— Я хочу твое принципиальное согласие. Так будет проще.
— Кому проще?
— Нам всем. Нам всем так будет проще.
Валерия
— Я не знаю, Арсен, — честно пожимаю я плечами.
Я и правда не знаю. Понимаю, что все, оказывается, было не так, как я думала, но в голове это пока не укладывается.
Признаю, с его точки зрения все выглядело и правда странно. Пытаюсь взглянуть на ситуацию его глазами. Да, у него была причина сомневаться.
Нет, она была нереальная эта причина, но все было очень удачно повернуто и срежиссировано. Даже не знаю, как бы я сама повела себя на его месте.
Наверное, я все же попыталась бы поговорить начистоту. Да. Но…
А сама-то я поговорила начистоту? Попыталась выяснить, почему он сказал мне те обидные слова? Или предпочла сразу обидеться, возмущенная задетым эго и утопая в своей обиде?
Нет, я далека от того, чтобы винить во всем себя — конечно, нет. Но, надо признать, что оба мы тогда поступили не слишком умно.
Один накинулся с несправедливыми обвинениями вместо того, чтобы все спокойно обсудить и выяснить, а вторая, вместо того, чтобы уточнить о чем идет речь, сама напридумывала причины и молча обиделась, тем самым лишь подтвердив подозрения.
В наших словах и поступках было мало логики и много эмоций. Много боли от уязвленной гордости, мало терпения и доверия друг к другу.
Конечно, Виктор и моя подруга очень постарались, но и мы сами виноваты в том, что послушали их, вместо того, чтобы просто довериться любимому человеку.