Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Владимир Шмаков

Закон синархии и учение о двойственной иерархии монад и множеств

«Legum servi esse debemus, at liberi esse possimus».

Cicero

Все права зарезервированы, включая право на полное или частичное воспроизведение в какой бы то ни было форме.

© ООО Книжное издательство «София», 2016

Тетрадь первая

Философия есть наука принципов и первопричин.

Аристотель

§ 1. Закон синархии, eго раскрытие в органическом строении космоса. Понятие об иерархии

В основе эзотерического миросозерцания лежит закон синархии [1]. Его бесконечно глубокое содержание чрезвычайно трудно выразить в системе слов и понятий, ибо оно по своей природе лежит выше области действия познавательных и изобразительных способностей интеллекта. Вполне понять разумом закон синархии – значит не только усвоить все целостное содержание начала разума, но и исчерпывающим образом воспринять интеллигибельный облик мироздания. Достижение этого идеала может быть лишь конечной целью всей эзотерической школы, к которой она должна неуклонно стремиться во всех своих начинаниях. Если бы этот идеал раскрывался лишь в самом конце пути развития, то он не имел бы никакого реального жизненного значения и являлся бы лишь отвлеченной эмблемой. Но всякий реально существующий идеал, в противоположность вымышленным девизам, оказывает свои воздействия на всем пути приближения к нему.

Стремясь к истине, человек предвосхищает основные ее веяния уже с самых первых к ней устремлений. Так и в данном случае, хотя мы и бесконечно далеки от целостного восприятия законов синархии, но все же можем твердо установить, что к его истинному содержанию можно приближаться лишь через углубление и органическое воссоединение ряда определенных идей. Всякий принцип таит в себе бесконечное содержание, ибо он объемлет в своих тональностях все космическое многообразие в некотором индивидуальном единстве, но в то же время может быть выражен в конечной совокупности слов. Такое выражение нисколько не претендует быть адекватным с действительным содержанием принципа, ибо оно является лишь символом, но именно в этой символичности вся цель его и оправдание.

Природа символа глубоко антиномична. С одной стороны, он образован из элементов феноменального мира, а с другой – он причастен к ноуменальному. Символ есть брешь в оковах тварности, через которую тварь получает возможность соприкасаться с вечным и необусловленным. Символ как бы дает точку опоры идеальному в области относительного и тем раскрывает относительную свободу видеть идеальное и к нему тяготеть. Эзотерическая традиция может дать человеку, как выражение закона синархии, только ряд символов интеллигибельного порядка, но этим она раскрывает путь к такому глубокому внедрению сознания в этот корень космического бытия, на какое только оно способно.

Закон синархии есть данность – но данность не субъективная, а безусловная и общемировая, хотя и служит первоверховным принципом всего бытия нашего сознания, – и в то же время он является императивом, привходящим в сознание извне.

Закон синархии есть не только основной закон мира, но и самая его сущность, смысл и оправдание, он есть одновременно и цель, и механизм всего бытия. Поэтому познание закона синархии есть также и конечная цель всей эволюции человека на пути разума, и его собственное содержание. Как все великое и истинное, закон синархии весьма прост, но именно благодаря этому все величие и бесконечность его содержания могут быть хоть сколько-нибудь восприняты лишь путем долгого эволютивного подхода. Последовательно изучая одни его аспекты за другими, человек может постепенно асимптотически приближаться к этому океану идей и воспринимать в своем сознании все яснее и ярче его целостный отблеск.

Европейская философия знает формулу: «Мир есть органическое целое», – это и есть простейшее выражение закона синархии. Однако оно крайне ограничивает и обедняет его содержание, ибо стремится утвердить лишь ту частную идею, что видимое многообразие вселенной есть раскрытие некоторого Высшего Единства, синтетически объединяющего все бесчисленные единичные виды и формы проявления. В одностороннем утверждении эта идея претворяется в провозглашение формулы: «Deus sive Nature», т. е. в понимание космоса как системы субстанции и ее атрибутов пантеизма Спинозы. Органическое мировоззрение [2] устраняет эту сектантскую односторонность, вводя идею Абсолюта, Который по сущности своего бытия надмирен, но раскрывается в мире как субстанция [3].

Собственная Его Природа определяется антиномией «Нирвана – Проявление», т. е. утверждается, что Абсолют одновременно имманентен и трансцендентен миру [4].

Раскрытие Абсолюта происходит сначала в идеальном мире, а затем Его ноумены, в свою очередь, раскрываются в единичных явлениях феноменального мира как субстанция второго разряда.

Не подлежит сомнению, что все эти идеи возникли в европейской философии в связи с быстро растущим в наши дни интересом к еще недавно, казалось, окончательно позабытой религиозно-мистической литературе и Востоку вообще. Только в самое последнее время эти доктрины начали получать формулировку, отвечающую требованиям европейской философской мысли, и благодаря этому стали занимать уже важное в ней место. Однако нельзя отрицать, что на европейской почве эти идеи еще далеко не достигли целостности, слитности и гармонической сопряженности, т. е. еще далеко не вылились в законченную систему. Если истинное эзотерическое учение есть нечто стройное и законченное, как кристалл, то современная европейская мысль успела усвоить только отдельные и весьма разрозненные его звенья. Сложная система идей, выражающая гармоническое строение космоса в эзотеризме, объединяется в первоверховном законе его бытия – в законе синархии.

Наиболее легким для восприятия его выражением будет следующее: закон синархии есть закон иерархического строения космоса. Мировое многообразие не есть простая периферия Абсолюта (Брахмана), раскрывающегося в субстанции (Браме, Божестве Творящем – по эзотерической терминологии [5]), а стройный организм, где отдельные формы расположены по закону бесконечно углубляющегося синтеза. В этом определении неразрывно объединены две основные доктрины эзотеризма:

1) мир есть организм, т. е. нечто единое и целое, и

2) мир есть организм, а потому отдельные части его расположены по закону возрастания типов, т. е. по закону иерархии.

Глубокое понимание этих идей и неразрывную сопряженность мы встречаем уже у Плотина [6]. Подобно тому как наши члены суть части нашего тела, мы сами являемся частями вселенной. Вещи созданы одни для других. Все полно сигналов, и мудрый может выводить одну вещь из другой… Все соподчинено во вселенной (συνταξις μια) [7]. Все вещи взаимно зависят друг от друга. Все согласуется в единой цели (συμπνοια μια) [8], и не только в каждом существе, в котором части совершенно объединены вместе, но и в более высокой степени – во вселенной.

Необходим единый принцип, чтобы сделать единым это множественное существо, чтобы сделать из него единый и всемирный организм [9]. Как в человеческом теле каждый орган имеет свою собственную функцию, точно так же и во вселенной каждое из существ имеет особое назначение. Благодаря этому они не только образуют части вселенной, но и сами по себе являются вселенными, обладающими самобытным значением [10].

вернуться

1

С филологической стороны термин синархия нельзя признать вполне удачным. Выражая буквально лишь соуправление – σιναρχια, – синархия обыкновенно понималась лишь в политическом аспекте. Сент-Ив д'Альвейдр («Mission des Souverains», «Mission des Juifs», «Mission des Ouvriers», etc.) дал «синархии» смысл обратный «анархии» («…j'ai donne a cet organisme le nom de Synarchie qui signifie: avec principes. Ce nom est exactement le comtraire de celui d'Anarchie, sans principes…»), т. е. стал понимать ее как иерархический закон государственно-социально-политико-культурно-общественного совершенного организма человечества на всем пути его истории. Не желая выдумывать какое-нибудь варварское слово, я взял этот термин, но со своей стороны приписываю ему более глубокое содержание, которое и будет мною пояснено.

вернуться

2

Прекрасное изложение этого мировоззрения см.: Н. Лосский. «Мир как органическое целое». Москва, 1917.

вернуться

3

Н. Лосский. «Мир как органическое целое». Москва, 1917, глава V. Абсолютное. С. 56–71.

вернуться

4

Этим проблемам в значительной мере посвящена весьма ценная книга: Сергий Булгаков. «Свет невечерний. Созерцания и умозрения». Сергиев Посад, 1917.

вернуться

5

См. мою работу «Священная Книга Тота. Великие Арканы Таро». MCMXVI, с. 63–71, 452–453.

вернуться

6

Plotin. Enneades. 3, 7.

вернуться

7

Te же идеи см. у Сенеки («Естественные вопросы», II, 32) и у Лейбница («Monadologie», § 56): «Cette liaison ou cet accomodement de toutes les choses crees chacune a chacune, et de chacune avec toutes les autres, fait qui chaque substance simple a des rapports qui cypriment toutes les autres, et qu'elle est par consequent un miroire vivant perpetuel de 1'Univers».

вернуться

8

См. Enn. IV, 4, 35. Диоген Лаэртий (VII, 140) приписывает эти идеи стоикам: ηνωχφαι αυτον′ (τον κοσμο′ν) τοuτο γάς αναγκάζεσθαι την των ουρανιων προς τα επιγεια συμπνοιαν και δυστονιαν.

вернуться

9

Иегуда Галеви в своем «Кузари» проводит ту же мысль, по-видимому, в связи с учением великого неоплатоника: «Сефер Иецира объясняет существование Единого Бога, показывая нам в области многообразия и множественности присутствие единства и гармонии, ибо такая целостность не может произойти иначе, как от одного повелителя». Абулхассан Иегуда бен Самуэль Галеви (Ибн Аллеви) – блестящий представитель европейского просвещения в Испании (род. в 1086 г., дата смерти неизвестна). Знаменитое «Кузари» было написано Галеви на арабском языке и переведено на еврейский Иегудой бен Тибоном, на испанский – рабби Иаковом Абенданой. Последний перевод наиболее известен. «Кузари» (вернее «Хозари») написано в форме диалога между царем Кузаром и ученым евреем-философом, который и убеждает царя отвергнуть заблуждение идолопоклонства. Испанский соответствующий текст в переводе Абенды гласит так: «Ens ena la deydad у la anidad рог cosas que son varies у multiplicadas рог una parte, pero por otra parte, son unidas, у concordantes, у su union procede del uno que los ordena». Кузари, Disc. 4, 8, 25.

вернуться

10

См. Enn. 4, 32; Лейбниц, «Монадология», 51.

1
{"b":"893126","o":1}