Роботы оказались предсказуемой угрозой. А вот к чему капитан не готовилась, так это к хищникам, заполонившим улицы. Причем здесь поджидали как раз не мутанты, которых больше всего опасался Легион. На Марс привезли животных с других планет, которые тут были неизвестны, а потому сошли бы за чудовищ. Пожалуй, людям не подготовленным и излишне эмоциональным то, что теперь творилось на улицах, казалось концом света…
На Лукию бросилось существо, похожее на нечто среднее между змеей и ящерицей – да еще и размером с половину «Стрелы». Грандиозный размер туши и явно не такой впечатляющий размер мозга дарили существу непробиваемую уверенность в себе, нападало оно без сомнений и осторожности. Лукия сначала еще пыталась вспомнить, что это за хищник, потом сдалась. Она и не надеялась изучить обитателей всех известных планет.
Ей и теперь не полагалось писать научную статью по мотивам схватки. Задача у нее была простая: убить, а для этого особые знания не нужны. Хотя они бы пригодились… Чешуя у существа оказалась на удивление крепкой, да еще и отражающей термозаряды. Лукии пришлось пробивать ее вручную, и для того, чтобы уничтожить броню, требовалось не меньше трех ударов строго в одну точку.
Это сдерживало капитана, а атаки существа отбрасывали все дальше от места, в котором бой начался. Лукия не видела, где оказались остальные, кто на них напал, но беспокойства она не испытывала. Она научилась доверять своей команде уже давно, и сейчас это спасало.
Первый успех в битве с рептилией радости не принес: оказалось, что у этой твари еще и кровь токсичная. Мутный поток ударил в лицо, Лукии пришлось повернуться, пожертвовать одним глазом, чтобы сохранить второй… Поддаваться панике она не собиралась. Боль – всего лишь часть сражения, Лукия приняла это, затаилась, а потом запрыгнула на тушу существа, расширила рану, нанесенную недавно – и скоро голова хищника по широкой дуге полетела в сторону, на одну из прогулочных площадок, которых в Новом Константинополе хватало.
Больше на Лукию никто не бросался, и это дало ей возможность изучить ситуацию. Все оказалось неплохо: на улице прибавилось трупов, зато команда осталась на ногах. Стерлинг отряхивался от какой-то слизи и требовал камеру с ультрафиолетовым облучением. Киган зачем-то пытался развинтить боевого робота. Римильда и Рале уже спешили к капитану.
Телекинетик добрался до Лукии первым и еле слышно, так, чтобы лишь ее острый слух смог уловить, спросил:
– Ты как?
– Осторожней с субординацией, – отозвалась Лукия. – Я в порядке. Не вижу причин для эмоций.
– В каком ты порядке? У тебя сейчас глаз вытечет!
– Маловероятно, он как раз закреплен ожогом.
Судя по выражению лица, Рале много готов был сказать о таком отношении к собственным ранам. Но не успел – к ним подбежала Римильда, без лишних вопросов усадившая капитана на ближайшую скамейку.
Фактор исцеления у Лукии и без того был выше, чем у многих солдат. Обычно хватало и его, да и сейчас бы хватило – но с ним глаз восстановился бы часа за два. Этого времени у них не было, и она позволила хилеру выполнить свою работу. Капитан умела терпеть многое, но вот так быстро исцелиться оказалось на удивление приятно.
Хилер номер 2 работала быстро, уже минут через двадцать Лукии казалось, что и не участвовала она ни в каком бою, а только-только покинула корабль.
Когда Римильда отошла, Рале снова стоял рядом, однако это не было очередным проявлением эмоций. Телекинетик выглядел собранным – и куда более мрачным, чем раньше.
– Капитан, вам лучше это увидеть. Да и всем остальным тоже.
– В этой дыре осталось что-то, к чему нужно идти с таким траурным видом? – хмыкнула Римильда.
– Ты даже не представляешь… Но сейчас представишь.
Он провел команду к узкому переулку, образованному двумя высокими зданиями. Стены здесь были глухими, лишенными окон, и даже их белый цвет не спасал от ощущения вечного полумрака, не отступавшего даже в разгар дня.
Этот полумрак делал особенно зловещим крупное бесформенное… нечто, прилепившееся к одной из стен. Лукия даже не поняла сначала, на что смотрит. Тускло поблескивающая масса, истекающая чем-то подозрительно похожим на сукровицу, показалась капитану живой. Однако Римильда эту иллюзию быстро развеяла:
– Похоже, чей-то схрон. Внутри живых нет, спасать некого.
Стерлинг направил на биомассу луч прожектора, и Лукия разглядела, что это действительно кокон, сделанный из полупрозрачной слизи. Внутри бугрились разные объекты, и уже по их размеру и форме можно было о многом догадаться.
Но Рале не собирался гадать, он хотел знать наверняка. Телекинетик снял верхний слой кокона и брезгливо отбросил в сторону. За этой тонкой преградой обнаружилось именно то, чего и ожидала Лукия: человеческие тела на разных стадиях кислотного растворения. Рале извлек несколько и оставил висеть в воздухе.
– Ну и зачем это? – поморщился Киган. – Надеешься понять, какой именно из выродков их законсервировал? А какая разница? Мы всех уже раскатали по дороге!
Рале его проигнорировал, он обратился к Римильде:
– Когда были убиты эти люди?
Отвечать она не спешила. Она подошла ближе к трупам, почти вплотную, но ее саму это не смущало: хилеры, особенно высшие, рано теряли брезгливость и страх перед смертью. Если Римильде нужно было что-то знать, она подходила и узнавала.
– Часов пять назад, не больше. Чтобы точно определить, мне необходимо изучить жижу, в которую их поместили.
– В этом нет необходимости, – покачал головой Рале. – Пять часов – уже показатель. Вы ведь понимаете, кто перед нами?
Лукия действительно понимала – да и остальные тоже. Телекинетик достал из кокона только гражданских: молодую женщину в верхней одежде, парня в форме курьера, пожилого мужчину, отправившегося, похоже, на прогулку. Все они оказались на улице уже после того, как в городе был объявлен комендантский час, и стали легкой добычей для хищника, которого на Марсе прежде не было и вроде как быть не могло.
Капитану несложно было определить, что это значит:
– Они не поверили, что угроза реальна.
– Вот что с гражданскими делает недостаток дисциплины, – закатила глаза Римильда.
– Полагаю, дело не только в этом. За последние дни на Марсе произошло слишком много: одна смена власти, другая…
– Местные не знают, кому верить, – подхватил Рале. – Они устали от тревоги, им кажется, что ими манипулируют…
– А в итоге они превращаются в рагу, – Киган указал на останки. – Они сами подставляются… Мы тут, конечно, всякого добра поубивали, но среди этих хищников нет таких, которые пробрались бы в защищенные квартиры. Если бы эти чудики забаррикадировались внутри, как им велели, остались бы живы!
Тут он был прав, но Лукия понимала, что вряд ли эти люди были особо мятежными. Нет, скорее всего, таких на Марсе сейчас хватает… Они испугались, когда началось восстание, но теперь им надоело бояться. Человек привыкает ко всему, да еще и быстро. Должно быть, они, прежде не знавшие забот, решили, что нужно просто продолжить жить как раньше, и все наладится само собой.
Эта нехитрая стратегия еще могла бы сработать, пока угрозу представляли только роботы и солдаты марсианской армии – они вряд ли стали бы стрелять в гражданских. Но теперь Новый Константинополь наполнился дикими животными, которые будут рады легкой добыче… Лукия не сомневалась, что ее команда сумеет очистить город. Она просто не была уверена, что это произойдет достаточно быстро.
– Мы должны выпустить дополнительное предупреждение, – объявила она. – Марс – развитая планета, здесь наверняка есть канал прямой связи, общее оповещение, которое нельзя проигнорировать.
Рале сориентировался мгновенно:
– Сделаем, как на Итойе?
– Да, примерно так. Витте, вы загрузили во внутреннюю память карту города?
– Конечно, капитан! Я же это… Я всегда! – засуетился киборг.
– Я поняла вас, Витте. Найдите ближайшую точку, где есть подходящее для наших целей оборудование.