— Вам помочь? — раздалось неожиданно за спиной. Я обернулась и обнаружила мальчишку лет 8–9, грызущего яблоко.
— Привет! — улыбнулась я.
— При… Эм, здравствуйте. Я — Дэни! — он протянул мне руку, предварительно вытерев ее о штанину. Это было забавно. Я тут же пожала ее в ответ, наблюдая, как уже возникшая в его глазах неуверенность быстро сменилась довольной физиономией.
— Киана. — завершила я знакомство.
— Вы новая учительница? — неожиданный вопрос, который болезненно уколол в груди. — Мой папа учился здесь у г-на Брауна. Он рассказывал много веселых историй о добром учители. Все ребята знают, что здесь школа, мой папа наказал нам присматривать за домом, чтоб никто не залез сюда, никакой воришка. — затараторил он. Я вновь не сдержала улыбку.
— А я? Вдруг я воришка? — огорошила я парня. У того не контролируемо увеличились глаза, стало сразу заметно, как он в уме пытается просчитать возможность такого исхода дела.
— Неее! — выдал он наконец умозаключение. — Вы одеты прилично и у вас есть ключи! — гордо вздернул он подбородок, гордясь своими неоспоримыми фактами. — А когда мы начнём учиться? — вновь выпалил он с горящими глазами.
— Мы? — только и ответила я, вновь чувствуя тоску в сердце.
— Я, Кэти, Карл, — начал он загибать пальцы, — Говард, Мэри, Честер, Дэн, Нолик, ну, он на самом деле не Нолик, это мы так его зовём, просто у него такое сложное имя. — он задумался, — то ли Нолиардон, то ли Нолигавр. — почесал Дэни затылок. — Это все мои друзья. И мы все хотим в школу. Юстув ходит, нос задирает, — его родители отдали в городскую школу. Конечно, у них своя пекарня, деньги есть на школу. Очень хочется нос то этому задирале прищемить! — жаловался малыш, эмоционально жестикулируя.
— А что, городская школа платная?
— Всегда была! 5 золотых в месяц! — возмутился тот. — мы на 5 золотых можем жить весь месяц! А то и больше! Вот только г — н Браун брал по 5 серебрянников, чтоб бумагу покупать и всё! Наши родители все грамотные благодаря ему. Жалко умер рано, мой папа говорит: он бы ещё меня выучил если б не забрали его ангелы. Видимо, на небесах тоже нужно учить грамоте маленьких ангелов. — вдруг сделал он вывод, задумавшись. Мне очень захотелось вновь улыбнуться сквозь так неожиданно защипавшие глаза. — Но вот у нас есть вы! — резко сменил он тему. — О, расскажу ребятам, — они будут в восторге! — запрыгал он на месте, быстро одергивая себя. — Давайте я вам помогу. Мой папа по замкам! И меня научил. Я могу! — закивал он и он не дожидаясь от меня ответа перехватился связку ключей и заковырялся с замком. И удивительно! Мальчишка справился. И довольно быстро. Пока я приводила свои глаза и сердце в порядок.
— Готово! Я скажу папе зайти к вам завтра. Этот замок нужно сменить. Но он работает с восхода и до позднего часа. Но к вам на обеде зайдёт. Как не зайти?! Зайдёт, конечно! Я обещаю! — вновь закивал парень. — Вы же будете здесь завтра в полдень?
— Эмм… — я плохо справлялась со скоростью, что Дэни выдавал информацию и свои мысли. — Твой папа замочный мастер?
— Да, но работает, кем приходится. Всё делает. Руки золотые у отца. И меня всему научит, я тоже смогу и дома строить и замки чинить. Сейчас в центре строится большая ярмарка к Рождеству, вот отец там и работает сейчас.
— Хорошо, я буду ждать его в полдень. Спасибо, Дэни! — улыбнулась я парню. — А подскажи, куда мне идти, чтоб выйти на ярмарку? Мне нужен возница.
— О, пойдёмте провожу вас!
— А родители тебя не потеряют?
— Так на работе они. А я по хозяйству уже всё сделал. Пойдёмте, пойдёмте! — зашагал он по тротуару.
И пока мы шли до площади, Дэни доверительно рассказал мне всё о жизни простого люда. Из его вещаний я поняла, что недостаточно быть мастером своего дела. Чтобы работать по своему ремеслу нужно ещё и каждый год покупать лицензию, на которую не у всех и не всегда находятся лишние сбережения. Но удивительно, что и без лицензии людей нанимают на работу, но из-за ее отсутствия платят в 2 раза меньше. Оба родителя Дэни работают целыми днями, мать — в прачечной, и в воскресенье семьи идут в церковь. Очень редко у его мамы есть свободный час на обучение детей грамоте. Только старший брат, которому уже 15 умеет читать и писать, родители ещё успели до войны его научить. Сейчас же стало жить тяжелее и работать приходится в разы больше. В ущерб вниманию детям.
Площадь в этом райончике города оказалась вполне милой и чистой. Магазинчики, прилавки, несколько таверн и куча народа. Возницы стояли в одном месте.
— У них сейчас обед, подождите пару минут, сейчас начнут выходить из таверн. Г-н Лорн! — крикнул он, помахав выходящему из ближайшей мужчине с хлыстом за спиной. — Нужно отвести эту леди. — быстро все организовал мальчишка. Возница мне кивнул, подавая руку, чтобы забраться в экипаж.
— Спасибо, Дэни! — попрощалась я со своим помощником.
— Всегда рад вам помочь! — улыбнулся он, оголяя прорехи ещё не успевших вырасти на смену молочных зубов. — До завтра леди Киана! — махал он мне, пока возница трогался. Последнее, что я от него услышала было:
— Нолик, Нолик, я тебе сейчас такое расскажу! — и тут я поняла, что так и не развеяла надежду малыша на новую учительцу. И в эту же секунду я четко почувствовала, нет, даже увидела в своём подсознании, как бы улыбалась сейчас ба, считавшая, что всё само собой устроиться, что «мое дело» само найдёт меня и я непременно почувствую это сердцем.
— Видимо, школе всё таки быть. — шокировано для себя самой прошептала я.
К банку я подъезжала уже с целым списком дел. И уже не воображаемым, а обычным бумажным, где пыталась зафиксировать все мысли, планы и идеи на счёт уже «своего дела».
— Приехали! — оповестил меня извозчик, выдёргиваясь из моих глубоких дум. Я тяжело вздохнула, понимая, какой объём работы ждёт меня в ближайший… год.
10. Киана. | Работа закипела!
— Всё упаковали? — задумчивый Давид пересчитывал наш багаж. Мы решили, что вместе отправимся из своего временного пристанища на Тенистую 12, он поживет там оставшиеся 3 дня своего пребывания в Россе и, тем самым, поможет мне с организацией ремонта. Вот, мы загрузили наш экипаж вещами и отправились в мой новый дом.
Вчера я успела всё по списку. В банке меня мило приветствовали и, проверив все документы от бабушки и ее фамильную печать, провели к ячейке в хранилище, где я провела, ни много-ни мало, пол часа, разбираясь с сокровищами ба. У неё были четкие пожелания на счёт ее-нашего драгоценного имущества. Например, были комплекты украшений «от которых нужно избавиться в первую очередь» — по словам ба. А именно комплект от ее вредной тетки, которая заставила ее одеть ненавистный бабулей комплект на ее первый выход в свет. И именно там за юной Маргарет ухлёстывал сын тогда уже известного ювелира и бесконечно восхищался вышеупомянутым набором украшений и ба дала ему слово, что, если, а точнее — когда, она решит его продать, то г-н Голд будет первым ювелиром, к которому она нагрянет.
Слово есть слово, после банка я зашла именно к этому ювелиру и, удивительно, но как только он увидел принесённый мною комплект, то сразу вспомнил ее обладательницу. Как выяснилось, похожих наборов в королевстве всего два, поэтому ювелир не поскупился, выложив мне за бабушкины сокровища 230 золотых. К набору я добавила ещё несколько устаревший цепей и серёжек, которые уже потеряли свою привлекательность.
Остальные украшения так и остались лежать в банке, я побоялась забирать их от туда и хранить дома. Для себя я прихватила скромный золотой комплект из серёжек-капелек, цепочки с такой же каплей и аккуратным колечком.
Г-на Голда я покинула в приподнятом настроении, просчитав, что этих денег должно хватить на ремонт дома и отправить часть бабуле.
— Нуууу, не всё так плохо, как я себе представлял! — выдернул меня из моих умственных подсчетов дядя Давид. Мы уже подъезжали… — Сейчас посмотрим… — двинулся он к калитке с вредным замком.
И работа закипела! Подошедший г-н Каль, папа Дэни, привел с собой своих знакомых, оказавшихся стекольщиком и сантехником. Это было не удивительно, ведь молва, не без помощи Дэни, конечно, о новой учительнице разлетелась по округе со скоростью света. И кто-то приходил из любопытства, кто-то искренне предлагая любую помощь, т к в учителе были заинтересованы многие родители. А кто-то просто искал работу в это не простое время.