— Лира, а что с твоими глазами? — задаёт неожиданный вопрос подруга. Недолго думая, вкратце, пересказываю ей слова доктора. Вижу, как она удивляется. — То есть, на солнце тебе нельзя находиться? Как вампиру?
Улыбаюсь такому сравнению, припоминая описание кровососов.
«А что, подходит. Бледная кожа, красные глаза, непереносимость солнечного света. Пожалуй, альбиносы могли запросто стать основоположниками красивой легенды. Стоило лишь первому, рассветному лучу коснуться земли, они тут же скрывались в подземном мраке…. Каким же, тогда, образом, я находился на солнце в то злополучное утро, когда прилив вынес моё истерзанное тело на берег? Очков на мне, тогда, не было, а пекло будьте-нате» — приходит на ум любопытный вопрос, требующий ответа.
Вспоминаю, что сказал врач о состоянии моего здоровья, особенно, о глазах: «Идеальное зрение», и прихожу к выводу, что не всё однозначно.
«Либо ЮВон перестраховщик, либо я чего-то не знаю»
Давлю порыв немедленно проверить мысль действием, вместо этого, пишу Манхи ответ.
[ Я — вампирша! Ночью, когда ты уснёшь, я полакомлюсь твоей кровью. После чего, ты, тоже обратишься, и проживёшь тысячу лет! ] — чтобы усилить эффект, делаю зверский оскал, и поднимаю руки, растопыривая пальцы, демонстрируя воображаемые клыки и когти.
— Да ну тебя! — надув губы, шлёпает меня по руке Манхи. — Вампиров не существует.
[ А жаль ] — тяжко вздыхая, соглашаюсь со словами подруги. Пару секунд переглядываемся, а затем, дружно смеёмся, выплёскивая нервное напряжение.
— Девочки, я тоже хочу посмеяться, — доносится до меня знакомый голос. Оглядываемся на подошедшую Оби. На ней, поверх одежды, надет матерчатый фартук, а на ногах невысокие резиновые сапоги. В руках, девушка держит корзину, наполненную куриными яйцами. Залипаю на сим прелюбопытном зрелище, что не остаётся незамеченным.
— Манхи, покажи ЛиРа нашу ферму. Ей необходимо научиться справляться с хозяйством. Яйца сами себя не соберут. Я попрошу хальмони, включить её в работу и вписать в график. Так, над чем вы смеялись?
— Онни, умеешь ты момент испортить. Лира сказала, что она — вампир! Ей нельзя появляться на солнце, из-за отсутствия в организме мета… мелта… в общем, какого-то вещества. Скажи ей! — пихает меня в бок болтливая подружка.
— Пока, я вижу лишь двух бездельниц, хохочущих по пустякам. И я, считаю, что ЛиРа ведёт себя вызывающе. Мне плевать, что она притворяется больной, очки, в моём присутствии, ей придётся снять!
Внезапно, Оби протягивает руку, и срывает с моей головы защитный аксессуар. От хлынувшего светового потока зажмуриваюсь, и прикрываю глаза предплечьем. Слышу, как рядом охает Манхи.
— Что ты делаешь, онни! Верни ей, немедленно, она ослепнет!
— От чего? Моей красоты? — отвечает, той, Оби. — Пусть привыкает.
— Я пожалуюсь хальмони! — повышает голос моя заступница. Кажется, её угроза срабатывает.
— Иди, жалуйся!
До меня доносится звук удара пластика о твёрдую поверхность, и удаляющиеся шаги.
«Похоже, полюбовно договориться не получится» — мысленно вздыхаю, сетуя на очередную желающую сделать окружающих менее счастливыми, чем она сама.
Терпеть не могу ковыряться на участке. С детства, когда родители заставляли меня полоть грядки, или копать картошку. Тем самым, напрочь отбили любое желание заниматься «фермерством». От одного вида посадок мне становилось дурно.
Нет, от работы я никогда не отлынивал, но только не в огороде! Перспектива вновь оказаться в роли бесплатной рабочей силы не воодушевляла.
«Ладно, там, яйца таскать, или воду — это я с удовольствием. Но только не „кверху попой!“»
Чувствую, как в мою руку вкладывают очки. Это Манхи — заботливая душа.
— Не обращая на неё внимания. Оби всегда такая вредная. Раньше, она меня доставала, а сейчас ты — новенькая.
Водружаю очки на нос и разлепляю глаза. Перед собой вижу обеспокоенную физиономию подруги, которая разглядывает моё лицо, видимо, пытаясь оценить размер ущерба, нанесённого коварным солнцем. Спешу её успокоить.
[ Манхи, всё в порядке. Я успела закрыть глаза. Пожалуйста, никому не рассказывай о том, что сейчас произошло. Лучше от этого не станет. А с Оби я сама разберусь ]
Конечно, оптимизм показной. Не уверен, что причина нападок со стороны Оби в том, что я — «дух». Здесь не армия, а большая семья, в которой, все должны заботиться друг о друге. И появление, в сплочённом коллективе, чужака не каждому придётся по душе. Особенно, если она красивее тебя. Чего ждать от такого проявления внимания к моей персоне совершенно непонятно.
Решаю пока отложить разборки, благо, Оби, частично права — лодырей нигде не любят. И как ни крути, придётся влиться в работу, дабы показать, что не даром свой хлеб ем. А насчёт очков, конечно, перебор. Думаю, если разок поприжать зазнайку в тёмном углу, да встряхнуть хорошенько, с неё быстро спесь слетит. Это на случай, если по-другому договориться не получится.
Манхи берёт меня за руку и тащит за собой, спеша показать свои владения. Неплохо живёт семья Ли. Кроме основного дома, на участке имеется большой гараж с разнообразной, сельскохозяйственной техникой — новой и не очень. Уже было залипаю внутри, разглядев обилие моторизированных чудес, но познакомиться поближе не даёт мой гид, выдворив наружу со словами: «Тут скучно, пошли!». Сарай с инструментами и инвентарём и длинное строение, оборудованное под курятник. Как рассказала Манхи, кроме лаванды, их семья занимается поставками свежих яиц и птицы в местные рестораны. Ну, и к своему столу перепадает. В курятнике, на постоянной основе работают два наёмных рабочих, которые приветствуют нас традиционными поклонами, больше смахивающими на кивки. Пришлось и нам с Манхи кланяться в ответ.
Курятник, конечно, — одно название. На самом деле, высокотехнологичная фабрика, оснащённая современным оборудованием для выращивания и кормления птицы. Правда, это не избавляет от необходимости вручную собирать яйца. Ну, и петухи злые. Никогда бы не подумал, что буду бегать от пернатого крикуна, возомнившего себя невесть кем. Под хохот своей сопровождающей, спасаюсь от хамоватой птицы за дверью. Ну её, нафиг!
Но самым большим строением, не относящимся к жилой постройке, является здание, в котором обрабатывают урожай лаванды и производят из неё масло. Тут, тоже трудятся наёмные рабочие, видимо, своими силами семья Ли не справляется.
Плантация лаванды впечатляет. Нам приходится пройти через приусадебный участок, чтобы через внутренние ворота попасть на неё. Широкие гряды, на которых, мохнатыми лапами кустятся побеги лаванды, протягиваются на несколько сот метров в длину и столько же в ширину. Сейчас, поле ещё не зацвело и выглядит весьма посредственно. Представляю, как оно будет смотреться в фиолетовом цвете, и губы, сами собой, расплываются в улыбке. Ещё, бросаются в глаза размеры, не предполагающие ручной труд. Что не может не радовать.
На поле мы не задерживаемся. Смотреть тут особо не на что, и Манхи, справедливо, тащит меня обратно на участок.
— После ужина можем сходить в Косон. Туристов сейчас ещё мало, но мне нравится слушать иностранную речь. Особенно, английскую. Говорят, так быстрее усваиваешь этот язык! Он такой сложный!
Киваю в знак согласия. В город сходить — доброе дело. Всегда приятно посмотреть, чем люди живут. Тем более, в таком небольшом, как Косон. А с английским я никогда не дружил, не дружу и не буду дружить. Ибо, лень.
— А завтра, мы поедем в Сеул! Наша семья ездит туда каждую неделю отдыхать. Ты была в «Диснейленде»? Там офигенно!
«В Сеул, так в Сеул» — мысленно пожимаю плечами. — «Чего Оцеола там не видел? Цивилизацию? Кабаков да девок? Они везде одинаковые. А „Диснейленд“ — тем более, — это для детей. Косон, на фоне столицы, выглядит куда интереснее, на мой взгляд. Тихое и спокойное место»