– Все миры богинь пали первыми. – Задумчиво проговорила Жанна. – Мать, сестра и возлюбленная. Невеккет – символ беспечного детства, Верес – правосудие, защитник. Остался Арнхос, Болгайр и Сантер. Чью личину вы носите? Какие осколки создателя скрываются за каждым?

– Умница. – Скупо похвалил Сантер. – А ты сама? Какую роль ты отвела себе в мирозданье?

– Я – всего лишь полукровка. – Покачала головой Жанна.

Сантер многозначительно промолчал.

***

В бальной зале Жанну перехватил какой-то толстяк. Мужчина бесцеремонно увлек девушку в танец. Облако сладковатых духов перебило обоняние, потные ладони противно сжали плечо и руку.

– Что вы себе позволяете? – Оскорбилась Жанна.

– Безумно рад встрече! – Сообщил толстяк. – Наблюдаю за вами последние двенадцать лет и, должен сказать, не ожидал, что такое возможно!

Грудной низкий голос с хрипотцой перешел на шепот:

– Не соглашайтесь на сделку, дорогая. Сантер – чудовище. Он разрушил мой мир без единого убитого или раненого солдата.

– Кто вы такой, во имя Ночи? – Жанна сама вдруг перешла на шепот. – Что за ересь вы несете, безумец?

Танцующие пары мелькали со всех сторон, не обращая внимания на толстяка и Жанну. Гости были достаточно хмельны, чтобы вести бессмысленные беседы по углам, увлекаться воздушными циркачами, что в соседней зале демонстрировали чудеса акробатики.

Юноши и девушки с детской непосредственностью играли в прятки в коридорах дворца, а почтенные старцы и чопорные дамы вздыхали о былых днях.

– Меня зовут Балга. – Расстроенно пробасил толстяк. – Простите мои манеры, я чувствую, как Джаред приближается. Он несет грозу на вашу голову, но я готов помочь всем, чем смогу.

Назвавшийся богом мира Балгайр потащил Жанну к выходу на смотровую площадку.

– Вы свяжетесь со мной любым удобным способом. – Пухлая ладонь протянула пустую белую карточку. – В вашей крови – память трех миров. Этого достаточно, чтобы стать угрозой для Сантера, но мало, чтобы одержать победу. Невероятно! – Он с ног до головы рассмотрел Жанну. – Богиня без мира! До встречи, милое дитя.

Растерянная Жанна застыла на месте, машинально спрятала карточку в маленькую сумочку, что висела на поясе.

Внезапно музыка стихла. Погруженная в размышления, полукровка не заметила торжественной тишины, что накрыла зал. Что-то говорил Альберт Свейн, сжимая в руках бокал с искрящимся вином.

– Вот вы где, дитя!

Толпа расступилась перед высоким худощавым верийцем. Снова инстинкты взвыли от бешенства: запах лилий, лицо, лишенное бровей и ресниц, блестящий лысый череп, алый взгляд.

– Жрец Вереса. – Натянуто улыбнулась Жанна, собирая волю в кулак. – Ординат Гайос.

Мариус учтиво поклонился и протянул руку в темно-синей перчатке с алой тонкой вышивкой на раструбах.

Лоринка нехотя подчинилась и позволила подвести себя к Альберту Свейну. Рядом с королем Оринберга величественно застыл князь Гевальт. Сантер стоял чуть в стороне. Жанне не нравилось, как самодовольно и многообещающе светятся глаза Джареда, как смахивает кружевным платочком слезы умиления юная королева.

– Мы все ждали этого дня. – Голос пронёсся над головами аристократов, парадные нотки звучали пафосно и фальшиво. – Я с гордостью представляю вам нашу верноподданную графиню Жанну Аделину де Стрейн! Хрупкую и прекрасную девушку, что отважно встала на пути захватчиков десять лет назад.

Бурные овации оглушили Жанну со всех сторон.

Альберт вскинул ладонь, призывая гостей к тишине.

– Разумеется, молодой девушке было бы сложно справиться одной со столь грозным врагом. Но, – король многозначительно поднял указательный палец вверх. – Наш новый друг, уважаемый Джаред, бог Сантера, не остался равнодушным к боли Лорин, покинутого своей создательницей…

Дальше Жанна не слушала. Монарх поочередно представил Лино, Мариуса и Фауста. Он расписывал доблести верийцев, их подвиги, которые сама Жанна скорее отнесла бы к поводу для казни за предательство Вереса.

«Будьте мужественны, ваше величество» – Призвал незримый Раск, разделяя чувства своей королевы.

Когда перед ней на одном колене оказался Фауст, девушка недоуменно заморгала.

«Что происходит?»

Мариус Гайос отступил, Альберт Свейн перехватил инициативу, подвел Жанну к Фаусту.

– Ваши родители, к сожалению, оставили нас. Уверен, они бы приняли оказанную честь с радостью, дорогое дитя. – Альберт вложил руку девушки в протянутую ладонь князя. – Мы отдаем нашу верноподданную, дочь мира Лорин, в ваши надежные руки, князь.

– Ты разделишь вечность со мной? – Не менее торжественно спросил Гевальт.

«Соглашайтесь, моя королева. – Лино зажмурил глаза как кот, едва заметно кивнул. – Сейчас у вас нет выбора»

– Разумеется. – Натянуто улыбнулась Жанна.

Все внутри похолодело. Как он мог втянуть ее в этот фарс? Это унизительное представление перед сытыми самодовольными аристократами, перед злейшими врагами Кейна, его предателями!

Но кто она, если не такая же предательница своего мужа?..

Фиолетовые глаза сузились, обещая расправу. Князь чуть склонил голову на бок, все его существо умоляло подчиниться, дать возможность объясниться позже. Но графиня де Стрейн не была бы сейчас здесь, если бы умела вовремя обуздать свои эмоции.

Рядом с обручальным кольцом рода Гевальт, на среднем пальце очутился золотой ободок с прозрачным как слеза бриллиантом. Эта драгоценность принадлежала королеве Лив Дуункам. Альберт с удовольствием избавился от еще одного напоминания о своих собственных грехах.

Жанна пережила волну поздравлений. Дамы целовали воздух возле ее уха, мужчины касались губами тонкой перчатки

– Вы прелестны! – Восхищенно воскликнула молодая зеленоглазая красавица. – Я так рада за вас! Мы тоже обручились сегодня.

Королева пытливо рассматривала жизнерадостную особу, что не умолкала, пока ее кавалер деликатно пытался отвести ее в сторонку, пропуская скопившуюся за их спинами очередь аристократов.

– Как чудесно! – Всплеснула руками Жанна, вторя восторженной незнакомке.

Она не собиралась упускать возможность избежать всеобщего внимания. Лоринка подхватила под локоть совершенно счастливую девчонку, увлекая ее за собой.

– Как ваше имя? – Мило затараторила Жанна.

Гости смущенно переглядывались, но никто не осмелился преградить дорогу графине де Стрейн или осадить девушку, что нарушила своей искренностью эту пафосную церемонию.

Фауст последовал за своей невестой, точно привязанный.

– Баронесса Марлен фон Краус. – Приятный голосок новой знакомой чуть дрожал от волнения. – Мой жених – барон Отто фон Бамст.

Молодой человек, что старательно подстраивался под маленькие шажки своей спутницы, остановился и отвесил поклон.

– Госпожа, это – честь для нас с Марлен. Князь Гевальт. – Отто с не меньшим усердием поклонился верийцу, всем своим видом выражая подобострастие и трепет. – Надеюсь, мы не утомили вас. Марлен, думаю, нам стоит оставить наедине графиню и князя. Этот вечер очень важен для них.

– Ни в коем случае! – Возразила Жанна, не позволяя Фаусту произнести дежурную вежливую фразу. – По законам королевства Оринберг, будущие супруги не могут находиться наедине до самой свадьбы, разве нет?

– Что? – Похолодевшим голосом переспросил князь.

– О, да! Вы правы! – Подтвердила бойкая Марлен. – Чувства должны выдержать проверку временем и целомудрием.

Жанна с интересом отметила, что новая знакомая искренне верит в то, что говорит. Легкий фанатичный оттенок звучал в ее голосе, руки машинально сотворили знак Лорин. Вот они какие, праведные невинные девы, что чтят архаичные обычаи, но все еще пытаются идти в ногу со временем.

Марлен не напоминала синий чулок, ее изысканный наряд отвечал всем требованиям моды и все же, девушка всю жизнь следовала правилам, исполняла наставления родителей…

– Старый обычай, Марлен. – Принужденно рассмеялся Отто, глядя, как играют от напряжения скулы Истинного. – Он касается только подданных Оринберга. Госпожа графиня…