– Почему ты хотела убить меня? – продолжая надсадно хрипеть и кашлять спросил я, – что я сделал твоей семье? Почему?
– Ничего.
– Как так? Просто убить и всё? Почему?
– Это п… – цвет глаз девушки вернул голубые оттенки, а она снова скривилась, а на её лице выступила гримаса боли и ужаса.
– Подчинись мне и отвечай! – выпалил я, подскочив к ней и снова заглянув ей в глаза, – ты подчиняешься только мне!
– Да, хозяин, – её глаза снова изменились на фиолетовый и девушка, встряхнув головой, снова замерла передо мной.
– Уф… ух… за-зачем ты хотела убить меня? – я рухнул на пол, пополз к кровати и, напрягаясь всем телом, стал забираться на неё.
– Я не хотела вас убивать, хозяин. Я исполняла приказ, – вновь без страстно ответила она.
– Уффф… Чей это был приказ, Екатерина? Кто отдал его тебе, – я сел на кровать и посмотрел на бесстрастное лицо девушки, – это была Лилу Дюпон?
– Нет, этот приказ я получила от предыдущего хозяина, что был до вас, – глядя в пустоту ответила она.
– Кто был твоим хозяином до меня? – я понимал, что происходит, но мне хотелось услышать подтверждение от неё. Ранее её голубые глаза мне уже всё рассказали. Её подчинил Бакер, но я хотел подтверждения. А что если не только Бакер обладал глазами Видящего? – назови мне его имя?
– Хозяин… Это было его имя.
– Да твою жеж мать! – бессильно я ударил по кровати руками, – Екатерина, как он выглядел?
– Они выглядел как мужчина примерно вашей комплекции и расы.
– Как он был одет?
– Чёрный балахон, маска на лице, чёрные лакированные туфли с…
– Стоп! – я начал понимать, что подтверждения мне не светит, и нужно было что-то ещё у неё узнать, – какие ты помнишь знаки отличия на нем?
– Никаких. На нём не было знаков отличия.
– Да блин… – вот же предусмотрительный ублюдок, всё учёл, ну должно же быть хоть что-то, – рост? Вес? Голос!? Язык?! Акцент?! Манеры?! Что угодно!
– Да, хозяин. Рост примерно сто семьдесят шесть – сто восемьдесят сантиметров. Вес примерно восемьдесят килограмм. Голос мужской, мягкий и успокаивающий. Язык английский. Акцента нет. Манеры – обходительные. Это всё, хозяин?
– Да блин, а ты можешь ещё что-то добавить, Екатерина? – с нотками отчаяния и гнева выпалил я, – ты можешь ещё что-то о нём рассказать?
– Да, могу.
– Да блин, говори же.
– Он всегда был мягок и сдержан со мной, говорил убедительно и вкрадчиво. Мы встречались с ним по его зову, через записки от наших людей и всегда в разных местах. Он сильно ударил меня за провал первой попытки убить вас, хозяин. А после приказал ждать следующего раза и ранее на собрании Совета передал мне ещё одну записку с местом и временем. Найдя нужно место, я нашла ключ, одежду и оружие, а также записку с тем, что я должна убить вас сегодня ночью, когда все уснут.
– Охренеть просто! Катя, блин, ты не могла мне раньше вот также всё рассказать? – с обидой и удивлением выпалил я, соображая, что это был запасной план Бакера и что я сейчас опять был на волосок от смерти, – почему я должен всё тащить из тебя клещами.
– Но, хозяин, не спрашивал меня об этом ранее, – она сделала умильно обиженное лицо, потупила глазки в пол и шаркнула ножкой, – хозяин изволит меня наказать?
– Охренеть! И ещё раз охренеть! – выпал в осадок я от увиденного и просто потерял дар речи, – эм… Катя ключ ещё у тебя? Открой им дверь, подними руки вверх и отойди к соседней стене лицом.
– Да, хозяин, – она улыбнулась и чуть ли не вприпрыжку побежала открывать дверь, – рада служить вам, хозяин!
Она подошла к двери и открыла её, встав лицом к стене и подняв руки с какой-то дебильной улыбкой безмозглого человека. А как только дверь открылась в комнату с диким треском вломилась толпа местной охраны, а за ними все действующие лица из Совета. На меня наставили оружие человек пять и я, повинуясь инстинктам поднял руки вверх, не издав ни звука, так как голос мой окончательно пропал и изо рта теперь вырывались только хрипы и стоны. Ко мне подбежали Роман и Лоренцо, один стал осматривать меня и что-то кричать подчинённым, а в это время Лоренцо звал врача и отдавал приказы охране усилить периметр и прочесать весь дом на предмет сообщников и схронов. Но меня это уже не волновало, я стал заваливаться на правый бок и ещё не успев коснуться головой кровати отключился в полёте.
Резкая вспышка боли. И я вываливаюсь, из небытия распахивая глаза и рот в крике боли. Но не могу пошевелиться, а изо рта вырывается хрип. Я осмотрелся и обнаружил себя на столе привязанным, под очень яркой лапой, мой правы бок, моя рука, шея ныли и болели, а всё тело казалось изломанным. Я хрипел от боли, а спустя время, которые показалось мне вечность, прибежала женщина в белом халате и что-то причитая, вколола мне укол. Боль стала отступать и я снова отключился.
Я пришёл в себя лёжа на мягкой и тёплой кровати, под одеялом. Первое что я увидел, было окно с открытыми створками, за которым было яркое и тёплое солнце, а рядом с окном стоял женский силуэт. Её длинные золотистые волосы развевались на ветру, который врывался в открытое окно, и будто бы играл, с распущенными волосами девушки перебирая их невидимыми руками. Она смотрела вдаль с выражением грусти и печали, витая в своих мыслях. Я залюбовался красивым видом и на секунду меня охватил прилив спокойствия и безмятежности. Но затем реальность ударила меня со всей силы об пол, напомнив мне о том, что произошло в последние дни. Горло драло от сухости, тело болело, будто меня отпинала толпа болельщиков, а руки тряслись, при попытках поднять их. Я понаблюдал за ней какое-то время и перевёл всё ещё мутный взор, осматривая место в котором находился. Я выхватил глазами стакан и графин с водой и сквозь боль перекатился на живот и, трясясь, пополз к живительной влаге, цепляясь за всё, что попадало мне под руку. Пыхтя и хрипя, я боролся с одеялами, подушками и простыней в бессильных попытках добраться до воды. Но вдруг перед моим лицом появился заветный стакан с водой, зажатый в девичьей ладошке.
– Не трать силы, успокойся. Вот, возьми, попей, я помогу, – раздался тёплый и слегка взволнованный голос девушки, – всё хорошо, я друг, ты в безопасности.
– Грхм? Грорххх? – выдал я что-то не членораздельное и ухватился за стакан, я попытался поднести его ко рту, но трясущиеся руки не позволили мечте исполниться и, расплёскивая воду, они выпустили стакан и вся эта прекрасная жидкость, вместе со стаканом упала на кровать, – Бхрргть!
– Тише, тише, не напрягайся, тебе нельзя, успокойся, я налью ещё воды, – голос девушки стал тревожнее и она как могла, пыталась меня успокоить своим мягким и нежным голосом. А затем залезла на кровать и принялась переворачивать меня и укладывать обратно, – вооот, давай я тебе помогу, Михаэль, всё хорошо. Я переверну тебя и положу на подушку, а после дам тебе воды, тише-тише…
Я бессильно наблюдал за тем, как мою тушку ворочает из стороны в сторону хрупкая девушка, она, пыхтя, перевернула меня на спину, а затем положила подушку и отволокла меня на неё и с громким выдохом умастила на неё. Затем она сползла с кровати, взяла новый стакан и налила из рядом стоящего графина ещё воды в него. А после поднесла мне. Я попытался схватить стакан рукой, но промахнулся и ухватил девушку за мягкую грудь. Она вспыхнула краской и попыталась что-то резко сказать на мои действия, но моя рука бессильно упала обратно, а у меня на глазах навернулись слезы от всего того отчаяния, которое с головой накрыло меня в тот момент… Я чувствовал себя овощем, я не мог ни говорить, ни двигаться, да что там, я даже не мог чётко видеть, а тут ещё этот глупый инцидент. От отчаяния моя голова повисла и я перестал напрягать и без того измученное тело. Я больше не хотел ничего. Я желал просто послать всё к чертям и вернуться к прежней жизни без погонь, убийств и интриг. Где я буду скучно жить как все и стремиться к пустым и мелочным мечтам, понимая и зная, что это глупо. Но зато я буду в безопасности, и никому до меня не будет дела.