— Добро! Думаю, не надо напоминать, как себя вести? — оглядываю командиров, — Мне нужен этот квартал целый, желательно сохранить в живых слуг и прочих работников. Людей в хороших доспехах лучше берите в плен. Надо будет потом расспросить, где они спрятали свои деньги.
— Алтан, я всё равно не понимаю твоей настойчивости. Зачем лезть именно в эту укреплённую часть города? — Карча выразил общее сомнение, на правах самого близкого ко мне человека.
Тут ко мне подоспела помощь, откуда её никто не ждал. Группа потрёпанных, но очень бодрых туркмен вывалилась из соседнего проулка. Увидев нас, они сначала приготовились биться, но быстро узнали своих.
— А вы чего здесь, братья кипчаки? Ведь цитадель в другой стороне. Это мы заплутали, погнавшись за одним излишне дерзким отрядом.
— Кровники у нас здесь, — спокойно отвечаю воину в хороших доспехах, — Народ сейчас ослеплён жаждой битвы и рубит всех подряд. А нам надо достать несколько человек в живом виде, а не кусками.
— Га-га, — заржал туркмен и был поддержан своими воинами, — Ты настоящий йырав, Алтан! Даже в бою говоришь стихами, как наши героические предки. Удачи, вам! А мы сегодня разбогатеем! Ибо видит Аллах, что мои воины этого заслужили!
Толпа туркмен воодушевлённо заорала, выразив своё согласие с командиром. Проводив взглядом беснующихся воинов, поворачиваюсь к своим парням.
— Видите? — машу рукой в сторону уходящих туркмен, — Всё воинство дружно ринулось на штурм цитадели. И поверьте, они её возьмут. Только ценой большой крови, если наш сардар вовремя не охладит самые горячие головы. В любом случае, хорезмийцы потеряют два дня, не меньше, прежде чем сломят оборону. А что в это время будем делать мы?
Бурче с трудом сдержал усмешку и какую-нибудь колкость, уж больно забавно было смотреть на парней, чьи лица выражали усиленную работу мозга. Дядя, кстати, прекрасно знал о моём плане и полностью его поддерживал.
— Мы захватим квартал купцов и мастеров, — первым ответил Дундук, принимавший участие в штурме, — Наша задача захватить живыми как можно больше мастеров, не ломать различные приспособления и ничего не жечь. Но, Алтан! Как быть с золотом, специями и дорогими тканями? Ведь они собраны в цитадели, и вся добыча достанется туркменам и другим воинам.
Народ возмущённо загалдел, соглашаясь с шаманом, что это несправедливо и не по-пацански.
— Войску Тимура не достанется ничего. Может, только хорошие доспехи убитых воинов и продовольствие. Неужели вы думаете, что Чормаган оставил в крепости хоть какие-то ценности? Он же не полный дурак, — судя по смущённым лицам, братва именно так и считала, — В результате, сардар возьмёт цитадель ценой неимоверных усилий. А вот далее воинов ждёт жестокое разочарование. Думаю, свою злобу они выплеснут на несчастных горожан. Заодно сожгут и разрушат часть города. А что в это время будем делать мы?
Народ снова изобразил мыслительный процесс. Но в этот раз желающих ответить не нашлось.
— Мы захватим самый богатый квартал города с лучшими домами, запасами провизии, дров и рабов, которые будут нас обслуживать. Именно здесь мы перезимуем в тепле и сытости. Заодно разместим тут свою добычу, пополнив её новой. А весной спокойно пойдём на запад, так как нас ждут родные степи. Но это не ещё не всё, — немного расстроенные подобной перспективой воины с надеждой посмотрели на меня, — Через какое-то время большая часть хорезмийцев поймёт, что золото, панцири, ткани и специи нельзя есть. И понесёт их ко мне. Ведь еды у них всего на неделю или две. Таким способом мы обменяем излишки провизии на добычу, не потеряв ни одного воина. В итоге наша прибыль будет гораздо больше, чем у туркмен. Надеюсь, среди нас нет тупых ишаков, которые не могут понять величие моего замысла?
Дружный гул в поддержку умницы Алтана бальзамом пролился на моё сердце. План действительно неплох. Зачем терять своих людей в бессмысленных штурмах, когда пора задуматься об обратной дороге? А ещё у нас много раненных и больных. Плюс, надо тренировать людей, заниматься обучением логистов с обозниками, создавать алфавит, строить телеги и много чего ещё. Передышка в три месяца на мощной базе, коей является квартал богатых торгашей и лучших ремесленников Герата, самое оно. Заодно хорошенько растрясу армию Тимура на предмет захваченных ценностей. Им действительно будет нечего жрать уже недели через две, несмотря на переданные нами продукты. Но у меня есть новый план, как ускорить процесс отъёма лишнего золота.
Пока парни начали отдавать приказы своим людям, со мной заговорил Бурче.
— Алтан, однажды ты перехитришь самого себя. Подобные деяния недостойны воина, как я уже говорил. Неужели ты не понимаешь, что сардар может догадаться, кто распускал слухи о несметных богатствах, собранных в цитадели? А твоё желание скупать добычу, будто какой-то торгаш для меня совершенно непонятно.
— Дядя, ценности будут скупать специально нанятые купцы под наблюдением Бурана. Я сам в этом деле мараться не собираюсь. Касаемо Тимура, то после захвата цитадели у него хватит новых забот, — увидев мою улыбку, дядя скривился, ожидая новую порцию хитростей, недостойных настоящего кипчака, — Сразу после захвата крепости, по войску поползут новые слухи, как Чормаган вывез огромное количество золота перед нашим прибытием. Мол, именно поэтому здесь бросили тысячи воинов и знатных людей, так как монголы приказали в первую очередь спасти казну. Более того, уже через несколько часов лагерь будет уверен, что от них ускользнула вся добыча, захваченная монголами в Хорасане. Сначала речь пойдёт о сотне кантаров[18] золота и серебра, которые вырастут до многих тысяч. И сардар просто не сможет удержать армию и будет вынужден снова выдвигаться на северо-восток. Остатки монгол сейчас на полпути к Амударье. Заодно будет польза для общего дела, ведь армия точно выбьет врага из Термеза и, возможно, погонит его до Насефа или Кеша[19], смотря, куда отступят монголы. Но на Бухару или Самарканд Тимур сразу не пойдёт. Захваченного продовольствия не хватит для долгой войны. Сардар будет вынужден отправить гонцов к Гызылу, чтобы тот помог. Мы же будем спокойно зимовать, и охранять освобождённую провинцию. Заодно поможем местным богатеям избавиться от лишнего золота и прочих ценностей. У меня уже есть данные о шести небольших посёлках, где скрылись весьма небедные люди. Вокруг весьма богатая и, почти нетронутая провинция. Сам Тенгри велит нам её хорошенько ограбить.
— Богохульник! Всё равно подобные действия не красят воина, — Бурче продолжил своё ворчание.
— А я уже не воин, если ты не заметил. Я хан! — произношу с усмешкой, — И давай заканчивать споры. Нам нужно как можно быстрее брать квартал.
* * *
— Все готовы? — спрашиваю воинов.
В ответ раздаётся дружный рёв.
— Щитоносцы вперёд, — командую сразу, как вопли прекратились, — Копейщики пошли, лучники не зевать. Хашар, чего застыли?
Процесс разборки баррикад, которыми завалили все удобные подходы к воротам и дувалу квартала, был крайне прост. Под прикрытием щитоносцев к нагромождениям всякого мусора приближаются воины с длинными копьями, и сбивают защитников. Одновременно лучники выкашивают наиболее нерасторопных врагов. Далее действует хашар или стройбат, как я его называю, который растаскивает нагромождения из деревьев, кусков стен и арб с другими повозками. А затем уже мы преодолеваем стену и врываемся на улицы квартала. Основная задача уничтожить и пленить как можно больше обороняющихся, дабы потерять как можно меньше войск в узких переулках.
Я планирую идти второй волной вместе с самыми экипированными воинами и добивать растерянного противника. Копья и луки в условиях городской застройки отойдут на второй план, уступив место мечам и булавам. Мы не просто так отрабатывали штурм стены, но и до кровавого пота тренировали действия в условиях городской застройки. Впереди шли танки, если употреблять терминологию компьютерных игр, за ними страховка из лучников, готовых поддержать штурмовиков, от них не отставала лёгкая пехота. Последние использовались для быстрого захвата домов, заборов и уничтожения стрелков, расположившихся на крыше.