– Ох, дочь! Тяжело как это все! – гладит меня по голове, периодически целуя в макушку. – Поплачь, малышка. Все к лучшему. Теперь со спокойной душой поедешь в Москву. Ничего тебя здесь не держит!
Проснувшись утром, я анализирую вчерашнюю ночь. Мама абсолютно права, на сто процентов. С Сережей будущего у нас не было, он мне нравился, но, наверное, это не любовь. Проверяю телефон, от него ни одного сообщения. Козел! Лучше бы просто расстался со мной и трахал кого хочет, зачем меня так унижать?
Мама сегодня на работе, я пишу Мирке, чтоб позвонила мне, как проснется. Она явно еще дрыхнет. Потянувшись, встаю с дивана, заправляю его и иду умываться. Какими-то новыми глазами смотрю на себя в зеркало. Не смотря на то, что я прорыдала полночи, пока мама не накапала мне Новопассит, выгляжу я неплохо. Глазки опухли, конечно, но, в целом, красотка. Брови красивые, ресницы длинные, матовая кожа. Да пошел он, этот Серега!
На кухне нахожу сырники и записку от мамы.
«Ты- лучшая! Не грусти! Люблю тебя, мама.»
Позавтракав, усаживаюсь за старенький ноутбук. Вступительные испытания начинаются с девятого июля. Я оформляю себе билет на поезд, чтоб прибыть в Москву седьмого. Я никогда там не была, но знаю наизусть, как добраться до Приемной комиссии, какие требуются документы и даже, где находится общежитие для абитуриентов.
До отъезда я дорабатываю последние смены в ресторане, на прощание покупаю ребятам тортики и покидаю коллектив, который стал мне таким родным за прошедший год.
Сережа пытался со мной поговорить, писал и звонил, караулил под дверью. Как выяснилось, с Леркой был секс еще до начала наших отношений, когда он начал встречаться со мной, типа у них ничего не было, но на выпускном его переклинило и случилось то, что случилось. Я молча кивнула, и зашла домой. В глазок видела, что он еще долго сидел на ступеньках и ушел домой, только когда мама вернулась с работы. На следующий день я уезжала покорять Москву.
Меня пришли провожать самые близкие: Мирка, Сашка и Светлана Ивановна.
– Светик, удачи тебе! Как же я буду без тебя? – рыдает Мирослава. – Мы же с детского сада вместе!
– Светуся, покажи там всем, что в провинции самые таланливые живут! – обнимает меня Саша.
– Сань, а ты в Екате всем покажи, на что способна! Удачи! – целую ее в обе щеки. Сколько мы с ней песен спели, на конкурсы ездили, репетировали, даже деньги искали для поездки на конкурс, ходили по местным предпринимателям и выпрашивали спонсорство! Ух! На глазах слезы блестят, до чего я расчувствовалась.
– Света, звездочка моя! – тепло обнимает меня Светлана Ивановна. – Ты сама все знаешь, ты – боец! Волнение – это нормально, у тебя все получится. Я верю в тебя, ты отлично подготовлена, все сложится! Не забывай брать дыхание, иначе не вытянешь ноту!
– Спасибо, дорогая моя! – крепко прижимаюсь к педагогу. Классная она у нас. Строгая, но справедливая, и отличный преподаватель.
– Пиши нам, ладно? И звони! Не забывай!
Я машу на прощание, и с колотящимся сердцем усаживаюсь в машину дяди Саши. Он нас с мамой должен отвезти на вокзал, а потом они вернутся обратно. Похоже все, детство закончено. Это очень волнительно, я так долго ждала этого, обвожу глазами до боли знакомый двор. Невольно поднимаю глаза и вижу, как из окна третьего этажа на меня смотрит Сережа, незаметно киваю на прощание. Я благодарна ему за вдохновение, ведь я написала целых две песни от переживаний. Пока они хранятся в аудиозаписях и на бумаге. Но, уверена, что это дело времени.
– Света, все проверь. Документы, аттестат, карточка, грамоты и дипломы, все с собой? – беспокоится мама.
– Все взяла, не волнуйся! Я за неделю еще все собрала!
Глубоко вдыхаю, как перед прыжком в воду. Ну, вперед! Покорять столицу!
Глава 7. Света
Столица меня встречает отнюдь не радужно. На улице серо и уныло, беспросветно льет холодный дождь. Сказать по правде, я представляла яркое солнце и пение птиц, но погода внесла коррективы. Выйдя из шестого вагона, осматриваюсь по сторонам.
– До свидания, Светочка! Удачи тебе!
– До свидания, Тамара Михайловна. Рада была познакомиться! – машу я на прощание своей соседке. Она села в Казани и всю дорогу меня опекала.
– Если что, звони! Не стесняйся!
Дай ей Бог здоровья, какая милая старушка. Москвичка в третьем поколении, мы болтали с ней всю дорогу, она – искусствовед.
По указателям двигаюсь в сторону метро. Я была ранее в подземке, в Екатеринбурге. Но оно, разумеется, ни в какое сравнение не идет с московским. Одна ветка и девять станций. Затаив дыхание, спускаюсь по длинному эскалатору, уходящему вниз, с интересом осматривая пассажиров. Так здорово, в большом городе ты можешь быть абсолютно свободным и самовыражаться, как тебе заблагорассудится. В родном городе, где все друг друга знают, постоянно нужно быть начеку, чтоб не облажаться. А самое главное – не высовываться. Мнение других людей очень ценится, мне же с самого рождения на это было наплевать. Еще бы – я просто рождена для сцены!
Без приключений добравшись до здания приемной комиссии, я останавливаюсь, в восхищении осматривая заветное место! Наконец-то я здесь! Как навьюченная лощадь пытаюсь пробраться через охрану. У меня большой рюкзак, чемодан, который мы с мамой купили накануне поездки, и пакет с едой, которую я не съела в поезде.
– Вам куда, мадам? – строго спрашивает сотрудник в форменной одежде.
– Здрасьте! Меня зовут Светлана Строкова. Я приехала поступать, – храбро заявляю я. Пусть знает, как меня зовут. Потом хвастаться будет!
– А что ж Вы с вещами?
– Так я с поезда к вам сразу, чтоб не опоздать.
– Светлана Строкова, в нашем заведении действует особая антитеррористическая программа, мне нужно осмотреть Ваши вещи.
– Может, я просто через рамку пройду? – судорожно вспоминаю я, что у меня в чемодане. Помимо вещей и кружки с тарелкой, есть нож. Я им огурцы нарезала и колбасу. Вдруг с ним нельзя, примут меня за преступницу?
– Вы – проходите, а вот вещи досмотрим.
Вздохнув, я сажусь на корточки, и открываю чемодан. Сверху лежит концертное платье.
– Это что у нас тут такое веселое? – заглядывает усатый представитель порядка.
– Костюм мой! Для сольного номера!
– Народница что ли?
– Я всежанровая! От Зыкиной до Агилеры, хоть что могу спеть! У меня диапазон – четыре октавы! – горделиво рассказываю я, перебирая вещи. – Тут нож у меня есть, но это я из поезда. Продукты резала. Вы не подумайте, это мама положила.
– Мама, говоришь? Далеко ехала-то к нам?
– Ага. С Урала.
– Ну, проходи, Светлана Строкова. Второй этаж, там найдешь по указателям.
– Спасибо большое! – подхватываюсь я. Поднимаясь по ступеням слышу, как кто-то распевается, в переходе парень с зализанными волосами пиликает на скрипочке, что-то жалостливое и нудное. Брр. Добравшись до заветного кабинета, оставляю вещи у скамейки и храбро толкаю дверь.
– Здравствуйте, – осматриваюсь по сторонам. В светлой аудитории установлено несколько столов, за которыми сидят молодые люди, похоже студенты, из местных.
– Добрый день! – приветливо кивает мне кудрявая девушка в очках.
Подхожу к ней, на ходу доставая документы из драгоценной папки.
– Присаживайтесь!
– Спасибо! Вот, – протягиваю. – Заявление, копия паспорта, на всякий случай в двух экземплярах, аттестат об общем образовании, аттестат об окончании музыкальной школы, одни пятерки, между прочим, фотографии три на четыре. Вот!
Все это выпаливаю на одном дыхании и без сил шлепаюсь на стул.
– Ого, как подготовилась! – улыбается девушка.
– Еще бы! Я с семи лет мечтаю сюда попасть!
– Здесь, классно! Сейчас все заполню. О, эстрадно-джазовый вокал? Круто! На платное?
– Не, мне нельзя на платное, мама не потянет. Только бюджет!
– Конкурс огромный! И всего восемь мест бюджетных.
От ее слов по спине проносится противный холодок, на секунду представляю себе, как печально возвращаюсь в родной город. Зажмурив глаза, мотаю головой, видение рассеивается.