— Именно. Но как бы он захотел брать меня на корабль, если бы я не был тем, кем являюсь?

— Ну не знаю, возможно, ты сделал что-то особенное…

— На самом деле, я приношу ему большую пользу, потому что не чураюсь разного рода работы. Я рос на улице. У меня была бедная семья, и я никогда не знал своего отца. Мной занималась только мать. Как сказать «занималась»… Она работала при банях круглые сутки, а когда возвращалась, то ей было уже не до меня. Да, мне всегда ее было жаль — ей приходилось со мной не сладко. Еще, к прочему, родилась моя сестра, а еще через какое-то время еще одна, представляете? И все мы были от разных отцов, которые, конечно, с матерью не оставались… Так что у нее на шее было три голодных рта. Я много пережить, пока шатался по улицам Йотесхоры. Много… В поисках пропитания я стал делать всякое. Я помню, когда был еще ребенком, познакомился с соседскими мальчишками, которые позвали меня бродить по рынку. Было весело. Тогда я впервые стащил фрукты с прилавка. Это было на спор. Еще хвастался перед друзьями тем, что смог это сделать. Чувствовал себя героем — накормил их, и часть принес домой. Я не думал, что делаю что-то плохое, просто хотел помочь своим родным и друзьям, и не понимал, почему богатеи не раздают все сами. А потом, когда стал старше, я несколько отделился от семьи.

— Ты продолжил помогать матери? — одобрительно спросил Фин.

— Ну… Я не сказал бы, что от меня было много толку. — Лотар замялся в нерешительности. — Я связался не с лучшей компанией: оторванные от общества подростки стали кругом моего общения. Большей частью нашей шайки были ребята постарше. Они командовали нами. Я и еще несколько малолеток отвечали за мелкие дела — ничего серьезного. Сначала все было даже весело. У меня появились деньжата. Мать удивлялась, когда я приносил домой еду. Пришлось соврать ей, что нашел подработку в порту. Мы пакостили стражникам, которые мешали жить простым людям (как мне тогда казалось); где-то подворовывали у богатеев. Этого хватало, чтобы выживать, но потом я попался по-крупному. Украл драгоценности у одного торговца с рынка, а он знал мою маму и у нее были большие неприятности, а мне хотели отрубить руки.

— Ничего себе… — угрюмо произнес Натан. — Не ожидал я такое услышать.

— Да, — согласился Лотар, — я сожалею, что вел себя так, но прошлого не изменить. К счастью, у матушки был знакомый, который согласился помочь. Кадир Сан — это помощник Джарира с «Риха». Странно, конечно, что ему было до нас какое-то дело, но он выплатил весь долг за меня и заставил поклясться, что я больше никогда не буду воровать. Еще он, видимо, из жалости стал помогать нам. Они были знакомы с каких-то давних пор, но мать никогда не рассказывала мне об этом. Когда я лично познакомился с Кадиром, то я захотел быть моряком, как он. Его рассказы о море, о его странствиях на корабле восхищали меня. Его жизнь была полна приключений. От него я столько услышал, что не мог и думать о чем-то другом! В общем, я пытался остепениться и учиться всему, что нужно знать моряку, хотя подворовывать я не перестал.

— То есть ты был уличным воришкой? — изумился Натан. Он смотрел на Лотара удивленными, но не разочарованными глазами. Натан был уверен, что Лотар поменялся и теперь был совсем другим.

— Был им, — признал Лотар, — сейчас все по-другому. Моей мечтой стать взойти на корабль в качестве члена команды. Но до того момента мне нужно было как-то жить. На корабль никто не стал бы брать низкорослого мальчика, да еще и неумеху, каким был я. Поэтому мне приходилось разными способами добывать себе еду и немного денег на жизнь. Да, я продолжал красть товар у торговцев с прилавков, крал кошельки, хотя поклялся Кадиру. Почти всегда мне удавалось остаться незамеченным.

— Тебя ловили? — поинтересовался Фин.

— Бывало, что за мной гонялись стражники, но я всегда уходил от погони. Я знаю, что красть ужасно. Я бы не хотел совершать такие поступки, но как иначе мне было прожить. Никто не доверил бы мне серьезную работу, а нам нужна была еда. Так тяжело становилось, когда Кадир подолгу отсутствовал, а когда он прибывал обратно, мне не приходилось промышлять этим. — Лотар оправдывался, ему было стыдно — это чувствовалось, но его спутники с пониманием отнеслись к исповеди. Все прекрасно знали, что простому незнатному мальчику без отца в их время выжить очень сложно. Убедившись, что слушатели рассказа поддерживают его, Лотар продолжил свою историю: — В очередной раз, когда Кадир вернулся, я сказал ему, что мечтаю стать таким же мореплавателем, как он, мне по душе были приключения, и я так хотел повидать мир и все те вещи, о которых он рассказывал! Услышав мою мечту, он ответил, что постарается убедить своего капитана взять меня на службу, но вероятно это будет очень сложно. Вы не поверите, но в тот день я прогуливался по рынку и увидел такого помпезного богатея, что не мог не украсть у него кошелек. Я сделал все красиво, но в тот миг, когда я стал удаляться от него, меня схватил за руку его человек. Я ударил его меж ног и помчался по улице так быстро, как только мог. Джарир стал кричать, за мной началась погоня, но я удрал. А через некоторое время Кадир повел меня на «Рих», и там я встретил того самого богатея и его человека! Это были Джарир и боцман Саид! Саид сразу же кинулся на меня, но Джарир повел себя очень странно. Он остановил разъяренного боцмана и посмотрел на меня с хитрой улыбкой.

— Что было дальше?

— Когда Кадир сказал мне, что Джарир согласен взять меня на корабль, я был так счастлив! Джарир взял меня на корабль, и я стал его подопечным на какое-то время. Он сказал, что во мне есть то, что нужно мореплавателю. Я сразу же побежал к маме, чтобы сообщить ей эту новость, но она почему-то очень расстроилась. Мы даже толком не попрощались перед моим первым походом. Грусть не покидала меня из-за этого на протяжении всего странствия. Когда мы вернулись, мама обняла меня так крепко, как никогда до этого, а уже потом моя сестра сказала мне, что она расстроилась, потому что боялась, что я не вернусь. Ее слова были: «Теперь мне нужно бояться за двоих дорогих сердцу». Я до сих пор без понятия, кого она имела ввиду под вторым. А еще, не знаю как, но ее страх передался и мне. Теперь я не меньше ее боюсь не вернуться, но не потому, что беспокоюсь за себя, а потому что мое сердце разрывается, когда представляю, как она будет горевать, если я вдруг действительно не вернусь.

Лотар замолчал и с тоской посмотрел на языки пламени в костре. Натан похлопал его по плечу и сказал:

— Все будет хорошо! Ты вернешься домой.

— У тебя удивительная история, Лотар, — подбодрил его Фин.

Лотар тихо добавил:

— Всю детство меня бодрила мысль, что когда-нибудь я встречу своего отца, и мы заживем счастливо, а сейчас, когда я многого добился сам, понял, что я ненавижу его. Некоторые отцы бросают детей в воду, чтобы те научились плавать. Меня же бросили в жизнь, и я оступился. Хотя после вашей истории, Натан, мне кажется, что наличие родителей не гарантирует счастья.

— Ничего страшного, сынок, — сказал Натан, — родители — такие же люди. Главное, чтобы ты добился своего и стал достойным человеком.

Последние слова Натана, будто раскалённое тавро, ошпарило совесть Лотара. Он знал, что не был достойным человеком, хранил слишком много тайн и продолжал поступать плохо.

Через некоторое время Фин попросил Лотара рассказать все то, что Кадир Сан рассказывал ему. Все слушали Лота очень внимательно. Он рассказал о своей стране, о которой, если и можно было услышать, то только от странствующих купцов. Сказочной и загадочной казалась она. Ашар находился за Скафским морем[1] в землях Айтмара. Сколько дивных легенд о ней ходит. Лотар поведал, казалось, все про пески Айтмара, которые лежали на берегах всех морей, омывающих континент и тропические джунгли; про диковинных гигантских животных, похожих на насекомых; про драконов, обитавших за Коломанским рубежом, про красные пески пустыни Дамрамал, про Шарийские горы, где по легендам находилась древняя страна — Тенебрийское царство, откуда родом все люди, и где жил и правил бессмертный царь.