Но после того, как Маргариту похитили, всё изменилось. А вернее, всё изменилось после того, как Юрий Зубов спас ей жизнь, одной сырой энергией, полностью исцелив от смертельного ранения.
Маргарита вышла из пещеры. На улице её ждало сопровождение, в которое, отец назначил пятерых сильнейших воинов Рода. Плюс её подарок от отца — маленький Барсик. Она его так и назвала. «Милый котенок барс», которого привязали к Маргарите обрядом крови, и который всегда знал, где его хозяйка.
Маргарита взяла Барсика из рук одного война. Котёнок сразу же забрался на плечо и обняв хозяйку лапками, уткнулся носом в её шею. Маргарита улыбнулась и погладила котенка. Раздумывая о себе и Зубове, она решила прогуляться по горе Туугум и подняться на обзорную площадку. Там обычно полно туристов, но сейчас она была закрыта. Потому что на другой стороне горы открылся разлом, который должен был закрыть граф Зубов.
— Илья Валентинович, — Маргарита обратилась к старшему из воинов, — а вы не знаете, граф Зубов уже приехал?
Маргарита и сама не знала, почему она вдруг решила это спросить. Минуту назад она ещё не думала об этом, но вспомнив о разломе, сразу же связала его и Зубова.
— Да, госпожа. Наши ездили его встречать рано утром. Должно быть, они уже у разлома, — кивнул уже не молодой, усатый воин.
— О как. Хорошо, — Маргарита попыталась скрыть нарастающую улыбку.
Мысли Маргариты спутались. Необъяснимое чувство звало её идти к Зубову, идти к разлому. Совсем недавно она доверилась этому чувству и поверила своему сну. И после этого, спасла Зубова от хаотического мира. Сейчас это чувство было точно таким же отчетливым, хоть она и не ощущала никакой опасности для графа Зубова.
* * *
Я выставляю Нарезатель и начинаю вбирать энергию разлома, не боясь, что он схлопнется и заденет людей, потому что мои эльфы поставили надёжный купол.
Огромная тварь рвёт и мечет, но ничего не видит перед собой. Она врезается в борта купола и рычит. Затем, бьёт по нему хвостом. Даже моим эльфам долго не удержать такую мощь. Я уже вижу, как от ударов волны энергии расходятся по куполу, как по водной глади. Купол периодически мерцает. Теперь, на его удержание, Эльфы затратят слишком много сил. Мне нужно торопиться.
Я не могу медленно и размеренно закрыть разлом, иначе тварь пробьёт купол и поубивает людей. Я тороплюсь, чётко понимая, что будет взрыв. Нельзя закрывать разломы так быстро, тем более, таких огромных размеров, но выбора у меня нет.
Я справляюсь за четыре минуты.
В последнее мгновение, кидаю взгляд на эльфов, изо всех сил удерживающих купол. Хочу крикнуть им, что сейчас будет самое тяжёлое, но не успеваю.
Мощнейший хлопок откидывает так сильно, словно десяток ударов щупалец Эмиля вместе взятые, обрушиваются на меня в одну секунду. Я пролетаю расстояние, сравнимое с футбольным полем и ударяюсь о противоположный край купола.
Открываю глаза через несколько секунд. В глазах темнота, всё плывёт. Я пытаюсь побыстрее прийти в себя, чтобы понять, не пострадали ли люди.
Озираюсь по сторонам. Купола больше нет. Тварь лежит на земле. Эльфы тоже лежат на земле без сил. По всей видимости, ударную волну они удержали и люди не пострадали. Отлично.
Всё кончено?
О, нет.
Тварь рычит и снова встаёт.
Да как тебя убить то, ты, уродина⁈
Действовать нужно быстро. Но какой план? Думай, Зубов, думай! На тебя весь мир полагается, а ты не можешь придумать, как убить какого-то недодракона⁈
Придумал! Моя главная сила открывать и закрывать разломы! И чего я раньше до этого не додумался?
Я подбегаю ближе к твари, которая только-только встала на ноги и выставляю перед собой Нарезатель. Я чётко представляю разлом в её пасти. А она, как раз, сейчас рычит. Вот ты и попалась, паскуда.
Маленький разломчик появляется в её пасти и с дикой скоростью начинает засасывать её изнутри. Я вижу, как отрывается язык, вырываются зубы. Глаза летят туда же. Внутренние органы, смешавшись в жидкую кашу, вместе с костями высасываются из тела. Тварь падает и уже не может издать ни звука.
Я смотрю на эту картину и просто жду, тяжело дыша. В конце концов остаётся только шкура, которая режется о края разлома, который оказывается уже на земле, и засасывает в себя всю оставшуюся тушу по частям.
Это было мега эпично.
Я быстро, в секунду закрываю столь полезный разломчик и направляюсь к моим Эльфам. Вот теперь, здесь точно, всё кончено. Дальше они сами о себе позаботятся. Летим на Алтай.
Горно-Алтайск, встречает нас рассветом и пасмурной погодой. Дождя ещё нет, но он вот-вот намечается. Мы приземляемся на берегу озера Ая. Тут нас уже встречает колонна машин. Граф Волконский заранее подготовился. Сначала нас отвозят в бани и там же накрывают стол.
Времени на праздник живота совсем нет, поэтому мы кушаем в темпе, а затем, быстро грузимся по машинам и отправляемся к разлому. А вернее, к разломам.
Тот старый разлом, о котором говорил Долгоруков, осложняется тем, что рядом с ним, с другой стороны горы Туугай, открылся ещё один. Небольшой, но точно также, как первый, убивающий саму жизнь вокруг себя и исторгающий тварей изнанки. Тех самых шакалов, которые были в моем первом разломе в Москве.
На месте разлома нас уже ждёт сам граф Волконский и его люди. Десять вооружённых человек стоят за его спиной. Граф Волконский производит на меня впечатление воина, а вовсе не бизнесмена, которым я представлял его ранее. Это коренастый мужчина с мощными плечами, короткой стрижкой и очень внимательным взглядом. Он словно смотрит в прицел.
У его ног сидит белоснежный барс. Крупный хищник, со взглядом, чем-то отдалённо похожим на взгляд самого Волконского. Такой же внимательный, оценивающий. Барс без ошейника или поводка. Зверь откровенно говоря опасный, но и мы тут не просты.
Это доказывает, появившаяся у моих ног Сехмет. Она эффектно появляется в моей тени, призрачно мерцая в рассветных лучах алтайского солнца. Когда мы подходим ближе к Волконскому, она резко берёт у меня энергию и становится материальной.
Кажется, я никогда к этому не привыкну. Хоть в моём источнике всё больше и больше энергии, но Сехмет каждый раз рывком забирает у меня ровно треть. Всегда так резко, что я каждый раз чувствую слабость в ногах.
— Ваше Сиятельство, — Волконский делает короткий поклон и я отвечаю ему тем же, — рад, что Вы уделили нам время. Знаю, что у Вас сейчас очень много работы. Если хотите, можете отдохнуть у нас денёк. Мы способны удержать купол и прорыв тварей, — вежливо предлагает граф.
— Приветствую, граф, — я протягиваю ему руку и он пожимает её, — всё нормально, мы готовы приступить сразу же. Спасибо за радушный приём, —
Тем временем, пока мы разговариваем с Волконским, Сехмет внимательно посмотрев на барса, обходит его и графа по кругу. Она уходит в сторону горы, демонстрируя барсу свою независимость. Барс же, продолжает внимательно за ней следить.
— Не будем откладывать, — продолжаю я, — отдохнуть можно позже. У меня дома тоже сейчас много дел.
— Как скажете, Граф. Я ещё раз хочу лично поблагодарить Вас за спасение моей дочери, — Волконский ещё раз жмёт мою руку и благодарно улыбается, — мой дом навсегда перед Вами в долгу.
— Любой на моем месте поступил бы также. Я уверен, что и Вы сами, Ваше Сиятельство, поступили бы также. Тем не менее, хочу отметить, Ваша дочь очень хорошо и храбро держалась. Вы ничего мне не должны граф, — он наконец отпускает мою руку, — давайте приступим к нашей основной задаче на сегодня? Закроем эти разломы.
— Да, как скажете, Граф, — он поворачивается к своим людям, — Андрей, предупреди наших, что мы поднимаемся на гору.
Боец, названный Андреем, что-то говорит в рацию и ведёт нас к подножию. Мы все вместе поднимаемся по тропе на гору.
Вид на разлом открывается внезапно. Он висит прямо в воздухе. Вокруг него, радиусом метров в восемь, красная безжизненная зона. Она накрыта куполом и только поэтому не распространяется дальше.