— Эддингтон просил передать, что к нам приехал гонец от Роберта Стоуна с посланием, — тем временем продолжил Кайл, словно и не замечая её смущения. — Думаю, он сожалеет, что не смог присутствовать на церемонии Перерождения.
— Отец…
Отец? Действительно, не может она Роберта Смелого воспринимать по-другому. Наверное, он навсегда останется для неё любимым отцом, рассказы о героических подвигах которого ей так нравилось слушать в детстве. И эти чувства будут для неё неизменными, даже если она всё-таки останется Дейзи.
— Я бы хотела поскорее увидеть отца, — подняла на Кайла глаза Мелиса.
— Будем надеяться, что ваше желание скоро осуществится, — ответил он.
Девушка лишь кивнула в ответ.
Когда она была Мелисой Кайл всегда мог поддержать беседу. Пусть и темы их разговоров были ничего не значащими. Об этом она вполне могла говорить и с Энтони, и с дамами.
Хотя с Дейзи Кайл вёл себя намного свободнее. И нередко в её присутствии он подшучивал над Адрианом, что поначалу казалось ей очень странным. Но затем она привыкла.
А сейчас между ними то и дело повисало напряжённое молчание, и разговор совсем не клеился. И никогда ни с Дейзи, ни с Мелисой он не был так вежлив.
Девушка видела, что Кайл, словно не найдя, что ещё сказать, собрался уже уходить. И именно это обстоятельство вдруг позволило ей решиться.
— Я хочу спросить … — девушка вдруг поникла. Был ещё один момент, почему она не могла остановить свой выбор на Дзейзи, а значит, и на Адриане. — Ведь… Ведь ты знаешь что случилось с Константиносом?
— Это… — по его виду было понятно, что он знает, но говорить не хочет.
— Я скажу, — произнёс Адриан за её спиной.
Дейзи вздрогнула от неожиданности, она и не думала, что он здесь появится.
Кайл взглянул на друга, а потом кивнул и ушёл.
На мгновение Дейзи захотелось остановить его. Какой-то её части вовсе не хотелось знать, что там произошло. Но в тоже время она понимала, что должна выслушать всё, что скажет Адриан.
Тот протянул ей руку. В его раскрытой ладони лежало солнце отступников.
* * *
Кайл знал историю о Константиносе, но не придавал ей значения до тех самых пор, пока он не встретил Дейзи. И он немного стыдился своей радости, что сам он не участвовал в той облаве на Отступников, но ничего не мог с собой поделать. Ему не надо было бояться того, что, узнав правду, Дейзи его возненавидит.
Но теперь, когда Адриан решился всё рассказать, Кайл места себе не находил. И даже не потому, что волновался за Дейзи. Она и его друг никогда особо не ладили, а в последнее время так и вообще начали избегать друг друга. Теперь же между ними могла вырасти непреодолимая пропасть. А Кайлу вовсе не хотелось, чтобы два самых важных для него человека начали враждовать друг с другом.
В конце концов, он не выдержал и отправился на поиски Адриана, жалея, что не остановил того, когда тот решил рассказать правду Дейзи.
Своего друга Кайл нашёл в том самом месте, где его и оставил. Казалось, что тот, рассказав Дейзи правду, так и остался сидеть в садике.
— Как она? — спросил Кайл.
Адриан удивлённо на него взглянул, а потом, невесело улыбнувшись, ответил:
— Я думаю, что она уже давно обо всём догадывалась. Просто не хотела верить.
— Но… значит, она тебя простила? — облегчённо выдохнул Кайл.
— Нет, для Дейзи это не так просто. Да и отношения у нас всегда были напряжённые.
— Ну и кто в этом виноват? Может быть, тебе стоит быть более дружелюбным с ней? Знаешь, мне не очень бы хотелось, чтобы вы ссорились.
— Я… — Адриан вдруг запнулся, словно сомневаясь, стоит ли вообще говорить то, что он собирался. — В любом случае ей меня простить будет не так просто. Может быть, было бы проще, если бы она стала Мелисой. Ты был с ней знаком, поэтому…
— Хорошо, я поговорю с ней.
* * *
Казалось, что в этот полутёмный зал свет почти не проникал. Можно было бы зажечь свечу. Но вставать с кресла Адриану совсем не хотелось. Да и так, пожалуй, было лучше. Словно свет мог помешать его размышлениям.
— Не жалеешь? — спросила только что вошедшая Орэбелла.
— О чём я должен жалеть? — спросил Адриан.
— О том, что рассказал ей про Константиноса.
— И сколько бы я смог от неё это скрывать? — усмехнулся он. — Даже я понимаю, что мы слишком долго живём. Рано или поздно она бы узнала обо всём.
— Как же, — в тон ему ответила Орэбелла. — Если бы она сама не захотела узнать правду, то… ты бы мог скрывать от неё вполне достаточное время, чтобы она успела привязаться к тебе и забыть о Константиносе. Или ты решил отказаться от Дейзи, чтобы отдать Мелису Кайлу? Не надо делать такое удивлённое лицо, мне кое-что известно.
Женщина замолчала, задумавшись о чём-то своём, видимо, недоступном «молодой душе».
Наверное, поэтому она не заметила, как помрачнел Адриан.
— Кайл… — начал было он и замолчал.
Этого он вслух не скажет. Но он слишком хорошо знал своего друга, и поэтому понимал, что тот никогда не любил Мелису. А вот Дейзи — да. Хотя до сих пор не мог понять, что же в ней было такое особенное, что в ней привлекло их обоих. Может, всё дело в том путешествии, которое они проделали втроём, которое сблизило их с девушкой. И встреться они не в той таверне, а сразу у Аддингтона, то всё было бы иначе? А может, всё дело в самом Константиносе… В конце концов, он был одной их самых старых душ среди Других, и кто знает, на что он был на самом деле способен. Хотя первая, и она же последняя, встреча с ним впечатления не произвела.
Они уже давно подозревали, что в графстве Стрикленд, находится убежище Отступников. Но лишь недавно им удалось получить точные сведения, где именно. За деревнями все лорды-Другие следили очень тщательно. Однако с городами дело обстояло сложнее, спрятаться там было куда проще. Хотя на этот раз Отступники выбрали лес.
Эти земли принадлежали Рейесам, поэтому Адриан тоже принимал участие в поимке Отступников. Он особо не волновался. Лишь когда они въехали в лес, стал более сосредоточенным. Несмотря на то, что он был Другим, получить стрелу в незащищённое доспехами место ему не хотелось.
Их проводник — обычный человек, но посвящённый в тайны Других — уверенно вёл их вперёд, когда вдруг остановился.
Что-то не так, догадался Адриан, но было уже поздно. В чём Отступники превосходили Других, так это в умении устраивать засады. Никто даже не почувствовал их, когда на отряд обрушился град стрел.
Похоже было, что Отступников кто-то предупредил об облаве, только сделал это он слишком поздно. И сейчас единственным их преимуществом была внезапность. И может быть, им и могло сыграть на руку то, что они хорошо знали эти леса. Но на этот раз в отряде Других тоже были такие люди.
Очень скоро Отступников начали теснить.
Впрочем, упорству их врага можно было позавидовать. Получить небольшую передышку Адриан смог только тогда, когда бой был почти закончен, лишь в отдалении слышались слабые отголоски битвы, которые, впрочем, вот-вот затихнут. Рейес не преминул ею воспользоваться: он был ранен, пусть и не так серьёзно. Присев на поваленное бревно, он задумался. Всё-таки в этой самоубийственной атаке Отступников было что-то странное…
И тут Адриана привлёк слабый шорох за спиной. Быстро развернувшись, он увидел какого-то человека в плаще и с посохом в руках. Он осторожно пробирался, прячась за густой порослью молодых деревьев. Адриан прислушался: это был один из Отступников. А человек в плаще, поняв, что его заметили, бросился наутёк. Почти сразу же Адриан вскочил на ноги.
Он очень быстро нагнал беглеца и занёс меч для удара. Отступник, чувствуя опасность, обернулся. И попытался подставить посох под удар. Но было поздно.
Уже в этот момент Адриан понял, что что-то не так. Но остановить свой меч не успел. Он обрушился на Отступника, нанося смертельную рану.