в первом варианте мы сами хотим управлять процессом, а во втором желаем, чтобы объект сам самоуправлялся без нашего вмешательства, но в нужном нам режиме типа автопилота или обученного объекта. Для всего это, во-первых, нужно четко обозначить цель, которую хочется достичь.

— А вдруг мне захочется много целей?

— Конечно желать ты можешь многого, только проще достичь всего этого расставив эти желания по приоритетам важности и постепенно достичь того, чего хочешь. Сразу же будет очень сложно стремиться попасть например в мои палаты и очутиться в лесу на завалинке. А поочередно это вполне достижимо. Ладно, после того как разобрался с приоритетами, оцени реальное положение своих дел на данный момент и если возьмешь весь список целей и оценку текущего состояния, то, вполне возможно у тебя появится новый список ошибок управления, где что-то почему-то не стыкуется. Если же список ошибок равен нулю, то ты создашь идеальное управление по которому ты можешь реально достичь поставленной цели. Такое случается крайне редко т. к. всегда находится степень неудовлетворенности, которую нужно в процессе управления учитывать и компенсировать по ходу событий.

— Вообщем, как я понял, нужно выбрать главную цель, оценить реальное положение и учесть степень расхождения. А дальше что?

— Дальше этот план тебе нужно притворять в жизнь учитывая совокупность некоторых факторов.

— Это еще каких?

— 1- состояние объекта управления. Например: могу ли я управлять автомобилем? 2-собственное состояние автомобиля. 3-состояние соседних взаимодействующих автомобилей, 4-состояние окружающей среды: ливень идет или гололед на дороге, 5-состояние управляющей структуры: болен я или выпил немного вина, 6-указания или ограничения более высших структур управления: это все знаки которые стоят у дороги и блюстители порядка и наконец, 7-методология т. е. «линия партии» и личная совесть

— Обалдеть, и все это я должен учитывать?

— Конечно. Любой человек может одновременно отслеживать 7–8 процессов. А если он не может отследить все выше указанное, то он не сможет грамотно управлять — князь Владимир сейчас мне напоминал великого Цезаря, который мог выполнять кучу дел одновременно.

— Ну а потом переходи к самому управлению, которое может быть структурное, по принципу «начальник-подчиненный» и бесструктурный в виде намеков, слухов, той же рекламы и т. п. Естественно, что эти два способа можно комбинировать.

— О, бесструктурным управлением через рекламу у нас все средства массовой информации забиты. Куда не плюнь- везде это управление. Да и слухи постоянно то цены взлетят, то жди очередного катаклизма- вот и скупают всякую ерунду. Складывается впечатление, что не президент страной управляет, а торговые компании и банки.

— Так с этим у вас полный порядок, да и не только у вас. У каждого лидера существуют советники, которые черпают нужную информацию у различных авторитетов обычно на отдыхе в местах непринужденной обстановки. А вот откуда у таких авторитетов взялась эта информация?

— Скорее всего, им ее кто-то приносит — ничего логичней я не придумал.

— Существует целая сеть или цепочка опекунов таких авторитетов, которая выстраивается из десяти-четырнадцати звеньев, чтобы через них внедрить нужную информацию из кланов носителей определенной концепции.

— Тогда эти кланы и управляют лидером, а кто эти авторитеты?

— Да их полно, но существуют несколько самых главных и один из них жена лидера, которая всегда под боком. Если ты думаешь, что государствами правят цари, то ты заблуждаешься, т. к. любым мужчиной легко может управлять женщина. Здесь лишь все упирается в психологию личного доверия, хотя для любого мужчины его женщина бессознательно ассоциируется с его же матерью. Ну а дальше лишь вопрос техники одурачивания.

— По-моему, у нас таких способов обработки сознания полным полно и если уж не через авторитетов, так через технику уже можно влиять на поведение человека, который постепенно перестает сопротивляться и становится типа зомби.

— А чему тут удивляться?! Как говорится, что на вверху, то внизу.

— Это как понимать? — выражение мне это было уже знакомо, но совершенно не понятно какое отношение оно имеет к нашей политике.

— Вот ты сколько знаешь элементов власти в вашем обществе?

— Ну законы у нас придумывает дума и президент, дальше суды следят за соблюдением их в обществе а ещё всякие менты и фсбэшники, которые ловят провинившихся.

— То есть получается три: законодательная, судебная и исполнительная. Это все, что есть в вашей стране.

— А этого мало?

— Здесь дело в другом. Скажи мне как ты себе представляешь, каким образом люди придумывают законы. Им что они снятся или как пророкам свыше приходят?

— Гипотетически им народ все рассказывать должен, что его беспокоит, отчего и должна проходить государственная коррекция. Только при нашей жизни вряд ли какого депутата ближе, чем по телевизору этот народ и видел…

— Тогда получается есть какая-то верхняя власть, которая навевает, но открытым текстом не предлагает эти законы?

— Получается так, а какая?

— Да этого существует идеологическая власть, которая решает каким путем страну вести будем: капиталистическим, социалистическим или другическим.

— А она с чего решает?

— Она слушает концептуальную власть, которая распознает все факторы, воздействующие на общество и к каждому из них формирует вектор целей и концепции достижения этих целей. Ну а дальше уже крепятся флаги и вешаются транспаранты, за ними пишутся законы, ловятся правонарушители и судятся по закону мирового пролетариата.

— Ага, а пролетариата здесь и близко нет.

— А когда он там был? — поинтересовался князь.

— Ну тогда как же вся демократия со своей свободой слова.

— Так все с ней в порядке если знать смысл слова «демос»-это свободный народ Греции, который имел у себя в пользовании рабов и «охлос», а вот они то никакого голоса и не имели. Чем по-твоему отличается их раб, от вашего рабочего?

— Да ничем.

— Ошибаешься. В те времена любой рабовладелец своему рабу предоставлял жилье, одежду и еду, а вашему рабочему предоставляется только банковские бумажки, на которые у всех сохраняется иллюзия все это себе приобрести. Именно экономисты теперь у руля страны, хотя они рулят ориентируясь по уже вывешенным дорожным знакам. Если уж разобраться то клещи- экономисты высасывают все, а сами не дают ничего.

— Да, они за бабки могут всё себе позволить.

— А что такое деньги?

— Насколько я помню, на советском рубле было написано, что рубль является эквивалентом какого-то количества золота, которое по желанию можно пойти и взять в любом банке.

— Получается доверительный документ на драгоценный металл… — уточнил князь, — хотя ты у себя в банке можешь обменять деньги не золото?

— Конечно нет! Их столько напечатали что уже деревьев на бумагу не хватает, а не то что золота. Деньги на пластиковые карточки с цифровым счетом в банке уже переводят. — я вспомнил о своей карточке сбербанка.

— Значит драгоценный металл остался у банкиров, а тот кто его туда отдал остался с куском пластика?

— Не совсем, у нас существует наука под названием экономика, которая перевела рыночные возможности золота на более простой эквивалент, без потери самого золота. — Сейчас настал моя очередь блеснуть знанием — насколько я помню, зарождаться экономика начала очень давно. Еще в первобытном обществе было объединение труда. Конечно законов еще не было, хотя все знали систему табу. Получалось, что общиной управлял вождь и направлял шаман. Границы общины заканчивались там, где утрачивалось это управление. Так между общинами стали складываться открытого вооруженного грабежа или торгово-рыночные по типу взаимообмена различного товара. Тогда же стали появляться первые зачатки денег в виде ракушек, драгоценных камней, золота. Баланс цен или стоимость при взаимном продуктообмене основывалась на балансе взаимных интересов и возможности обобрать ближнего, сохраняя свою выгоду. Свободные торговые отношения постепенно переходят под контроль местной знати, а затем государства. Стали появляться первые деньги из драг металлов, а затем, когда их стало накапливаться в частных руках много, то появились предпосылки создания частных банков. Они выполняли за определенный процент хранение драгоценностей, а владельцу выдавали расписку о подлинности вложения. Впоследствии торговцам стало проще расплачиваться этими расписками, чем реальным золотом. С этого момента весь рынок теперь управляется бесструктурным методом структурами ценообразования. Именно они решают, какова будет цена за тот или иной продукт.