Но всё же я не понимаю , что меня всё же вырвало из пастели?
Потому что никакого магического перемещения меня сюда неизвестным мне магом или ведьмы, я не чувствую.
Так что вопросы: «где я ?» и «как я здесь оказалась?» остаются открытыми.
Тем более передо мной сейчас открывается вид на незнакомую мне улицу. И я точно помню, что никогда здесь раньше не проходила.
«Неужели — магический сон?», — неожиданно озарило меня.
Чёрт. И как я могла об этом забыть. Тем более мне почти каждую ночь, что-то таком в духе и снится.
Это напрямую связано с моим даром предвидения. Такие сны помогают мне узнать, где обитают необычные животные, которым требуется моя помощь.
Иногда мне снятся люди, маги или ведьмы, которые попали в беду. И когда просыпаюсь то почти всегда сразу же открываю портал в увиденное мне место. Я так многим уже спасла жизнь помимо оказание помощи магическим животным.
Поэтому я стала сейчас внимательнее оглядываться по сторонам, но никого пока что здесь не увидела.
«Возможно зверёк прячется в кустах или ещё где-то? Надо применить магию поиска, — с последней мыслью, закрыла глаза и сконцентрировала свою энергию, силу и волю в голове. Но сейчас оттуда исходил непривычно слабый и прохладный магический поток. — Что происходит? Почему у меня тут магия не работает? Раньше же все срабатывало!»
Ещё раз, мысленно сформулировала нужное заклинание, но ничего не произошло.
Я только чувствовала очень слабые отголоски своей магии — это точно очень плохой знак. Надо с этим что-то срочно делать. Без магии мне будет сложно здесь, что-то предпринять. Я же не просто так оказалась в этом сне?!
— Афина у нас такая красивая, — неожиданно раздалось справа тихим, нежным шелестом.
— Согласен, — подтвердил чувственный, глубокий голос слева.
Обернулась, но никого не увидела, как и не почувствовала ничего.
Без своей магии, я ощущала себя слепым котёнком. Разве что вместо обаяния, которое есть у зверей, мои ведьминские инстинкты завопили во всю: «Беги!».
И я вначале быстро пошла. А потом побежала, но оказалось, что сколько бы не неслась вперёд, голоса не отставали ни на йоту.
— Афина, ты всё равно не убежишь далеко, — прошептал на ушко голос слева. — Ты принадлежишь мне.
— Нам. Не забывай братец, эта сладкая малышка, не только твоя! — вторил приятный баритон справа.
«Нет, нет, это всё галлюцинации. Я ничего не слышу, мне всё кажется», — пыталась саму себя уверить в этом.
Ещё никогда не испытывала такого всепоглощающего страха. Чувства, что меня догонят, поймают и-и-и… не знаю, что сделают. Сейчас я знала только одно, мне надо бежать, как можно дальше.
— Афина, не бойся, не убегай, маленькая. Ты — уже моя! — «Да, что это такое!», — я потрясла головой, чтобы избавиться от звука в правом ухе.
— Никуда она не денется, Афина — моя! — влетело в левое и поняла, это не галлюцинации, а что-то намного серьезнее.
Мир закружился, сливаясь в неразличимые пятна. Я стала падать, споткнувшись о камни и полетела вниз, но неожиданно вдруг оказалась в жарких объятиях.
— Попалась моя сладенькая ведьмочка! — уха коснулись теплые губы, скользя ниже, прикусывая и опаляя кожу дыханием. — Куда же ты торопилась, Афина? Ко мне?
— От тебя подальше. Отпусти! — я не знала его имени, но оно словно вертелось на моём языке, но никак не могла его вспомнить и произнести вслух.
— Не отпущу! Ты моя! Запомни это Афина, — у него мягкий голос, даже слегка властная нотка его не портила.
— Кто ты? И почему я тебя не вижу?
Перед глазами не было чёткой картины, словно всё в тумане, только слышала его голос, чувствовала прикосновения, но никого не могла увидеть.
— Моя, — только упрямо продолжал говорить он мне на ушко, не ответив на мои два вопроса.
«Куда делся второй?» — неожиданно всплыла мысль у меня, но тут же улетела, когда снова тёплые губы коснулись моей шеи, оставляя укус, смешанный с короткой вспышкой боли.
— Не бойся меня моя нежная ведьмочка. Я тебя не обижу!
Страха к моему огромному удивлению у меня уже не было, а в его объятиях почему-то стало так спокойно. Сильнее прижалась к тому, кого до сих пор не смогла разглядеть. Своей колючей щетиной он провел по моему лицу.
— Эй, не царапай меня, мне неприятно, — я попыталась отвернуться от него.
— Она не только твоя! Но и моя тоже! — неожиданно раздался второй голос. — Его нос остановился в миллиметре от моей щеки, и я почувствовала его дыхание. А потом он стал обнюхивать мои рыжие волосы, спускаясь от щеки к горлу, — Ты так вкусно пахнешь ведьмочка! Так бы и съел тебя!
Их руки заскользили по телу, задевая край моей рубашки, мне стало очень жарко.
Зажатой между двух мужских тел, даже невидимых, мне просто не могло быть холодно. Я плавилась от каждого их прикосновения, ласковых поглаживаний, легких поцелуев за ушком, в шею, ключицу и ниже. Почувствовала как пальцы одного из них оттянули край моих трусиков.
Воздух словно трещал вокруг, подстёгивая к активным действиям. Я неожиданно для самой себя желала прикоснутся к ним, попробовать их невидимые для меня губы, притянуть их ближе к себе и...
— Хорошая девочка. Нас не надо бояться и убегать тоже.
— Всё равно поймаем…
— И накажем… — дополняя друг друга говорили они мне, а я внутри натягивалась, как леска или нитка, которой они меня обвязывают. А затем резко тянут, вырывая хриплый стон.
— Афи-и-ина, ты так порочно стонешь, — один из них произнес моё имя, пока другой сжимал бёдра пальцами, приближаясь все ближе и ближе, надавливая между ног.
— Кричи ещё. Я хочу слышать твои стоны.
— Давай кричи… давай, давай маленькая, покажи как тебе хочется...
От их приказов не получается сдерживать себя. Это просто нереально, особенно когда пальцы давят на клитор, проникают внутрь, начиная ускоренно двигаться там, заставляя выгибаться и стонать.
— Хочешь ещё малышка?
— Да, попроси нас!
Их голоса кажутся мне настоящим гипнозом, который заставляет не сопротивляться, позволить им двигаться во мне пальцами, проходиться по влаге. От этого невозможно не быть возбужденной. Оно проходит острием по нервам, выкручивая меня наизнанку, но желаемого оргазма не приходит. Мне больно от его ожидания, от невозможности наконец-то кончить.
— Ну же умоляй нас, сладенькая!
— И будет тебе очень хорошо, малышка...
Они ведь играют со мной, их поцелуи, движения пальцами во мне, словно капли воды в знойное лето. Не помогает, а только ещё сильнее распаляет, выбивает мысли. Воздух возле нас превращается в сплошной пар.
Я задыхаюсь.
— Умоляю… пожалуйста...
— Всё будет… но позже… чуть позже.
— Когда? — задала свой вопрос с напором, всё начало плыть перед глазами, и я не упала лишь благодаря их рукам.
— Когда увидимся в реальности ведьмочка. Это будет очень скоро!
— Ты по всем понятиям станешь моей…
— Нет, нашей, братец!
Мрак, плотно окутавший моё сознание, постепенно рассеялся. Я приложила все усилия чтобы поднять веки, но они кажутся неестественно тяжелыми, словно воспалены после бесчисленных рыданий.
Глава 8
Афина
Я медленно и глубоко вдохнула воздух, пребывая в странном, коматозном состоянии. Веки сильнее закрывали глаза, зубы скрипели, порождая слабый свист резкого вдоха.
Пытаюсь вспомнить, как дышать, но лёгкие ушли в утиль. Как и мозги, которые напоминали мне сейчас сахарную вату. Голова разрывалась, виски простреливали вспышками боли.
— Афина! — среагировала на голос своего фамильяра — кота, — Тебе снова снился вещий сон, — заявил он, то что я и так знаю.
Мне всегда они снятся! Так что барс Америку ты мне не открыл!
Но такого ужасного состояния у меня не было ещё не разу! Хотя, нет было, в прошлом году за три дня до полнолуния! Тот сон приснился мне очень приятным, но недомогание после него длилось у меня несколько дней.