Свежеиспеченный, новый русский денег на ветер не бросал. Средств, вырученных за добротный, в два этажа «домик» в деревне в экологически чистой местности вполне хватило для приобретения вполне пригодной для проживания семьи из четырех человек «двушки» в деловом квартале. Павел Сергеевич, имея неплохое образование и многолетний опыт за плечами, без труда устроился на работу в «альтернативный центр делового сотрудничества», где главным образом запасался свежими знаниями и обзаводился полезными знакомыми. Много слушал, мало говорил, добросовестно выполнял нехитрую работу и вскоре был в курсе того, как и куда стоит вложить свои кровно заработанные. Он прикупил проходное местечко в центре города, организовав под видом «борьбы за чистоту и уют» снос стихийных, торговых палаток, оставив без дохода еще полсотни земляков и отгрохал на этом месте торговое чудо, с гордо – пылающей, цветом утренней зари, вывеской «супермаркет». Дело оказалось весьма прибыльным и теперь Павел Сергеевич мог себе позволить к завтраку не только красный, но и черный деликатес. Но памятуя о заморской икре он вполне резонно счел, что денег много не бывает и рьяно принялся расширять бизнес. Теперь ему уже принадлежали несколько супермаркетов, гостиница, стадион и даже пара автозаправок. Дети, пацаны – погодки, давно выросли. Старший, Антон Павлович – уважаемый в городе человек, прокурор. И голова на месте, и проблем создавал всегда по – минимуму, а случалось и выручал. Младший же, Сергей, вырос настоящим оболтусом. Сколько «бабок» ушло на него – не счесть. То проститутку до смерти чуть не забил – пришлось девахе отступные солидные заплатить и в другой город отправить, то каких – то ротозеев на остановке, по пьянке, на тот свет отправил… Всего и не упомнить. Жену хорошую ему сосватал, так и она через два года от него в Эмираты сбежала, и дочку с собой прихватила. Ну ничего, внучку Павел Сергеевич вернет, в этом он не сомневался, а вот бывшую супружницу сына больше видеть не желает – предала она его, не оправдала доверия. В самую душу плюнула. Он ведь, Серега, не плохой в общем – то парень, да только руки ему не хватает дружественной, а то что пьяный – дурак, так кто ж умный то под эту лавочку. Пару оплеух навесил, что ж, сразу за бугор валить? По-доброму с ним надо, по–человечески. Глядишь бы и пить бросил, за ум взялся… Эх бабы–дуры, чего им не хватает? А она, эта Ксения, ничего так – смазливая. Ножки стройные, попка упругая, грудь маловата правда, но это дело вполне поправимое в наше время и при наших возможностях. Павел Сергеевич сам слюну пускал, когда ее в офисе встречал, но не трогал, для сына решил приберечь. А оно вон как обернулось.
Жена, Раечка, давно перестала интересовать его как женщина. Он как-то даже попытался припомнить какой она была в молодости, попытался – но не смог. Ведь почему–то он на ней женился тогда? Вот смотрит он на нее и понять не может себя, того – двадцатипятилетнего. Ни рожи, как говорится, ни кожи. Мышь серая. Лет пять тому назад она его, впервые за долгую, совместную жизнь смогла удивить. Он тогда только пришел от грудастой пышечки Анечки и сославшись на тяжелый день напрямую отправился в их с Раисой, спальню. Вдруг дверь тихонько отворилась, а на пороге она – Раечка. Привычный крендель на затылке распустила, отчего стала похожа на неопрятную ведьму, губы красной помадой нарисовала, на худющих плечах сорочка прозрачная, тоже красная, а под ней две дряхлых титюльки, словно мокрые тряпочки болтаются. Павел Сергеевич от удивления выпучил глаза, а Рая, ошибочно приняв его выражение лица за восхищение, встала на цыпочки и подняв вверх иссохшие плети рук принялась кружить на месте, демонстрируя себя во всей красе. Этого супруг вынести был уже не в состоянии – не удержавшись, он громко расхохотался, введя тем самым незадачливую чаровницу в долгий ступор. Окончательно осознав какую реакцию вызвал у мужа ее необдуманный порыв, она густо покраснела и стремглав вылетела из спальни. А он все смеялся и смеялся ей вслед, не в силах остановиться. На следующий день Раечка молча перетащила свои вещи в другую комнату, и с тех пор они больше не делили семейное ложе.
Сейчас, сидя за рулем своего престижного авто класса люкс, Павел Сергеевич отчего-то вспомнил этот нелицеприятный эпизод из своей жизни, но смеха, или даже улыбки он у него не вызвал. Он никогда раньше не думал о разводе, и вот только сейчас эта мысль впервые посетила его. Впрочем, он не удивился – рано или поздно это должно было произойти. Он разведется с Раисой, отправит ее жить обратно в деревню, назначит пенсион, небольшой, но вполне достаточный для престарелой, одинокой женщины без амбиций, а сам женится на секретарше Тамаре. Тома – вот та женщина, в объятьях которой ему хотелось бы дожить свой век. Молодая, красивая, умная – истинное украшение любого, уважающего себя мужчины. О никакой любви речи, само собой, идти не может. Он давно забыл, что это значит, а Тамара достаточно прозорлива, чтобы не требовать от него руки и сердца. Да и вряд ли ей любовь та нужна. Деньги – вот что движет этой красоткой, а он и не против. Павел Сергеевич привык платить по счетам и сделка для него – что псалтырь для монаха, вещь почти священная. Вспомнив о любовнице, Павел Сергеевич вдруг почувствовал непреодолимо – острое желание женского тела и мельком взглянул на тяжелые золотые часы. Второй час ночи, а следовательно Томочка, как он ее ласково называл, уже давно спит. Она очень бережно относилась к своему здоровью и внешности, а потому не пила кофе, не увлекалась алкоголем, не курила и всегда вовремя ложилась спать. Ее внешний вид был основным источником немалого дохода и этот источник она лелеяла как зеницу ока. Но женщину хотелось, с этим успешный предприниматель ничего поделать не мог, потому время от времени позволял себе потратить несколько тысяч на дешевых проституток, дежуривших круглосуточно по всему городу. Свернув уже к знакомому ночному клубу, он притормозил. Несмотря на сильный ветер и колючий снег вперемешку с дождем, к машине тут же подбежали несколько девиц, наперебой предлагая свои услуги. Он выбрал сисястую брюнетку Лоло, поманив пальцем услужливо распахнул дверцу. Красотка тут же плюхнулась на пассажирское сиденье и назвала цену. Остальные, менее удачливые жрицы любви синхронно отошли от автомобиля потеряв к нему всякий интерес. Павел Сергеевич хорошо знал расценки на предлагаемый товар и достав пухлое портмоне вынул несколько новеньких купюр. Денег оказалось вдвое меньше, чем девушка запросила вначале, но она ничуть не смутилась и выхватив бумажки из толстых пальцев кивнула. Запрятав полученный гонорар в глубокое декольте, девица тонкими, все еще ледяными пальцами принялась расстегивать ширинку дорогих штанов. Сняв для удобства ремень безопасности, Павел Сергеевич, нажал на педаль и машина медленно покатила по мокрому асфальту, выискивая укромный уголок, в то время, как губки и язычок Лоло уже умело ласкали набухшие чресла хозяина жизни. Автомобиль тряхнуло на выбоине, девушка слегка прикусила острыми зубками крайнюю плоть восставшего члена. Павел Сергеевич грубо выругался и отвесил звонкую оплеуху по черноволосой головке. Привыкшая за свою карьеру к подобному выражению недовольства, девица отреагировала на грубость лишь тем, что нежнее и более напористей принялась за работу. Вот и переулок, в который следует свернуть для того, чтобы можно было остановиться и полностью расслабиться. В этот момент огромная фура, возникшая буквально из ниоткуда, на полной скорости врезалась в уже сворачивающий с главной дороги автомобиль, и сверкающий в свете фонарей «мерин», сделав несколько головокружительных кульбитов в воздухе, упал на трамвайные пути вверх тормашками, бешено вращая колесами.
Смерть стояла на перекрестке, бесстрастно наблюдая за происходящим. Спустя всего несколько минут, на место ДТП примчался патруль ДПС, а следом и «неотложка». Старуха заглянула в искореженный салон и убедившись в том, что девушка мертва бросила взгляд на правозащитника. Его уже вытащили из густо забрызганного кровью салона и теперь он лежал на мокром, голом асфальте, со спущенными штанами и широко открытым ртом, пытаясь захватить хотя бы капельку кислорода. Больше всего, Павел Сергеевич сейчас напоминал выброшенную из реки на берег огромную, лупатую рыбу. Ему почему-то вдруг вспомнилась красная, прозрачная ночная рубашка Раечки, только тело под ней было молодым и упругим. Огромные, серые глаза супруги смотрели на него ласково и преданно, пухлые губки растянулись в милой, доброй, такой родной улыбке и он наконец вспомнил, за что полюбил ее тогда…