Однако дебют «убийцы яжмага вне закона» вдруг не задался, мне повезло обвести его вокруг… чуть не сказал, пальца… нет. В общем, над ним подняли дикий хохот и отправили убивать меня снова, однако вот тут у него вдруг неожиданно, без малейшего повода, проснулись гордость, честь и самосознание. Надо же, какой безрадостный сюрприз!
В общем, как я понимаю, от туповатого оборотня, находящегося в том же положении «вне закона», при котором ни одна вша из его стаи и пальцем бы не пошевелила, если б его рвали в клочья у всех на глазах, никто и в страшном сне не ожидал такой охренительной (уж простите) хрени, как неповиновение! А Блендер именно что не подчинился…
Из-за того что некто, ранее принадлежавший к клану, проявил неподобающее свободомыслие (господи боже, мы в Питере или где?!), к нему послали пару проверенных ребят на открытое собеседование. Чему мы с Фамильяром и являлись свидетелями прошлой ночью, а сброшенный мною кактус неожиданно решил все вопросы в нашу пользу. Да, такое бывает, даже если кому-то оно кажется «роялем в кустах».
Но ведь, как ни верти, это всегда будет только индивидуальной точкой зрения каждого конкретного читателя, верно? Они хотят зрелищ, а нам тут жить. Уж простите, что не оправдали высоких ожиданий, теперь это ваши проблемы, мы меж тем спокойно займёмся своими делами.
Лично меня всегда занимал вопрос: если кому-то из читателей наша история кажется нелогичной и неправильной, так неужели он живёт интереснее и ярче? По факту почему-то всегда оказывается наоборот. А всерьёз спорить с прыщавым задротом, уткнувшимся носом в экран монитора, как-то нечестно, что ли? Вот я и не пытаюсь…
— Можно один вопрос? — осторожно тем не менее решился я. — Вот если сейчас вы на нашей стороне, то каков лично ваш гешефт в этом деле?
— Э-э…
— Если бы вы меня убили, то нет вопросов — вас реабилитируют, позволив вновь пользоваться всеми благами общественной жизни. Но вы почему-то пошли другой дорогой.
— Ну, типа зачем мне оно надо?
— Именно! Типа ваша прибыль, выигрыш, смысл, подбор, результат, кон, фишка, замануха, куш и так далее?
Оборотень сдвинул характерные густые брови и задумался. Я его не торопил. Нонна успела приготовить кофе по второму разу, а он всё ещё не определился с ответом. В конце концов парень сдался, сдулся, пошёл на попятную, то есть рассказал нам всё.
Почти всё. До глубинных тайн его психики мы просто не стали докапываться. Идём от главного, если вкратце, то наш могучий друг достаточно молодой оборотень, не из природных, а верифицированный, то есть обращённый. Каких и большинство.
Приехал из Красноярска в отпуск, с девушкой гуляли себе по Питеру, романтика, осень, пиво, как вдруг его укусил маленький смешной щенок, с которым предлагал фотографироваться неулыбчивый лобастый мужчина на Дворцовой площади. Капелька крови, жуткие извинения, фото бесплатно и всё такое! Дальше по накатанной…
Накрыло через месяц, выскочил из дома ночью, убил уличную собаку. Уже к зиме он переехал из родного города, после того как едва не порвал свою же невесту и не покалечил двух её братьев. Вернулся сюда самолётом, кусая губы и трясясь, так что едва не сняли с рейса. Но здесь, на той же Дворцовой у Эрмитажа, он сумел найти того самого мужика и получил от него исчерпывающую информацию о своём будущем.
Не особо радостную. В перевоплощении человека в волка, в жизни зверя, в жажде крови — счастья мало. Ну, если вы фанаты «Сумерек», то переубеждать не станем, верьте во что хотите, наша цель — рассказать, что было с Блендером.
В общем и целом в панику он не впал, у сибиряков психика крепче, о самоубийстве не задумывался, принял всё как есть. Устроился на Uber, работал посменно, жил в общаге, в компании шести таких же бедолаг. Приступы у всех были в разное время, так что мужики помогали товарищу, вовремя сажая друг друга на цепь.
Руководил «стаей», как ни странно, тот самый щенок-волчонок, маленький, злобный мальчишка, обладающий железной волей и парадоксальной харизмой, в результате сумевший стравить между собой всех конкурентов. Ему подчинились все оборотни Каменноостровской линии, Ломоносовской и половина Финляндского вокзала.
Он просто оказался умнее, злее и целеустремлённее их всех. Такое бывает, вспомните хотя бы Аркадия Гайдара (Голикова), в шестнадцать лет командовавшего полком, или пятнадцатилетнего капитана у Жюля Верна.
Но на каком-то этапе глава клана почувствовал или решил, что почувствовал угрозу в суровом Блендере, а потому просто подставил его. Якобы наш приятель стал крысячить у товарищей. Обычаи в волчьей стае простые: либо ты как все и живёшь в чётко определённой иерархии, либо ты мёртв. Опять-таки вспоминаем «Книгу джунглей» того же русофоба Киплинга, история кишит подобными примерами.
Короче, никаких вариантов уйти подальше своими ногами не предусматривается. Более того, на оборотня, назначенного «вне закона», клеймённого крестовым тузом, не просто разрешено охотиться — нет, его ОБЯЗАНЫ убить свои же! Максимально кроваво и жестоко, используя лишь когти и клыки.
Больше месяца ему удалось скрываться, Санкт-Петербург большой город. Подрабатывал на машине, спал в ней же. Периодически выполнял маленькие просьбы той же Гиллы, она платила и прикрывала, пока это было в её интересах. Но лафа никогда не бывает вечной. Вчера стая вновь взяла его след, словно бы их навели на цель.
И можно было даже не спрашивать, кто это сделал: после того как Блендер открыто вступился за меня в «Книжной лавке писателей», вы собьётесь считать по головам всех желающих! Удивительным было другое…
— Я слышал про клуб отверженных. Одни говорят — это байка, фигня, самообман, другие — что у нас есть такое место, где такие, как мы, все, кто вне закона, могут получить защиту.
— Ты искал его? — Разговор перешёл в более доверительную фазу.
— Искал. По башке словил пару раз, так что едва выкарабкался…
— Понятно. — Мой кофе давным-давно остыл, а новой микроволновкой мы так ещё и не озаботились.
В сердце всё ещё жила скорбная память о старой, удобной и привычной, поэтому на новые и смотреть-то было больно. Справлюсь сам. Я поставил кружку на стол, прошептал короткое заклинание, и меньше чем через пять секунд кофе опять стал горячим. Это несложно.
— Вы могли бы попросить сварить вам свежий.
— Ах, Нонна, что вы такое говорите? Зачем же вам утруждаться такими мелочами?! Сварите уж сразу борщ!
Правнучка архангела захлопнула клювик, беспомощно заморгала, и Фамильяр увёл её в мой кабинет, чтобы вместе найти в Интернете хороший рецепт. Мы же спокойно продолжили мужской разговор.
— Теперь, когда её нет, я хочу спросить один раз: зачем столько вранья? — Блендер дёрнулся было вскочить, но я улыбнулся, успокаивающе приподнимая руку. — Видишь ли, на твоей брутальной физиономии нет ни синяка, ни царапинки. Ты в той же одежде, она мятая, но не рваная. Вчерашнее ночное рубилово было чистой воды постановкой, а в таких вещах разбирается любой питерский мальчишка.
Он тихо зарычал, опустив голову:
— Я при тебе надрал задницу Чумному Доктору!
— Ага, а пару дней назад Нонна вообще его пристрелила. И что? Возможно, такие типы вообще неубиваемы, как неваляшки.
Волчий оборотень закусил губу. Крыть было нечем, все козыри у меня.
— Но я продолжу. По-моему, тебя сейчас одновременно используют втёмную и Хранители и Гилла. Их общая задача — помочь тебе втереться к нам в доверие и выяснить всё, что нам может быть известно о так называемом клубе. Но вся беда в том, что мне не известно ничего. Даже при той наводящей «информации», что ты сообщил, мне нечем им помочь.
Блендер встал. В его глазах была обида. На меня, всех нас, на его нанимателей или на себя самого? Пусть решает.
— Меня действительно изгнали. Я тоже вне закона.
— Верю. Это как-то всерьёз меняет всё вышесказанное мною?
— И меня попросили не Хранители, не тёмные парни из книжного. Я не им служу.
— Кто-то рангом повыше, да? Позволь, угадаю… белый ангел.