— Мистер Мельбурн, кажется вам повезло,– ухмыльнулся Родригес.– Полковник Баттист изъявил желание с вами побеседовать.
Когда меня вели через двор, я неожиданно увидел лопоухого матроса Голди. Он свободно шел и беседовал с одним из офицеров форта. Тот самый матрос, который вместе с товарищем подвергся на «Тайфуне» экзекуции несколько дней назад. Я тут же вспомнил, что он отправлялся с той двадцаткой стрелков, что мы ночью высаживали на восточном побережье.
— Эй, Голди! — окликнул я.
Но матрос сразу же отвернулся.
— Этот матрос присягнул нам,– кивнул капитан Родригес.
— Эта сука предала товарищей, никогда не доверяйте предателям, капитан…
Во дворе не только крутились солдаты. Местные на повозках подвозили столбы и доски.
— Что собрались строить? — спросил я.
— Виселицы, сэр.
— А для чего хворост под столбом?
— Сегодня мы должны предать огню одного из врагов.
— Что за варварские традиции! В каком веке вы живете, капитан?
Но Родригес промолчал и завел меня в серое здание. Мы оказались в большом зале на первом этаже. В кресле сидел полковник Баттист. Он выглядел расстроенным и обозленным. За его спиной стоял комендант Хуан. Напротив сидела бледная леди Гамильтон. Как только девушка увидела меня, она сразу подскочила.
— Леди,– грозно произнес полковник.– Прошу, сидите на месте!
Элизабет кивнула и вернулась на прежнее место.
Меня подвели к этой троице и полковник с грустью произнес:
— Вы обманули мое доверие, мистер Мельбурн.
— Я вам ничего не обещал.
— Хорошо, об этом чуть позже… вы подтверждаете, что присутствующая здесь леди Элизабет Гамильтон, является племянницей британского премьер-министра, графа Гамильтона-Абердина?
— Похоже вы и без меня все знаете. Я видел предателя Голди во дворе.
— Матросы люди военные и вынуждены подчиняться приказам. Пока только Голди согласился служить нашей Республике, но думаю, вскоре согласится не менее четверти вашего экипажа. Особенно после того, как мы казним ваших офицеров…
— Не делайте этого, полковник. Проявите благоразумие. Месть Британии будет поистине ужасающей… Королевский Флот не оставит от этого острова даже камня.
— Я еще раз повторюсь, виконт. Мы не боимся смерти. Если нужно, мы умрем как мужчины, с оружием в руках…
— Ради чего?
— Ради Великой Идеи. Разве этого мало? Мы освобождаем угнетенный африканский народ от британских захватчиков. Пусть не они сами, но их дети будут дышать воздухом свободы. Станут независимыми.
— Государства и страны это сообщающиеся сосуды. Нельзя стать полностью независимым не в ущерб своей экономике. Это правило будет и через сто лет, и через сто пятьдесят. Разве вы не видели в Африке английских миссионеров, которые помогают обучать детей, открывают школы… на рудники завозят новое оборудование, строят дороги и дома…
— Не лгите, виконт. Вы просто истощаете Африканский континент. Если бы не отменили рабство — до сих пор бы вывозили людей на продажу. Я считаю Центр Мира вовсе не в Восточной Европе, как считают политики, а именно здесь, в Западной и Центральной Африке. Мы даже не знаем, какие богатства таит в себе этот древний континент.
— Полковник, ответьте только на один вопрос. Откуда у вас «Монитор»?
— У нас еще приготовлено много сюрпризов для Британского Флота. Если вы и в самом деле задумаете нагрянуть на Биоко. Но я позвал вас сейчас насладиться трагедией в духе Шекспира.
Полковник немного помолчал и продолжил.
— Наш комендант Хуан уже третий год вдовец. А между тем он мужчина видный и любвеобильный. К тому же ему безумно понравилась леди Гамильтон.
Комендант похотливо взглянул на девушку. Элизабет вздрогнула и тут же прошептала:
— Нет…
— Леди, если согласитесь выйти замуж за коменданта, я помилую одного из ваших офицеров. Подарю ему жизнь.
— Но я помолвлена… мой жених герцог Александр Краусс.
— Берк, приведи герцога,– кивнул полковник здоровенному негру.
Темнокожий охранник кивнул и тут же вышел в боковую дверь.
Глава 14
Полковник Баттист улыбнулся и с нежностью взглянул на леди Гамильтон.
— Мисс, все же присмотритесь к Хуану. Поверьте, за его неказистой внешностью скрывается робкая и пылкая душа… он благородный человек.
— Я помолвлена…– чуть слышно прошептала графиня и с надеждой взглянула на меня.
Хуан Санчос сладострастно улыбался и сжимал в руке белоснежный платочек. Он слегка раскраснелся и даже повеселел.
— Пусть хоть кто-то на этом острове будет счастлив…– болезненно улыбнулся полковник. Кожа на его лице все же отдавала болезненной желтизной.
— Полковник, у вас наверняка прогрессирует желчекаменная болезнь, — произнес я.– Постарайтесь не есть жаренного, больше налегайте на растительную пищу. И поменьше злитесь.
— Вы еще и лекарь?
— Немного. В том числе я изучал психосоматику. Состояние печени зависит не только о питания, но и от внутреннего состояния агрессии.
— Оставьте свои философские суждения при себе. Никто из нас не знает, когда придет последний час…
Негр привел в зал избитого и растрепанного герцога.
— Его нашли в зарослях у берега, два часа назад,– произнес полковник.– Трусливо прятался в кустах, как последняя шлюха.
Над герцогом уже изрядно поработали. Один глаз заплыл, на щеке светился огромный синяк, челюсть распухла. Волосы были в комьях грязи, камзол разорван, один рукав и вовсе оторван. Сейчас герцог Краусс вовсе не напоминал тактика и командира, коим являлся всего несколько часов назад.
Полковник кивнул капитану Родригесу. Тот подошел сзади и обхватив герцога за волосы, ударил ногой по икроножной.
— На колени, червь!
Герцог попытался дернуться, но тут же получил мощный удар по ногам. Он охнул и встал на колени, слегка опустив голову.
— Надо же,– улыбнулся полковник.– Помощник Военного министра Британии стоит перед мной на коленях…
Леди Гамильтон зажмурилась и отвернулась.
— Смотрите, графиня! — заорал полковник.– И слушайте, что он говорит! Ну!
— Я… отрекаюсь от вас… леди Гамильтон…– прошептал герцог.
— Громче! — заорал полковник.
— Я отрекаюсь от вас, леди Гамильтон! Прошу нашу помолвку считать недействительной…
— Вы слышали, леди… теперь вас ничего не обязывает перед этим молодым человеком…
Герцог поднял голову. На его глазах я увидел слезы. Он быстро взглянул на леди Гамильтон и тут же отвел взгляд.
— Герцог, вы готовы присягнуть на верность Новой Африканской Республике и сохранить свою жизнь?
Краусс молчал.
Полковник кивнул негру:
— Хорошо, Берк, отведи герцога назад, в гостевую комнату! Позже мы еще побеседуем.
Когда герцога увели, к Элизабет медленно подошел комендант Хуан и протянул руку.
— Пойдемте со мной, леди Гамильтон… это всяко лучше, чем сидеть в холодной камере… у меня в комнате вино и угощение…
— Не прикасайся ко мне! — вскрикнула Элизабет.
Но толстяк грубо схватил девушку за руку.
— Остынь, Хуан! — приказал полковник.– Всему свое время… ты получишь свой приз, но только после небольшого задания…
— Я с радостью исполню любое задание, полковник Баттист! — комендант дотронулся жирными, как сардельки, пальцами до губ и послал графине воздушный поцелуй.– М-м-м, какой персик!
— Прояви немного выдержки, мой друг…– усмехнулся полковник.
В зал вернулся темнокожий Берк и встал у двери.
— Капитан Родригес, отведите леди! Прошу сейчас всех удалится. Пусть в зале останется только Берк и виконт Мельбурн!
Когда остальные вышли, полковник сурово взглянул на меня:
— А теперь, мистер Мельбурн, давайте поговорим о более серьезных вещах… вы все еще хотите вернуть свои фрегаты и вызволить пленных?
— Да, конечно хочу.
— А вы наглец. Ну что же… любая война рано или поздно заканчивается переговорами. Теперь цена ваших людей и кораблей четыре миллионов фунтов. И срок я вам даю всего четыре дня.