Больше ничего не говоря, Никита развернулся и направился в другую сторону. И что вообще нашло на эту девчонку? Она сегодня совсем не похожа на саму себя! Ни на ту, которой была до происшествия, ни на ту, которой стала после него. Никита ведь действительно хотел ей помочь по возможности. С чего это она решила так с ним разговаривать? Как будто это он виноват в тех несчастьях, что на неё свалились! Как будто бы… Как будто бы она узнала его потаённые страхи.
Уже больше года прошло с инцидента в особняке второго принца, а Никита всё равно время от времени просыпался в холодном поту и подолгу вглядывался в потолок, погрузившись в беспокойные мысли. В такие моменты они то и дело возвращались к той злополучной ночи, когда погибли все члены семьи Виктора Шереметьева за исключением, разумеется, Ларисы. Конечно, вроде как с этой ситуацией все понятно и нечего о ней даже думать, вот только Никита прекрасно понимал, что подобное утверждение — обычное самовнушение, и ничего более. Его подсознанию хотелось верить в официальную версию о том, что фанатики МГИВ пробрались в дом второго принца в округе Гримо и перерезали всех в нём во имя служения своему богу и ради борьбы с «неверными». Если бы это было правдой, тогда жить стало бы намного легче, однако… Отчего-то Никита сильно сомневался, что всё действительно было именно так.
И это несмотря на то, что из доказательств у данной версии: кровавая надпись в гостинице особняка, оставленная МГИВ; слова единственного выжившего; а также пять трупов членов императорской семьи. Все они: Виктор, Светлана, их старший сын Сергей, принцесса Виктория и совсем ещё малышка Нина были преданы земле буквально через пару дней после случившегося. Ярослава Шереметьева же, по его заявлению, убийцы оставили в живых, чтобы он сообщил императору о том, что это только начало, и их сосед ещё не раз напомнит о себе своим «обидчикам». Вот, в принципе, и всё, если не вдаваться в подробности и мелкие детали, которые неделями обсуждались на бесконечных собраниях знати.
Вроде как ситуация прозрачна и понятна, не правда ли? С одной стороны, конечно, действия убийц выглядели нелогично, но с другой, если рассматривать вариант, в котором верхушка МГИВ таким способом решил объявить войну Алуину, всё более-менее обретало смысл. Однако именно тут главный подвох и заключался: прошло столько времени, а война до сих пор не началась! Более того, складывалось впечатление, что МГИВ всеми силами старалось избежать прямого столкновения с империей, как, в принципе, и император Григорий Восьмой. Но тут-то и возникал закономерный вопрос, к чему, в таком случае, было массовое убийство? Где логика в том, чтобы убивать членов императорской семьи и во всеуслышание заявлять об этом, когда ты не хочешь войны? Пока сотни, если не тысячи, людей ломали себе голову над этим вопросом, Никита, возможно, был одним из немногих, кто знал на него ответ.
Дело в том, что он волей судьбы стал членом независимой группы наблюдателей за расследованием, состоявшей из высших аристократов. Вначале, правда, эта роль досталась его отцу, но тот в итоге отдал её сыну, чтобы Никита «наконец набрался ума и опыта». Как-никак, он всё равно оставался единственным наследником семьи даже после получения церковного титула. В общем, у него появилась возможность посетить место преступления, и Нестеров-младший, пусть и без особого энтузиазма, но вынужден был ею воспользоваться. И вот когда он находился в особняке второго принца, интуиция побудила его сделать одну вещь, о которой, по правде говоря, Никита жалел до сих пор. С помощью специального кристалла-артефакта он проверил поместье на остатки духовной силы и, к своему удивлению, получил положительный результат. Более того, этих самых остатков там было, как минимум, на несколько ожесточённых боевых столкновений.
Вспомнив о том, как злосчастный артефакт у него появился, Никита невольно хмыкнул. Лучше бы у него вообще никогда не было этого кристалла, ведь тогда он смог бы жить счастливой беззаботной жизнью, не думая о тайне чужих смертей. Хотя, как ни посмотри, он не был бы собой, если бы не обзавелся столь полезной вещичкой. Как-никак, Никита с детства был тем ещё интриганом.
В общем, когда его отцу, уже много лет отчего-то уверенному в том, что церковь стала влиятельнее императорского двора, и из-за этого следует держаться к ней поближе, проводили в их доме очередной сеанс «очищения кармы» (разумеется, за баснословное пожертвование в казну церкви), он тоже решил не терять времени даром. Слово за слово, и вот они уже лучшие друзья с сопровождавшей священника низшей трау. От неё он узнал много интересного о жизни в церкви, и кроме того, за солидную сумму обзавёлся парочкой полезных артефактов, среди которых был и вышеупомянутый. И не удивительно, всё-таки его природному очарованию никто и никогда не мог противостоять… Вдруг Никита вспомнил о принцессе Виктории и невольно поморщился. Ладно, почти никто.
Кроме духовного следа обнаружились и другие детали, которые не давали Никите покоя. К примеру, почему жертвой выбрали семью второго принца, несмотря на то, что округ Гримо располагался довольно далеко от границы с МГИВ? С чего вдруг принцесса, Ярослав и ещё одна ученица, также погибшая в той мясорубке, столь срочно покинули Шир? Слова тринадцатого принца о том, что Нина заболела, и мать попросила Викторию навестить сестру лично, звучали не очень убедительно. Кроме того, с самим принцем Ярославом связано много странного. Из-за каких таких противопоказаний медики запретили ментальным магам просмотреть его воспоминания? И почему охрана особняка оказалась столь бесполезной? Как-никак, речь шла не о простом бароне, а о втором принце. Другими словами, его должны были охранять лучшие из лучших.
Хотя, если Никита прав в своих предположениях, и на самом деле нападение организовала церковь, просто прикрывшись МГИВ, всё становилось объяснимо. Вряд ли даже лучшие маги смогли бы оказать достойное сопротивление духовной силе, о которой практически ничего не знали.
Именно здесь и возникал главный вопрос: почему церковь решила напасть на дом Виктора? Если бы в тот день Виктория не сорвалась с места, Никита предположил бы, что церковь просто примкнула к Александру, но так… Его не оставляло чувство, что всё не так просто. Может, изначально убийцы взяли родственников принцессы в заложники, чтобы вынудили её приехать? Возможно ли, что церковь перебила семью второго принца лишь для того, чтобы добраться до Виктории? Ведь не зря же Енрий пропал после той их встречи. По официальной версии его сняли с должности из-за жалобы отца на самоуправство церковника, но Никита был уверен: Енрия не просто понизили, он буквально исчез. Так вот… Возможно ли, что их с Енрием договор стал началом всего? Возможно ли, что он является виновником всех этих смертей? Возможно ли… что очень скоро церковь придёт и за ним?
Пожалуй, именно из-за этих страхов он никому так и рассказал об открытии, что сделал в поместье второго принца. Ему было страшно идти против церкви, тем самым зля её ещё больше. Да, это несправедливо по отношению к Виктории и остальным, но… Они уже мертвы, а он всё ещё жив. Более того, ему хотелось пожить подольше.
— Никита, не витай в облаках! — вдруг строгий голос матушки прервал поток его мыслей. — Они почти здесь.
Тяжело вздохнув, Никита осмотрелся и постарался успокоиться. Пока он вспоминал события прошедшего года, его тело само собой вернулось к родителям, тем самым присоединившись к процессии, встречавшей гостей из МГИВ. В очередной раз вспомнив о том, какой сегодня ответственный вечер, Никита наконец окончательно взял себя в руки. Прошлого не изменить, и думать нужно о том, что происходило здесь и сейчас. Слишком уж многое стояло на кону.
В каком-то смысле от этого мероприятия зависело, начнётся ли в итоге война, или же безумного кровопролития всё-таки удастся избежать. Более года император и лидер МГИВ обменивались официальными письмами и претензиями друг к другу. Несмотря на то, что Александр и многие представители знати давили на императора в вопросе начала войны, настаивая, что за такое унижение правящей семьи необходимо дать фанатикам соответствующий ответ, Григорий Восьмой не поддавался и стоял на своём. Мол, вначале нужно уточнить все детали, а потом уже можно будет и повоевать. Те, кто ещё помнил о разрушительных возможностях магии массового поражения МГИВ, его в этой сдержанности целиком и полностью поддержали.