– Мы долго думали, ломали головы, – начал здоровяк, – и пришли в итоге к общему мнению, что без колдовства в этом деле не обошлось.
– Ну, я бы не стал утверждать, что это именно колдовство, – усмехнулся Гриша, заметив недоверчивый взгляд Димы, – но что-то сверхъестественное во всем этом есть.
– Ну, с этим сложно спорить, – кивнул художник. – Но как это может помочь вам, ребята, найти пропавших родителей? Я не очень верю во всех этих современных колдунов, которых показывают по телевизору, а других я и не знаю.
– Слушай, Димыч, – Никита опять рассматривал портреты женщины, так похожей на его маму, – а я вот смотрю, у тебя везде на фоне изображен лес. Тебе в твоих снах моя мама всегда чудится именно в лесу?
– Да, всегда лес, – кивнул Дима. – Он бывает разный, пейзажи меняются, но в другой обстановке я этот женский образ никогда не видел. Хотя, вот глянь на мольберт. Тут я пытаюсь нарисовать ее немного в другом антураже.
– О, дискотека! – усмехнулся Григорий, разглядывая через плечо своего более низкого напарника картину, которую Дмитрий уже почти закончил.
– И опять она у тебя выходит чересчур серьезной, – покачал головой Никита. – Даже танцуя и веселясь, она все равно сосредоточена на чем-то другом.
– Да, улыбка у меня не выходит, – вздохнул художник. – Я уже пробовал по-разному заставить ее улыбнуться, но ничего не выходит. Как только я делаю черты ее лица хоть немного более веселыми, получается какая-то страшная гримаса. Просто колдовство какое-то.
– Вот! – Гриша ткнул длинным пальцем в грудь хозяина квартиры. – Мы тебе и пытаемся сказать, что без колдовства тут не обошлось.
– Мне кажется, они где-то в лесу, – тихо произнес Никита, глядя на танцующую серьезную девушку на холсте. – В другой обстановке она у тебя выглядит как-то неестественно. Не рисуй ее по-другому.
– Да? – художник грустно вздохнул. – Мне тоже кажется, что эта работа у меня не получилась. Наверное, эта странная девушка, действительно, не хочет не только улыбаться, но и выходить из своего заколдованного леса.
– Значит, нам надо найти способ забрать ее оттуда, – улыбнулся Гриша.
– И как нам это сделать? – покачал головой Дмитрий.
– Обратится к настоящей колдунье, – Никита вопросительно посмотрел на своего собрата по несчастью. – Во всяком случае, Гриша считает, что это единственный способ, найти наших родителей. Я сомневаюсь, что это на самом деле сработает, но другого пути тоже не вижу.
– И вы, мужики, конечно же, знаете, где тут поблизости проживает древняя колдунья, которая варит в котелке зелья, открывающие порталы в разные миры, – саркастически произнес Дмитрий, с легкой улыбкой глядя на своих слегка свихнувшихся гостей.
– Григорий нашел такую в дебрях интернета, – радостно улыбнулся здоровяк, отчего Дима еще больше уверился в том, что у парней реально начала съезжать крыша.
– Ого, ведьмы освоили новые технологии? – усмехнулся художник. – Может, они и колдуют теперь дистанционно… ну типа как Чумак? Я видел как-то по телеку хронику девяностых.
– Зря смеешься, – немного насупился хакер, – я с огромным трудом вышел на эту ведьму по своим особым каналам. Информация о ней жутко засекречена. То, что она не рекламирует себя из каждого утюга, а наоборот старается, чтобы о ней не узнал никто из посторонних, говорит о том, что она не шарлатанка.
– Логично рассуждаешь, – кивнул Дмитрий, которого слова длинного очкарика заставили немного призадуматься. – И что, она тоже в Соцгороде живет?
– Не в самом, – покачал головой хакер, – но тут совсем рядом, в деревеньке за кладбищем у лесопарка.
– Ну что ж, опять логично, – согласился художник. – Где ж ведьме еще жить, если не рядом с кладбищем и лесом. Ингредиенты-то для своих зелий надо где-то добывать.
– Мы собираемся к этой колдунье, – уверенно заявил Никита. – Мы к тебе для этого и пришли. Ты с нами хочешь пойти? Тебе, вроде как, тоже надо прояснить свой вопрос со снами.
Несмотря на всё, что было сказано в последние минуты, Дмитрий всё равно не верил ни в какое колдовство. Ну, возможно, живет в деревне около кладбища какая-то старая карга, которая, может быть, даже травками умеет вызывать у людей какие-либо видения, а вполне возможно, что умеет и лечить всё теми же травами, или другими. Но в том, что эта бабуля поможет найти парням их пропавших уже почти четверть века назад родителей, Дима очень сомневался. Очень может быть, что найдутся у ведьмы какие-нибудь травы, которые избавят на время самого художника от навязчивых сновидений, но в то, что это будет панацеей и полностью излечит его от незнакомки, Дмитрий тоже не верил.
Но маленькая искорка надежды, крошечное зернышко иллюзии и веры в чудо всё же окопались у него в голове, и художник согласился пойти к колдунье.
Мимо высоких заборов частного жилого сектора, сквозь тени вековечных деревьев древнего парка, мимо ажурной ограды старинного кладбища, мимо деревянных покосившихся домиков почти полностью исчезнувшей деревни молодые люди вышли на опушку старого леса. Под шатром из трех огромных берез стояла симпатичная избушка, раскрашенная в веселенький сине-зеленый цвет.
– Кажется, нам сюда, – неуверенно произнес Гриша.
– Ну да, это место больше всего подходит для жилья старой ведьмы, – усмехнулся Дмитрий.
И тут дверь избушки отворилась, и из домика выскочила девушка, совсем молоденькая, лет семнадцати, в длинном зеленом сарафане и с длинной, ниже пояса, темно-каштановой косой. Увидев трех незнакомых богатырей, девушка остановилась и удивленно посмотрела на троицу.
– Здравствуй, красавица, – губы художника расплылись в улыбке до ушей. – А взрослые дома есть?
– А кто вам нужен? – весело спросила красавица, лукавый огонек сверкал в больших зеленых глазах.
– Нам бы с колдуньей словом перемолвиться, – вступил в разговор Григорий. – Дело у нас очень важное к ней.
– Дело, говорите? – девушка с улыбкой изучала гостей. – А какое дело?
– Очень важное, – подтвердил Никита, – и очень секретное. Дело жизни и смерти.
– Вот даже как! – восхитилась зеленоглазая красавица. – Ну так расскажите мне. Я секреты умею хранить.
– Нам бы колдунью повидать, – вновь сказал Гриша. – Только она нам сможет помочь… Если, конечно, вообще, сможет. Уж очень дело у нас мудреное.
– Мудреное, говоришь? – девушка покачала головой, по-прежнему улыбаясь. – Так может, я чем смогу помочь? Меня обычно Василисой Премудрой кличут, мудрености и премудрости – это мой конек.
– Слышь, Гриш, а как ту ведьму-то зовут, к которой мы пришли? – тихо, скосив вбок рот, прошептал Никита.
– А я не знаю, такой информации раскопать не удалось, – также шепотом ответил хакер.
– А ты и колдовать умеешь? – пока друзья нерешительно перешептывались, Дмитрий решил прояснить ситуацию.
– Нет, не умею, – красавица, всё так же улыбаясь, пожала худенькими плечиками, – но это иногда и не обязательно. Многие проблемы вполне можно решить и без применения радикальных средств. Даже вопросы жизни и смерти порой решаются очень простыми житейскими методами.
– Мда, премудрости тебе не занимать, красавица, – покачал головой художник.
– Может, это она и есть? – продолжал шептать за спиной Дмитрия Никита.
– Да не похожа она на ведьму, – отвечал ему едва слышно Гриша. – И она Димке сказала, что колдовать не умеет.
– Милая Василиса, – снова обратился Дмитрий к девушке, видя, что его приятели никак не могут приступить к решительным действиям, – А вот мои друзья всё никак не могут понять, есть тут кто-то еще, кроме тебя. Нам ведь ведьма нужна, а ты как-то под это определение не очень подходишь.
– Ну почему же не подхожу? – девушка как будто даже обиделась. – В каждой современной женщине обязательно должна сидеть ведьма. Пусть я еще и довольно молода, но ведьмой я себя уже вполне ощущаю.
– Значит, и помочь нам ты сможешь? Или, может, позовешь всё же кого-нибудь постарше? – Дима немного нахмурился, пытаясь смутить красотку, но она на такую провокацию поддаваться не собиралась.