— Жаль, — Лука раскрыл зажигалку, чтобы поджечь конец палочки, которую держал во рту. Он сделал несколько быстрых затяжек, выпустив дым через рот, прежде чем продолжить: – Мне как раз начало нравиться, что Ангел работает на меня.

Доминику пришлось сжать челюсть, чтобы сохранить спокойствие.

— Он лучший солдат, лучше, чем половина моих людей вместе взятых, знаешь ли. Кого я должен благодарить за это? — Лука сделал паузу, — Твоего отца... или тебя?

— Я не знаю. Ты мне скажешь? - спросил он сквозь стиснутые зубы, поскольку Лука знал так много из того, что происходило в доме Лучано.

— Сейчас это не имеет большого значения, — Лука пожал плечами, откинувшись назад и поудобнее устроившись в своем кожаном кресле.

Тепло, исходившее от Доминика, было почти таким же горячим, как кончик горящей сигареты Луки. Выбор между тем, чтобы позволить ему убить Ангела или покончить с будущим Катарины, не казался чем-то особенным.

Доминик посмотрел на Карузо ледяным взглядом, его голос был таким же смертоносным, как и взгляд: – Лука, ты забрал у меня всё. Ты забрал пятьдесят процентов нашей прибыли, моего брата, а теперь ты забираешь мою сестру. – Сделав паузу, Доминик решил предупредить младшего босса и напомнить ему, что он хоть и Лучано, но всё еще обладает властью. – Терять мне больше нечего.

— Поверь мне, Доминик, - Лука затянулся сигаретой, - всегда есть что терять.

Ты бы знал. Дому отчаянно хотелось сказать то, что он шептал в своей голове, но должен был держать эту карту в кармане. Поэтому он просто попытался образумить его. – Пожалуйста, Лука, Кэт невиновна во всем этом. Если ты разговаривал.с Кассиусом, то знаешь, каково ей было в детстве. Она заслуживает того, чтобы наконец-то быть свободной, и больше всего она заслуживает будущего.

— А что, если она выйдет замуж за Драго, это будет означать, что она не будет свободна или у нее не будет будущего? — Лука наклонился вперед в своем кресле, явно обидевшись.

Доминик свел брови вместе, недоумевая, какого черта ему нужно объяснять это: "Потому что ее заставляют выйти замуж за человека, которого она не хочет..."

— Катарина сказала тебе, что не хочет выходить за него замуж? - просто спросил Лука.

Подумав немного, Дом понял, что она не сказала ни слова. – Нет, но она не хотела...

— Конечно, она бы не хотела, - остановил его Лука, — в нашей жизни есть много вещей, которые нам приходится делать против желания, но мы делаем их ради семьи, Доминик, — сделав еще одну затяжку сигареты, он открыл Дому холодную, жестокую правду. – Она делает то же самое, что делает Ангел, находясь здесь с Карузо, и то же самое, что пришлось сделать тебе, когда ты согласился на условия.

— Нет, — Дом покачал головой. – Кэт не выбирала эту жизнь.

— А ты выбирал? — спросил Лука, подняв бровь.

— Я сказал "Омерта".

— Ты мог бы принести клятву, но какой выбор был у тебя? — Младший босс ссыпал пепел в хрустальную пепельницу. – Неужели ты думаешь, что пошел бы тем же путем, если бы Люцифер не был твоим отцом?

Ответ знал не только Доминик, но и Лука. Тем не менее, Дом продолжал бороться за свою сестру.

— Катарина лучше нас, лучше того, чем мы являемся. Она заслуживает счастливой жизни с прекрасным мужем, который покажет ей, какая она особенная, а не Драго.

Странного цвета глаза Луки сверкнули на него: – Ты знаешь, почему я выбрал Драго, Доминик?

— Я не знаю..., - сказал ему Дом, чувствуя себя так, словно он дошел до конца своей попытки спасти сестру. – Потому что это соответствует твоим больным планам? Люцифер почти убил его, поэтому ты выбрал его, зная, что он выберет Катарину, как только узнает, что она его дочь.

— Нет, - искренне ответил ему младший босс.

Да, верно. Насколько ему было известно, он попал в самую точку.

Доминик сидел, ожидая, как Лука собирается раскрутить это дерьмо. – Ну, тогда ты мне скажи, Лука.

— Знал ли я, что Драго выберет ее? Да, - ответил Лука без малейшего намека на раскаяние. Раздавив окурок сигареты в пепельнице, он посмотрел Доминику в глаза. "Но я выбрал Драго, потому что он не только верный, сильный и решительный, но и лучший из всех, кто у меня есть. Знаешь, почему Люциферу почти удалось убить его? Потому что он единственный человек, которому я доверил оставить Хлою на его попечение, и он получил пять пуль в грудь, чтобы попытаться спасти ее".

Во время его речи ярость Доминика немного смягчилась, когда он услышал, как Лука говорит об этом мужчине. Таким образом, он знал, что каждое слово, сказанное им о Драго, было правдой.

Лука продолжал: "Я не знаю лучшего человека, чем Драго, ни в Канзас-Сити, ни за его пределами... кроме одного".

Брови Доминика нахмурились при последней фразе, но прежде чем он успел спросить, кого Лука имел в виду, тот ответил.

— Тебя.

— Да ладно тебе, Лука, — Доминик в раздражении поднялся со своего места, не в силах больше оставаться в кресле, боясь, что Лука перепрыгнет через стол и задушит его, если они не отдалятся друг от друга. — Что ты делаешь? Пытаешься подмазаться ко мне? Сделай одолжение, раз уж ты все обо мне знаешь, давай прекратим это дерьмо и перестанем притворяться. Потому что, если ты собираешься продолжать в том же духе, я бы хотел хотя бы сохранить свое достоинство.

— Я не притворяюсь, Доминик, - сказала ему Лука, смертельно серьезно. – Я имел в виду то, что сказал.

— В чем заключается твоя игра, Лука? — Одарив его суровым взглядом, лесные глаза Дома искали ответы в сине-зеленых глубинах, чтобы понять смысл происходящего. Была причина, по которой он пустил все это в ход, когда у босса уже было все, что он только мог пожелать - город, деньги, трон, и Доминик на коленях, пытающийся спасти свою семью из-за отца, так что... – Чего ты хочешь?

— Ты прав. Я знаю о тебе все, Доминик... Я знаю, через что ты прошел в том доме, как тебя воспитывали, и на что ты способен, — Лука встал и медленно обошел стол. Он шагнул прямо перед Домиником. — Мы с тобой сожжем этот гребаный город дотла, если не найдем общий язык.

— Итак, - Доминик посмотрел на него странным взглядом, его сердце ускорилось, — что ты хочешь сказать?

— Мы работаем вместе, - просто сказал Лука, - и когда я заставлю отца уйти в отставку, мы будем управлять этим городом вместе... пятьдесят на пятьдесят.

Дом рассмеялся, но вдруг остановился. – Ты, блядь, серьезно, да?

Когда младший босс кивнул, он спросил:

– Почему?

— У меня есть свои причины. А теперь..., - это все, что Лука успел сказать, прежде чем протянул руку, — мы договорились... или нет?

Когда Дом смотрел на вытянутую руку бугимена, казалось, что из комнаты выкачали весь воздух. Всё вокруг стало казаться зловещим, а хрустальный шар, в котором он всегда видел свое будущее, сильно задрожал. Ветер начал меняться, и Доминик не только получил возможность решать, в какую сторону он дует, но и наконец-то смог выбрать свою собственную судьбу. Однако если он пожмет руку бугимену, это может оказаться хуже, чем пожать руку дьяволу, а это, по личному опыту, ни к чему хорошему не приводит. Затем, внезапно, Дом пришел к решению.

— Отмени свадьбу моей сестры, и мы это сделаем.

Лука лишь мгновение смотрел на него, затем повернулся.

– Нет.

— Ты сказал пятьдесят на пятьдесят, - припомнил Дом ему, размышляя, не следовало ли сначала пожать руку, прежде чем сражаться за сестру, но потом подумал, что нет, он поступил правильно. Никогда не заключай сделку, если не уверен в победе, или, по крайней мере, она должна быть справедливой. "И ты забрал у меня всё. Кэт - единственное, что я прошу вернуть. Мои прибыли и Ангела ты можешь оставить себе. Катарина тебе все равно не нужна".

— Нужна, — Лука сунул еще одну сигарету между губами. – То, что Катарина станет Карузо, гарантирует нашу сделку и то, что ты никогда не предашь меня.

Чертов больной ублюдок был не только умен, он был прав.