На обложке девушка стоит в коротком белом платье. Интересно, внутри есть фотки, где она без одежды? Да стопудово есть…
У-ля-ля, вот это снимки. Нравится. Я бы подружился с этой Дианой.
Блин, дальше страницы слиплись. Ах ты, Димка, любил придушить змею на журнальчики? Шалунишка.
Капля крови падает на журнал, трогаю лоб — рассечение снова открылось.
Ладно, мне сейчас не до журнальчиков. Пока Дюббук пытается что-нибудь найти, надо попробовать вылечить себя с помощью магии.
Сам-то я целительной магией никогда не владел. Но раз уж Могильный был студентом соответствующего факультета, то должен владеть хотя бы основами.
Не факт, конечно. Ведь первый семестр только месяц назад начался. А Дима явно не был гением. Да и вообще, судя по резерву маны, одарённым его можно считать весьма условно.
Интересно, какой потенциал? Единичка или две?
Напрягаю мозги, пытаясь достать нужные воспоминания. В голове всплывает только одно заклинание, для остановки кровотечения. Как раз одно из первых заклятий, которым учат будущих целителей.
Ну что ж, пойдёт. Из рассечения на лбу до сих пор течёт.
Собираю ману, прикладываю пальцы к ране и нужным образом сплетаю энергию. Чувствую сначала тепло, а затем приятный холодок. Трогаю сечку — вроде перестала кровить. Прекрасно.
— Вот что нашёл, — Дюббук ковыляет ко мне и вываливает на пол россыпь каких-то медикаментов.
Бинты, зелёнка, жаропонижающее. И большая банка снотворного. Снотворное-то зачем? По моему опыту, студенты обычно энергетиками упарываются, а не наоборот. У Димы была бессонница?
Ладно, похрен.
— Это всё не то, — отмахиваюсь я. — Мне нужны магические лекарства, а не обычные.
— Магических нет, — бурчит Дюба. — Я уже всё обшарил.
— Видишь синюю книжку на столе? Тащи сюда.
Дюббук перелетает к столу и обратно. Читаю название книги: «Искусство исцеления, том I». То, что мне нужно.
Открываю оглавление, ищу раздел с заклятиями. Да, учиться магии по книгам — тот ещё идиотизм. Ладно алхимия, где чёткие рецепты нужны и так далее. Но сотворение заклятий должно быть искусством, все эти дурацкие инструкции только мешают.
Хорошо, что я — это я, хоть и в другом теле. Магистр Дум знает, как надо колдовать.
Надо только понять основы.
Ага. Завихрения потоков недопустимы, структура плавная, пересечения сопряжённых нитей запрещены… и всё в таком духе. Понятно, короче. Заклятия не боевые, поэтому плетение максимально гладкое.
Упарываться в тонкости желания нет, поэтому нахожу универсальное исцеляющее заклинание и внимательно изучаю структуру. Затем пробую повторить. Со второго раза получается.
— Кайф, — выдыхаю, когда излечиваю сломанный нос.
— Молодец, — говорит Дюббук. — Долго ещё? У меня на целительную магию аллергия, сам знаешь.
Осматриваю своё покрытое синяками тело и киваю:
— Долго. Так что лучше я посплю и накоплю ману, а лечиться буду завтра. Давай пока обсудим, что к чему.
— Хрен ли тут обсуждать⁈ — рычит демонёнок. — Мы в жопе!
— В жопе, Дюба, в очень глубокой. Но мы живы, и это главное. Лучше расскажи, почему ты вдруг стал карапузом.
Дюба хмурится и тычет в меня пальцем:
— А вот это — твоя вина, Дум!
Не понял…
П-с! Пара снимков Дианы из журнальчика…
Глава 4
Д. У. М
— Почему это моя вина?
— Как думаешь, чью задницу я спасал? — щурится демон.
— Мою, что ли? В таком случае — хреновая работа.
— Чего⁈ — яростно вопит Дюба.
Распахивает крылья, чтоб казаться больше, и сжимает кулаки. Приходится объяснить.
— Моя задница осталась где-то там, — машу рукой в неопределённую сторону. — Прекрасная, упругая мужская задница.
— Фу, — морщится Дюббук. — Ты что, когда переродился, геем стал? То-то я смотрю, журнальчик отбросил.
— Я просто эстет. И моё прошлое тело было великолепно. А это, — вздыхаю, оглядывая тощие руки. — Так себе.
— Оно дерьмовое, Дум. Ты дрищ, слабак и урод.
— Молчи лучше, жертва кунсткамеры. Может, я и дрищ, но не урод. И насчёт слабака ты тоже погорячился. Мышцы и магическая мощь — дело наживное. А вот здесь я по-прежнему сильный, — стучу кулаком во впалую грудь.
— В сердце, типа? — усмехается Дюба.
— Типа да. Ты давай, рассказывай. Что случилось, когда Холод меня убил? — морщусь, когда это произношу.
Дюббук хмурится и мрачно вздыхает.
— Ничего хорошего, — бурчит. — Этот мудак начал выкачивать из тебя силу.
— В смысле?
— В прямом! Он создал какое-то заклинание и стал поглощать силу твоей души.
Ни хрена себе. В таком случае, лидер Братства не просто крутой маг. Он, пожалуй, самый крутой из тех, что я встречал.
— Буги смылся, потому что ты его отпустил. А я связь удержал. И не дал ублюдку сожрать твою душу, — говорит Дюббук. — Так что вместо твоей силы он поглотил мою.
— Охренеть, — у меня аж слёзы на глаза наворачиваются. — Так ты спасал меня, поэтому и превратился в малыша?
— Похоже на то, — бурчит демон, почёсывая животик. — Я уж думал, всё. Полностью меня поглотит. А потом бац — твоя душа улетела, ну и я вместе с ней. Дальше ты знаешь.
— Дальше ты опять меня спас. Иди сюда.
— Чего тебе? Не трогай меня!
Не обращая внимания на яростные вопли, сгребаю мелкого и крепко обнимаю. Отпустив, говорю:
— Спасибо, Дюббук. Если бы не ты, я бы сейчас здесь не сидел.
— Так и я бы тоже не сидел, — бурчит он. — Но дело-то не во мне. Как получилось, что твоя душа переместилась в это недоразумение?
— Интересный вопрос, — киваю я. — Думаю, что дело в отваре, который сделал для меня Антон.
— Предатель, — рычит Дюббук.
— Он нас подставил, это точно. Но его, похоже, просто заставили. Уж не знаю, как Антон связался с Братством — но ему поручили меня завербовать, а я отказался. Тогда Холод решил просто меня убить и забрать силу…
Ничего себе умения у этого Гарканова. Значит, он может впитывать чужую силу. А что потом? Он и сам по себе могущественный, а ресурс человеческого тела ограничен. Значит, он эту силу куда-то девает? Или может даровать своим соратникам?
Задумавшись, потираю пальцем гладкий подбородок. Тьфу ты, у этого тела даже борода не растёт. Может, я в свои тридцать пять и сохранял душевную молодость, но быть щеглом отвык.
— Антоша, значит, подозревал, что тебя могут убить! — врывается в мои мысли Дюба. — Поэтому специальный отвар и приготовил.
— Ага. Как у него только получилось… Я в жизни про подобные зелья не слышал.
— Он тебя специально в это тело засунул?
— Нет, исключено, — мотаю головой. — Перемещение душ очень плохо изучено. Известно только то, что блуждающий дух занимает первое попавшееся вместилище. Могильному проломили башку антимаги, как раз неподалёку. Вот я и занял его место.
— А он?
— Исчез, — пожимаю плечами я. — Или отправился в лучший мир. Хрен знает.
— То есть ты теперь здесь навсегда? — с отчаянием в голосе спрашивает Дюба.
— Скорее всего, да. В прошлое тело точно теперь не вернусь.
— Да уж. Там мозги напополам…
— Ты расстроился? — спрашиваю я.
— Конечно! — восклицает Дюббук. — У тебя было много силы, целый отряд демонов… А что теперь?
— Теперь — всё заново, — улыбаюсь я. — Это даже прикольно, не находишь?
— Нет. Не хочу быть мелким.
— Я тоже не хочу быть дрищом. Вырастем и накачаемся, Дюббук, не парься. Движение — жизнь. А в прошлой я хоть и был крутым, но застыл на месте. Вот и поплатился…