Вдруг это все-таки не Оля.
А если она, но кто-то ею сейчас управляет и меня пустят под нож, как того бедолагу? Тьфу, ну не под нож, а под куриные лапищи.
А вдруг и правда это не моя жена, и она сейчас там, в спальне, растерзанная лежит? Может, я еще успею ей помочь?
Значит, нужно срочно избавиться от этого существа и бежать к Оле. Эти мысли проносятся в голове, а ноги сами отводят меня спиной назад к спальне. Это НЕЧТО, проходя мимо щуплого, которого я так и не вырубил своим последним ударом, на секунду остановилось и поставило ему на шею ногу. К слову, обычную человеческую ногу, а затем, надавив, с отчетливым хрустом завершило его мучения. И снова пошло ко мне.
Дамочка, может вы остановитесь и не будете ко мне подходить? Так поговорим, а?
Мои слова не остановили эту гарпию. Кстати, а в этом что-то есть. Правда, у гарпий, по легендам, человеческое лицо и вместо рук крылья, но налицо схожесть деталей. И тут, и там женщина соединена с птицей, а в каких пропорциях – неважно.
Почему-то в тот момент мне в голову не пришли примеры наших чудо-птиц с женскими чертами. Та же Гамаюн, например.
Мы продолжали наш улиточный забег. Она медленно приближается, смотря своими глазищами прямо мне в глаза. Я же медленно отступаю. Чувствую спиной, что до спальни остается всего метра полтора. Но рвануть в дверной проем опасаюсь. Красивое слово «опасаюсь» и очень нужное, когда хочешь показаться храбрым. На самом деле, были бы у меня волосы длиннее, уже встали бы дыбом от ужаса. Ей ведь всего секунды хватит, чтобы меня перехватить. Недавно почивший Халк не даст соврать.
А вообще я не понимаю, чего она медлит, поэтому не разрываю зрительный контакт и продолжаю пятиться.
Ладно попробуем по- другому:
Кто ты, чудище? Если ты девица молодая – назову тебя сестрой двоюродной, если ты старушка болезная – будешь теткой любимой из Воронежа. Шутка так себе, конечно, но вдруг получится ее расшевелить и вывести на разговор.
Бравады нет, есть страх за Олю и себя. Истерика в моем стиле.
Еще через минуту или вечность я наконец-то перешагнул порог спальни и вдруг вспомнил, что, когда вся эта вакханалия началась, там был еще минимум один бандит.
Забываю про необходимость смотреть в глаза Чудищу и начинаю оглядываться. Тут же гарпия ускоряется и за мгновение оказывается рядом со мной. Хватает меня за горло, как и первую свою жертву, и начинает поднимать в воздух. Вот у нее все-таки силища! Пальцы-когти сжимают горло, и я опять начинаю задыхаться.
Ну что за ночь такая!
Вдруг синица, сидящая на плече у гарпии, начинает щебетать…
И о чудо, я слышу человеческую речь.
То есть я не сразу стал понимать. Первые секунды я слышал только обычное тиликанье синицы, но в какой-то момент вместо этого я услышал нормальные слова. Голос, исходящий из клюва синицы, был глубоким и одновременно скрипучим. Сначала это вызвало раздражение. Но как только я отвлекся от птичьего клюва и перевел взгляд на лицо Страшилы, представив, что именно от нее исходят эти звуки, то дискомфорт прошел.
Человек, ты должен лучше оберегать мою дочь! Сегодня я смогла помочь и спасла ее, но у меня много других забот. В следующий раз могу и не успеть. Ты слаб, не пойму, почему она выбрала именно тебя, но предупреждаю – в этот момент голос Чудища стал еще и зловеще-угрожающим – подведешь ее, а значит, меня. Твоя смерть будет очень долгой и очень мучительной.
После этих слов лапа, державшая меня за горло, разжала пальцы, и я рухнул на пол.
Синица, ты чего несешь? – прохрипел я, – какая дочь, кого я плохо оберегаю, я с твоими птенцами даже не знаком.
Вот опять мои дурацкие шутки, права жена, когда-нибудь я из-за них огребу по-взрослому.
Человек, ты не только немощен, но и глуп. С тобой через мое творение говорю я – Богиня Плисада. Если я заговорю с тобой в этом облике – ты оглохнешь, а зачем моей дочери глухой слуга. Можно, конечно, тогда будет тебя поменять на более сильного и умного, но Ольга к тебе привязалась, не хочу ее расстраивать.
Ваше Святейшество, хотя нет, не так, – я на секунду задумался: а как обращаются к богам? Но ничего не придумав, решил поинтересоваться у первоисточника:
А как к вам, богам, обращаются?
Спросил и подумал, а с чего я вдруг на слово верю, что она богиня? Вдруг это ведьма или колдунья злая? Зачаровала мою жену, а сейчас мне зубы заговаривает. С другой стороны, если бы она желала зла мне, то могла сразу прикончить. А с Олей потом ей раз плюнуть разобраться.
Может, ей чего от меня/нас надо? Ага, самомнение уровня полубог. Ладно, послушаем, чего она нам еще скажет. А параллельно постараемся выяснить все, что сможем:
Вас же несколько, как я понимаю, ну, богов то есть. Вдруг еще с каким богом встречусь и опять конфуз, не смогу правильно попросить чего-нибудь. У вас же можно просить всякое нужное? А Оля сейчас где? И еще вы, мадам, ранее сказали, что я слуга у Ольги. Чего это вдруг? Слугой быть не хочу, я же муж все-таки, можно меня перевести в статус… ну хотя бы фаворита ДОЧЕРИ ЕЯ БОГИНИ ВЕЛИЧЕСТВА?
Только я успел задать свой последний вопрос, как фигура богини будто расплылась. Примерно, как воздух, в сильную жару над асфальтом. А в следующее мгновение на месте Чудища уже стояла моя жена.
Фигасе у вас тут фокусы, а в слониху сможешь обернуться? – спросил я и, сделав быстрый шаг к жене, крепко прижал к себе и поцеловал. – Как ты? Все хорошо? Тебя не ранили?
Если не брать в расчет, что я убила трех человек, – все нормально. – Оля немного отстранилась и спросила:
Я теперь убийца? Чудовище?
Нет, в новом образе твой нос не сильно отличался от обычного, – ответил я, улыбаясь, – и маникюр нормальный, смотри, даже следов на шее не осталось, напильником обрабатывала?
Смотри, заклюю, – в ответ улыбнулась Оля.
Что случилось в спальне? Сколько там еще тел? Живые есть?
Живых людей нет. – Оля сделала паузу. – А тело только одно. Какой-то здоровяк разбил стекло, открыл створку и стал влезать. Правда, сама я этого не видела. Меня подорвал твой крик, а уже потом был звон стекла, и ко мне пришла Плисада, точнее, в меня. Она за секунду сделала с ним то же, что позднее с этими. – Кивок на тела в коридоре.
Жена у меня не кисейная барышня, конечно, и рыданий с заламыванием рук я не ожидал. Как по мне, после всего произошедшего должна была бы проявить побольше эмоций.
Ну хотя бы мааааленький нервный срыв.
Слёзки?
Нет?
Ну и ладно, не очень-то и хотелось.
По поводу богини потом поговорим и по всему остальному тоже. – Многозначительно протянул я последние слова. – Сейчас нужно что-то с этим бардаком сделать и с телами разобраться. Хорошо хоть кровью тут все не заляпали, меньше возни с уборкой. Еще надо их обыскать. Может, узнаем, кто они. От кого, я догадываюсь, но вдруг чего интересного или неожиданного найдем. Например, полицейские корочки.
Тебя совсем не волнует, что мы убили людей?
Ага, теперь она сама решила эту тему раскручивать.
Вот! Вот сейчас пойдут эмоции, раскаяние и т.д. Надо пресечь, пока не началось. Значит, следует загрузить срочными делами, которые имеют признак ОЧЕНЬ.
Очень! Но сейчас нет времени на это, потом мы с тобой все обсудим, я же уже говорил. Давай я машину подгоню ко входу, затащим их в багажник. Если не влезут, то в салон и вывезем подальше в лес. Спроси местных птах, куда лучше ехать. Где людей почти не бывает, но куда мы сможем добраться на машине.
Хорошо, сейчас Соня кого-нибудь найдет подходящего.
Оля обернулась в сторону коридора и наткнулась взглядом на трупы. Через секунду она уже неслась в санузел, и оттуда раздались характерные звуки рвоты.
Ага, все -таки она у меня не Маргарет Тэтчер, не совсем железная.
Необходимо было как можно скорее идти за машиной, но я медлил. Жене я был сейчас нужнее. Пришлось идти к ней и напоминать о срочных делах.
Бойтесь желаний своих.
Минуту назад думал, что где -то завалялась истерика в исполнении супруги.