– Хоть что-нибудь! – простонал Банкан, подумывая, не пора ли отложить дуару и взяться за меч.
– Один момент. – Выдр часто заморгал. – Помнишь песенку с того диска? – скороговоркой прошептал он сестре.
Округлив глаза, она кивнула, и выдры запели снова. Их голоса взлетели над кустарником.
Настало время, и пробил час
По носу двинуть, врезать в глаз!
Помогут бутсы сладить с теми,
А этим – битой погладим темя.
А ну-ка, Молот, король квартала,
Добавь тому, кому еще мало,
Вломи по морде, по тыкве съезди.
Настало время для нашей мести!
Давай-ка, Молот, вожак оравы,
Круши налево! Круши направо!
Над кустами между музыкантами и разбойниками взвился блистающий серебристый туман. Со стороны фургона он был виден превосходно.
Неприятный разговор Граджелута и его раздраженного мучителя прервался, оба повернули головы. Казалось, серебряный парок состоит из металлических частиц. Он не сулил ничего хорошего – напротив, был перенасыщен угрозой. Банкан инстинктивно пятился, пока не наткнулся на дерево. Но даже в этот момент ему хватило мужества играть. Он не знал, что на уме у сверхъестественного явления, однако это вовсе не делало туман безобидным. Выдры присели на корточки, но тоже не умолкли.
Выставив перед собой оружие и разинув пасти, еноты укоротили шаг, а потом и вовсе замерли перед невиданным и непонятным зрелищем.
Облако сгущалось и вскоре превратилось в узкий и длинный кристалл, увенчанный цилиндром из того же материала, но намного короче и толще.
Они образовали красивую букву "Т" высотой с фургон Граджелута. Строго говоря, это был огромный инструмент, цельнометаллическая кувалда. Она висела над кустами и молодыми деревцами и слабо вибрировала в ритме музыки.
Еноты двинулись в обход, боязливо косясь на отполированное до блеска привидение.
«Дохлый номер», – подумал Банкан. О чем и сообщил выдрам. Не пропуская ни такта, они дружно изменили текст сообразно ситуации.
Кувалда задрожала, отклонилась назад, замерла на миг, а затем нанесла удар чудовищной силы. От ближайшего бандита осталось мокрое место – с таким же успехом чаропевцы могли уронить на него синего кита. Развязка была шумна и суматошна. Смотреть, как кувалда занимает исходное положение и выбирает себе новую жертву, было до такой степени неприятно, что двое уцелевших енотов с воплями обратились в бегство, отшвырнув никчемное оружие.
Банкан заставил себя взглянуть на переполох, учиненный молотовидным призраком в относительно спокойном лесу, и почувствовал, как его желудок вдруг заработал автономно. Но юноша был слишком занят игрой, чтобы срываться с места. А ликующие выдры простерли поэтическую фантазию до верхнего предела своего внушительного воображения.
Кувалда развернулась и пустилась в погоню за разбойниками. То и дело раздавались тяжелые удары, в плотном грунте появлялись все новые идеально круглые вмятины. И всякий раз под ногами у Банкана вздрагивала земля. Видя остервенелый слесарный инструмент, несущийся вдогонку за их приятелями, остальные бандиты заколебались. В критический момент коати храбро бросился вперед и предпринял доблестную, но неудачную попытку ободрить деморализованных бойцов. Он ткнул в кувалду рапирой, но клинок отскочил, не оставив ни царапины на гладком астральном металле. Зато кувалда стукнула по хвосту и сломала его в нескольких местах. Тявкнув от боли, разбойничий атаман лишился чувств и повалился навзничь. Виверр и медведь подхватили его и поволокли в гущу леса, а остальные бросились врассыпную. Кувалда на миг растерялась, а затем стала гоняться за бандитами, все время промахиваясь, но тем не менее наводя жуть своей неутомимостью.
Банкан играл, пока не скрылся за поворотом последний грабитель.
Смеяться не хотелось – кровавый блин из мяса, шерсти и размозженных костей, останки злополучного енота, надолго, если не навсегда, запечатлелся в памяти. От запаха крови свербило в носу. С безмолвным возгласом «Спасибо!» он убрал пальцы с грифа. Сияние над дуарой померкло.
– Неплохо, – сказал он выдрам. – А теперь поглядим, что поделывает наш торговец.
Трио с треском проломилось через кусты, чтобы не идти по кровавому пятну.
– И че мы ему скажем? – поинтересовался Сквилл, когда они вышли на обочину.
– Я – ниче. – Его сестра машинально оправляла мех. – А он, похоже, маленько сдрейфил.
Действительно, Граджелут был ни жив ни мертв от потрясения. Ничего странного, если учесть, что он видел только убийственную кувалду, а не ее повелителей. «Когда мы ему все объясним, он, конечно, будет благодарен, – предположил Банкан. – Все-таки мы ему, похоже, жизнь спасли, уж не говоря об имуществе».
За деревьями раздался громкий треск, Банкан оглянулся. Вновь появилась кувалда, она бешено лупила направо и налево, кроша деревья, кусты и небольшие валуны. Обретя жизнь с помощью чаропения, она не собиралась исчезать за здорово живешь. Вдруг она замерла, будто высматривала что-нибудь новенькое, еще не надоевшее. Пауза не затянулась – кувалда обнаружила фургон и, лупя по земле, двинула прямехонько к нему. С козел донесся стон Граджелута.
– Еще не унялась! – возопил Сквилл.
– Сам вижу.
Руки Банкана крепко сжали дуару, а ноги понесли его спиной вперед, к дороге.
– Спойте, чтобы сгинула!
– Играй! – крикнула Ниина. – Банкип, ты должен играть!
Возгласы подстегнули его, он пустил пальцы по отзывчивым струнам.
Первые аккорды прозвучали не в лад и действия не возымели. А тем временем металлический призрак грозно наступал.
Чаропевцы пятились строем, Банкан отчаянно щипал струны, а выдры голосили в предельном темпе. Вот и середина дороги, позади – фургон, и не видать укрытия. Кувалда настигла их и заколебалась. Задрав лапы над головой, Граджелут съежился на козлах. Кувалда повернулась к нему, словно разглядывая, а затем целеустремленно двинулась к дрожащим музыкантам.
– Врассыпную! – рявкнул Сквилл в самый последний момент, когда кувалда уже ринулась к ним.
Человек и выдры бросились в разные стороны, а исполинская железяка врезалась в утрамбованный грунт там, где они только что стояли.
Взметнулись камешки и комья земли.
Уворачиваясь и отстреливаясь на бегу аккордами, Банкан вскричал:
– Прогоните эту хреновину! Спойте что-нибудь другое! Пусть убирается, откуда взялась!
– А откуда она взялась? – Сквилл пытался одним глазом смотреть на друга, а другим – на смертоносное привидение. – Е-мое, почем я знаю, откуда она взялась?! С верстака чертовых богов!
Кувалда устремилась за Банканом, повторяя его зигзаги.
– Ты у нас чаропевец клепаный!
Банкан скакнул в сторону, и кувалда промазала буквально на сантиметр.
– А вы – певцы!
Выдры снова пустились в импровизацию, но безуспешно. Они уже малость утомились петь и одновременно увертываться, а безжалостный призрак явно не желал униматься.
Внезапно усилился ветер, стволы и сучья деревьев качнулись к дороге. Ветер быстро перерос в полновесный шквал. С козел вытаращенными от страха и изумления глазами взирал Граджелут. Вокруг Банкана дребезжали листья и трещали ветки. Все быстрее уходили силы – где ему тягаться с выдрами в выносливости и проворстве! Если эта штуковина в конце концов на него опустится… Перед глазами живо встала картина кровавых останков бандита.
Упругая ветка свалила его с ног, из обессилевших рук выпала дуара.
Пульсирующее сияние сразу исчезло. Заметив это, выдры оборвали песню – без мастерского аккомпанемента Банкана она была бесполезна.
Задыхаясь, Банкан повернул голову как раз вовремя чтобы увидеть молот, зависший над ним для финального удара. Юноша закрыл глаза.
Внезапно ветер стих. Два согнутых дерева резко распрямились, подхватили кувалду с двух сторон и швырнули вверх. Потом хлестнули несколько раз взад-вперед, подрожали и замерли. Гигантский молоток плотно засел между ними, как в зажиме на стене плотницкой мастерской.