Литмир - Электронная Библиотека
A
A

– Конкретно ничего, – сразу как-то успокоившись, сказал Стекольников. – Правда ничего. Просто как-то странно: два таких события из области криминала, буквально одно за другим…

– Вы все-таки подозреваете Герасименко? – в упор спросила я.

– Не знаю, – со вздохом развел руками Стекольников. – Честное слово, не знаю, что и думать. Мы знали друг друга не первый год, деньги в сейфе тоже не первый раз остаются… И никогда раньше ничего подобного не было. Ведь мы работали вместе пять лет! И все же… Что-то в поведении Валерия появилось странное в последнее время.

– Что именно?

– Не знаю, не знаю, какой-то он ходил возбужденный. Порой, наоборот, становился задумчивым и рассеянным. Видите, даже записную книжку забыл у вас в машине! Вообще-то это на него не похоже.

– А вы не пытались с ним поговорить об этом?

– Нет, – пожал плечами Стекольников. – Я тогда и представить не мог, что за этим стоит нечто столь серьезное. Я, признаться, до сих пор не уверен, что это его поведение связано с пропажей денег. Когда я сообщил о краже, Валерий вел себя, как мне показалось, вполне искренне.

– А жена Валерия Васильевича сейчас в Тарасове? – спросила я.

– Да, конечно, она вернулась сразу, как только узнала о смерти мужа.

– Ладно, пока вопросов у меня нет. Но они непременно появятся завтра.

– Тогда давайте обсудим сумму гонорара и задатка, – несколько церемонно предложил Владимир Алексеевич.

Я назвала свой тариф, и Стекольников молча отсчитал нужную сумму.

– В случае успеха я обещаю вам премию, – добавил он важно.

– Надеюсь, что все закончится успешно, – провожая Владимира Алексеевича, сказала я.

Перед сном я успела еще раз бросить кости.

16+26+3 – Впереди бурные, беспокойные времена. Пусть неприемлемые для вас события не оскорбляют вас, а только дают толчок к самосовершенствованию.

Ну, совсем уже… Впрочем, если это намек на Гарика, то в точку. Значит, все это только ради того, чтобы я получила от Папазяна толчок к самосовершенствованию, занялась этим делом и утерла ему нос, да? Хотя почему бы и нет. Ничего особенного кости мне не сказали, а просто дали толчок к этому самому… Самосовершенствованию.

Вот на этой оптимистической ноте я и завалилась спать.

На следующий день меня разбудил телефонный звонок Стекольникова.

– Доброе утро, Татьяна Александровна, – напыщенным тоном приветствовал он меня. – Сообщаю, что Аркадий Дмитриевич уже прибыл в офис, так что вы можете тоже подъезжать. Вас встретят у входа и проводят ко мне. Адрес следующий…

Я пообещала подъехать через сорок минут, а сама пошла приводить себя в порядок и завтракать. Пока я принимала душ, в микроволновке подогревалась пицца, а в кофеварке варился кофе.

На одевание и макияж у меня ушло пятнадцать минут, а через полчаса после пробуждения я уже подъехала к зданию, где располагался офис фирмы «Ритм».

У входа стояла молодая девушка, лет двадцати трех. У нее было милое лицо со вздернутым носиком и озорными зелеными глазами. Рыжие волосы мелкими кудряшками обрамляли лицо. Увидев припарковавшуюся «девятку», девушка шагнула мне навстречу.

– Добрый день, – с улыбкой поприветствовала она меня, когда я вышла из машины. – Вы Татьяна Александровна?

– Да, – сказала я.

– Меня зовут Эльвира, я секретарь фирмы. Владимир Алексеевич просил меня вас проводить.

– Благодарю, – ответила я и прошла за девушкой в здание.

Мы поднялись на второй этаж, Эльвира толкнула металлическую дверь, и мы очутились в приемной. Эльвира показала на кожаную дверь в кабинет и сказала:

– Проходите туда, там Владимир Алексеевич и Аркадий Дмитриевич.

Я отметила, что вообще-то секретарше не мешало бы самой доложить начальству о том, что я приехала, но, видя, что Эльвире не приходит это в голову, постучала в дверь и, услышав в ответ «да-да», вошла в кабинет.

Стекольников сидел за массивным столом в кресле, по левую сторону от него также в кресле расположился мужчина лет тридцати семи. У него были черные волосы, умные серые глаза и тонкий нос с горбинкой. Черты лица мужчины были лишены смазливости, тем не менее я отметила, что он был довольно привлекателен внешне.

– Доброе утро, Татьяна Александровна, присаживайтесь, пожалуйста, – Стекольников указал на свободное кресло с правой стороны от него. – Знакомьтесь, Аркадий Дмитриевич Расстегаев, мой заместитель. Татьяна Александровна Иванова, частный детектив.

И я, и Расстегаев поприветствовали друг друга дежурными фразами, после чего Аркадий Дмитриевич сказал:

– Я, конечно, в курсе, с какой целью вы здесь. Теперь вы, вероятно, захотите задать мне какие-то вопросы?

Мне показалось, что я увидела некую усмешку в глубине глаз Расстегаева, но не стала заострять на этом внимание и спокойно сказала:

– Разумеется. Для начала скажите – ваш ключ от сейфа на месте?

– Да, конечно, – ответил Расстегаев и полез в карман.

Он достал связку ключей и показал на один из них:

– Вот он.

– И вы никому его не давали?

Расстегаев снисходительно посмотрел мне в глаза.

– Я не имею привычки давать свои ключи кому бы то ни было, – ответил он.

– Похвально, – кивнула я. – А кто-нибудь мог воспользоваться им втайне от вас?

– Нет. Ключи всегда лежат в моем кармане. Залезть в него так, чтобы я не заметил, а потом так же незаметно положить обратно – весьма проблематично. Либо это должен быть карманник высшей категории. Но среди моего окружения таковых, насколько мне известно, нет.

– У вас есть какие-то версии по поводу случившегося? – прямо спросила я.

Расстегаев внимательно посмотрел на меня и промолчал.

– Аркадий Дмитриевич, я задала вам вопрос, – надавила я. – В конце концов, вы ведь сами заинтересованы в том, чтобы ваши деньги нашлись.

– Да, безусловно. Но если бы у меня были версии, я бы постарался сам их отработать, – подчеркнул Расстегаев.

Я поняла, что этот человек настроен весьма скептически к моему появлению и не верит в то, что я смогу найти деньги и вора. Очевидно, это был тип, который считал мужчин высшими созданиями, а женщин – так, приложением к ним. Однако я не стала разубеждать его.

«В конце концов, пусть за меня скажут мои успехи, – подумала я. – Или неуспехи. И то и другое справедливо. Или это насчет Расстегаева вчера поведали мне кости? А я уж грешным делом начала привязывать Папазяна…»

– Хорошо, тогда скажите, мог ли кто-нибудь, кроме вас, залезть в сейф в течение рабочего дня?

– Теоретически только Эльвира, – пожал плечами Расстегаев. – Но это только теоретически, поскольку ключей у нее нет.

Я заметила, что Стекольников заволновался.

– Я вам уже говорил насчет Эльвиры, что… – начал было он, но я перебила его:

– Я прекрасно все помню, Владимир Алексеевич. Не беспокойтесь, обвинять кого-то просто так я не собираюсь. Тогда выходит, что деньги были украдены после рабочего дня? То есть ночью?

– Наверное, – сказал Расстегаев и насмешливо посмотрел на меня.

«Какого черта было меня нанимать, если заранее считаешь это чушью? – начала закипать я. – Впрочем, нанял меня Стекольников, а не он…»

Стараясь не обращать внимания на скепсис на лице Расстегаева, я задала следующий вопрос:

– Как охраняется это помещение?

– Здание на сигнализации. Кроме того, я распорядился установить сигнализацию конкретно в помещении своего офиса, – ответил Стекольников.

– И обе сигнализации в порядке?

– Да, совершенно верно.

– Наверное, это специалист-универсал, – заявил Расстегаев. – Он виртуозно крадет ключи из карманов, потом так же кладет их обратно, ночью проникает в здание, отключив обе сигнализации, а затем вновь их включая. Причем делает все это, оставаясь невидимым!

– Владимир Алексеевич, – холодно проговорила я, не обращая внимания на издевательский тон Расстегаева, – я уже говорила, что хотела поближе познакомиться с вашим окружением. Аркадия Дмитриевича я уже имела честь узнать, теперь…

9
{"b":"90200","o":1}