А потом сильно зажмурилась и попыталась сгруппироваться.
Мне казалось, что я перевернулась несколько раз, прежде чем перед глазами перестало все кружиться и падать.
Но еще я отчетливо ощущала, как сильные мужские руки плотно прижимают меня к себе во время падения.
Это он. Отец Юли. Мужчина успел перехватить меня за секунду до того, как я завалилась в снег, и смягчил мне удар о землю ценой своего тела.
Андрей Викторович упал вместе со мной, но успел толкнуть наши тела дальше от трассы, в сугроб. Очевидно, падение было гораздо мягче от этого.
Я тяжело дышала и с трудом приоткрыла один глаз. Волосы растрепались, лезли на лицо, а горнолыжная маска съехала и теперь болталась на шее.
Поняла, что лежу, почти полностью провалившись в сугроб. А вес тела мужчины продавливает меня еще дальше.
Он дышит так же тяжело, как и я. Думаю, что мысленно отчитывает меня, судя по взгляду. Но вслух не произносит ни слова.
Мы просто лежим, тесно прижавшись друг дугу и смотрим. Оба шокированные и обескураженные.
Андрей Викторович вскидывает ладонь, снимает перчатку. Касается моей щеки в районе скулы. От его прикосновения кожу щиплет.
– Больно? – тихо спрашивает мужчина.
И я заворожённо киваю.
Это странный момент. Я только что испытала тонну адреналина, но сердце мое стучит не от этого. Он так близко, что я могу рассмотреть каждую мелкую морщинку на жестком лице. Могу увидеть крапинки в карих глазах. И от тяжести его тела мне почему-то приятно…
В следующий миг мужчина делает совсем неожиданный жест.
Глядя мне прямо в глаза, приоткрывает губы и тихонечко дует на ссадину.
– Я задел тебя, когда падал. Прости. – говорит почти что шепотом.
Я снова киваю, не в силах произнести ни единого слова в ответ. Мне ведь это не чудится? Между нами происходит что-то… запретное…
И я получаю подтверждения своих мыслей.
Андрей Викторович склонятся еще ниже, вновь дует. Его дыхание приближается критически близко. А через миг он оставляет на моей ссадине поцелуй. Легкий, еле уловимый, и даже больше похожий на прикосновение губ… Но все же это был поцелуй…
Однако, не успеваю я и опомниться, и проанализировать все, что произошло, как мужчина поднимается на ноги.
Подает мне руку и заставляет встать.
– Эй! Что тут у вас произошло? – Юля и Лекс соскочили с подъемников, ловко приземлившись на ноги неподалёку от нас.
Я потупила взгляд.
Господи. Господи. Господи. Они ведь не видели ничего…? Да и что там можно было увидеть…? Но, все же… Что Юля сейчас обо мне подумает…?
– Ира? – голос подруги заставил меня внутренне съежиться. – Почему на тебе только одна лыжа? – подруга захохотала, а я вновь смогла сделать вдох.
– Это не смешно. – осек ее отец тут же. – Все могло обернуться гораздо серьёзнее, чем просто падением. Вторая лыжа отправилась в свободное путешествие, кстати.
Я боялась поднять на него взгляд. Но казалось, будто он вообще не придал никакого значения тому, что только что произошло между нами… Может, мне показалось? Может воспаленное воображение нарисовало то, чего не было?
– Мы в кафе. На сегодня спуск окончен. – мягко произносит мужчина. – Вы с нами, или еще покатаетесь?
– Ну не бросать же вас! – ухмыляется Юля.
Слава богу! Мне больше не придется сегодня оставаться ее отцом наедине…
***
– Ты выбрала купальник для завтрашнего «Дня Спа»? – Юля без стука врывается ко мне в комнату спустя пару часов после того, как мы возвращаемся в дом.
Вздыхаю и нехотя приоткрываю один глаз. Затем накрываюсь с головой одеялом. Мне хотелось побыть одной, погрузиться в свои мысли и ощущения, проанализировать то…, что анализировать совсем бы не надо. Но я не могу удержаться от мыслей о запретном мужчине, на которого мне даже смотреть, по сути, нельзя. Не допускается, не разрешается. Это по-настоящему аморально и вовсе не правильно.
– Эй! – подруга обиженно сдергивает с меня одеяло, лишая последнего укрытия. Она не довольна, что я игнорирую ее выпад.
– У меня есть купальник. И он один. Это замечательно, потому что выбор делать не из чего. Это существенно облегчает жизнь в таких ситуациях!
Юля морщит изящный носик.
– Надеюсь ты говоришь не про тот, в котором ходишь в бассейн на занятия фитнеса? Он совсем не подходит.
Я фыркаю. Отличный у меня купальник. Плотный, слитный, без декольте и низ в виде шорт, а не трусов. Что может быть лучше?
– Ладно, у меня есть пара новых моделей. Завтра с утра подберем тебе один из них.
Безвольно соглашаюсь на любое ее предложение.
– А почему с утра? – уточняю, практически без интереса.
– Ну, потому что в спа мы идем на весь день. И возражения не принимаются! – подруга высокомерно тычет в меня указательным пальцем. – Бронь в этом центре отдыха надо за месяц делать!
– Но я хотела завтра еще успеть съездить по магазинам и выбрать тебе подарок. День Рождения ведь уже послезавтра.
– Блин, ну значит обойдусь без подарка! – простодушно заявляет она. – Подумаешь. – пожимает плечами и меня колет легким уколом обиды.
Для меня важно что-то ей подарить. И пусть вещь будет не дорогая, но я уверена, что особенная. А Юля сейчас дает мне понять, что ей вообще все равно. Выходит, этот подарок нужен мне больше, чем ей…
Подругу можно понять, она действительно ни в чем не нуждается. А вот я рядом с ней постоянно чувствую себя… какой-то нахлебницей.
Зачастую не хочу позволять ей платить, когда мы ходим куда-то вместе. Но в то же время прекрасно осознаю, что те заведения, которые выбирает подруга мне просто не по карману. Для нее деньги лишь ничего не значащие бумажки, и я знаю, что никакого труда заплатить за меня – для Юли нет. Но все же…
– Нет. – твердо произношу и выглядываю в окно. Начинает темнеть, но до закрытия магазинов в центре еще есть достаточно времени. – Я лучше съезжу за подарком сегодня. Должна успеть.
Уже через час, я, облачившись в удобный спортивный костюм и легкую дорожную куртку, сидела в своем стареньком шевроле и собиралась проложить маршрут до города в навигаторе телефона.
Дорога не из простых, поскольку шале находится на окраине, на склоне гор, и ехать до ближайшего торгового центра придется около часа.
Еще и телефон в доме забыла. Решив, что сначала заведу машину, чтобы она прогрелась, а потом вернусь за мобильником, я наткнулась на неожиданное препятствие.
– Ну давай же! – стукнула по рулю со злости. Но арендованный автомобиль будто рассчитан был только на день исправной работы. Машина надрывно рычала и тут же глохла. В полной растерянности я вышла из салона и открыла капот.
Уставилась на внутренности автомобиля с полным непониманием. Я абсолютно в этом не разбираюсь!
Краем глаза заметила, как неподалеку паркуется Андрей Викторович. Сразу же после трассы, он привез нас домой на своем черном глянцевом внедорожнике, а сам отправился по делам.
Стараясь не смотреть в его сторону, я с умным видом продолжала ломать голову над тем, как вернуть шевроле к жизни.
– Что-то случилось? – поинтересовался мужчина, проходя мимо.
– Не заводится. – сокрушенно призналась. – А я собиралась в город за подарком для Юли.
Андрей Викторович приблизился, внимательно заглянул под капот, что-то потрогал, подёргал, попросил меня сесть за руль и завести еще раз.
– Нет. Ничего… – уныло поведала я после очередной неудачной попытки.
– Придется вызвать эвакуатор и отвезти на ремонт. – огорчил меня мужчина еще сильнее. Взглянул на дорогие часы на руке. – Но сейчас уже поздно, никто не поедет сюда. Я сам сделаю это завтра. Не переживай. – он ободряюще улыбнулся.
– Ладно, спасибо… – грустно выдавила из себя и с тоской посмотрела на машину еще раз.
– Это срочно, да? – уточнил Андрей Викторович.
– Что срочно? – не поняла я.
– Твоя поездка.
– Я… просто очень хотела купить ей подарок. А завтра мы на весь день идем в спа, Юля не позволит мне не пойти. – я растерянно пожимаю плечами и развожу руки в сторону. – Но видимо не судьба.