– Дух тоже какой-то такой был, – наморщил лоб Поль. – Но вот что точно – есть и дождевые женщины, и мужчины, и они не духи никакие. Они выходят из дома, и за ними повсюду дождь тащится. И они всем всё портят. Соберется, например, целый город на футбол. Или салют смотреть. А тут пришли эти, «дождевики», – и дождь! И все из-за них идут по домам, даже мэр или король. Они же тучам не прикажут.
– Маргрета не женщина, а маленькая девочка, если на то пошло. А от тебя не ожидала: ты поверил таким россказням? Сестра Мика вам сказку рассказала, а вы… Сам посуди: если бы мэр или король считали это правдой, так разве они не придумали бы, как это исправить?
– Выгнать из страны, нечего тут думать! – крикнул Поль.
– Нет, король не такой злой и глупый, каким ты оказался. Он бы собрал ученых и попросил бы что-нибудь изобрести. Если бы твои «дождевые люди» существовали – ведь они бы тоже страдали. Им-то тоже приходилось бы обходиться без футбола и без салюта.
– Пусть бы страдали от нас подальше и не мешали нам жить! – весь красный, Поль вывернулся из рук тети и направился в свою комнату.
– Вернись! – повысила голос Айрис. – Вот так. А может, это тебя с дружками стоит выгнать из страны, а?
– За что? – побледнел Поль. – Я ничего плохого другим не делаю!
– А за то. Сейчас по календарю что? Правильно, сезон дождей. Земля должна на весь год дождевой водой напитаться. А вы, получается, обидели Маргрету – и поэтому теперь уже неделю нет дождей? Мы же с тобой цветы вместе сажали, грядки сажали – все погибнет! Знали бы люди, из-за кого у них пропадет урожай – выгнали бы вас. Ни овощей, ни фруктов, ни цветов, только представь! Вы должны попросить прощения у Маргреты. А пока – хватит бегать, иди бери ведро и грядки поливай.
Поль задумался.
– Ты обещаешь мне, что вы больше не тронете Маргрету?
Мальчишка кивнул и убежал на улицу.
Айрис вздохнула и отправилась варить суп из купленных, привезенных из деревень овощей: на огороде, действительно, почти что нечем было поживиться.
***
Где-то через час Поль, Мик и еще двое мальчиков стояли в дальнем уголке сада Айрис. А у забора беззвучно плакала, окруженная ими, перепуганная маленькая Маргрета.
– А ну вызывай дождь, я тебе говорю, – прорычал Мик, для убедительности протягивая руку и дергая девочку за прядку рыжеватых волос. – Ты видишь, что из-за тебя все высохло? Мы старались, сажали, а ты? Я от отца вообще ремня получил, когда слинять на улицу пытался с огорода! Э, чего ржете, парни? Поиграть в футбол хотел, а не сажать эти проклятые цветы. А ты – ты что натворила? Каждый день весь городок таскает ведра, поливает – из-за кого?
К счастью, в эту минуту из дома вышла хозяйка сада – и быстро оценила обстановку.
– Ах вы… – она не находила слов. – Да я вам…
Айрис сняла с ноги туфлю и двинулась на мальчишек. Те бросились к калитке, едва не застряли в ней и пустились наутек. Женщина подбежала к девочке, ребенок весь дрожал крупной дрожью.
– Свиньи! Свиньи! – повторяла Айрис, которая обычно не говорила грубых слов. Сейчас она и сама дрожала, будто попала под дождь – не ласковый и летний, которого так ждали всю эту неделю, а осенний, тяжелый, не предвещающий уже ничего, кроме холодов и снега. – Я разберусь с ними! Сейчас же найду их родителей и расскажу, что творят эти маленькие свиньи! А Поль – так у меня получит…
Она оглянулась, чтобы удостовериться, что никого поблизости нет, но когда обернулась обратно – то и девочки рядом не было.
***
Маргрета не убежала. Она пролезла между прутьев ограды, увитой зеленью так, что невозможно было и представить, что кто-то может проскользнуть. Спрятавшись там, где забор переходил в каменную стену – с нее свисала такая шапка дикого винограда, что, наверное, под этой шапкой укрылся бы и великан, – она решила дождаться момента, когда Айрис, несколько раз окликнув ее, войдет в дом.
Но перед тем как уйти, Айрис всхлипнула.
Маргрета всхлипнула тоже.
Она вернулась тем же путем обратно в сад – девочке захотелось поблагодарить Айрис и попросить не плакать. Но дверь дома уже захлопнулась.
Маргрета тихо подошла к окну. Чудом не заметив ее, спиной к стеклу села на стул хозяйка. В руках она держала огромную книгу. Айрис провела по обложке ладонью, стирая пыль, встряхнула рукой и открыла этот огромный том.
В книге было много-много статей, как в словаре, и картинок. Маргрета, глядя почти из-за плеча хозяйки, изумленно увидела, на какой именно странице остановилась Айрис. Там была изображена странно одетая женщина, стоящая под дождем, который шел из крохотной тучи прямо на нее. Она слизывала капли дождя с руки. Вторая рука была поднята к небу, она будто повелевала дождем и ветрами. Девочка поняла: это и была настоящая Дождевая Женщина. А вовсе не те несчастные, которых повсюду преследует дождь, как говорили мальчишки.
Маргрета поморщилась. «Все-таки никакая я не дождевая женщина, – подумала она, – я руки не облизываю! Ну…почти!» Она вспомнила, как однажды собирала ягоды во дворе и, не удержавшись, лизнула алый сок, потекший по руке. Филипп тогда очень строго выговорил ей, что так нельзя, потому что заболит живот. Мама тоже очень волновалась, но все обошлось.
Мама… Мама тогда была здорова и весела – и собирала с ними ягоды в большое лукошко. А сейчас она все больше лежит, и родственники подарили ей кресло на огромных колесах. Колеса можно крутить руками, но ей не хватает сил. Филипп возит ее по дому и на улицу, делает все то, что раньше делала она. Филипп сильный, пока не было кресла – он носил маму на руках. И сейчас бы носил, просто мама не хочет, опасается, что сын надорвется. Филиппа побаиваются, хотя он и добрый. Если бы она сказала ему про мальчишек – он бы их…ух, он бы их! Почему же они не боятся и нападают на нее? А вдруг есть кто-то больше и сильнее, чем Филипп, и он тоже против нее, и они знают? Не в первый раз она думает об этом, потому и не рассказала брату ничего за эти три дня. А еще… еще потому, что подумалось: а вдруг она правда… дождевая? Тогда, действительно, из-за нее происходит столько плохого! И тогда тем более нельзя говорить брату: завтра у него финальный матч, две лучшие команды городка встретятся на стадионе. Он любит ее и не даст пропустить игру ни при каких обстоятельствах, она придет – и брату придется сражаться за победу под проливным дождем… А пока ничего не сказала – можно солгать, что простудилась, и не пойти…
Маргрета начала потихоньку выбираться из садика Айрис. Поль убежал, не полив бедные цветы, земля сохла, трескалась и вообще выглядела так, будто ее не поливали целую вечность. Айрис спасла Маргрету – а теперь у нее не будет цветов?
Маргрете задумчиво накручивала прядь волос на палец. А вдруг вот так, как женщина на картинке, могут не только эти «дождевые»? Может, если очень захотеть позвать дождь и лизнуть каплю воды с неба – то дождь сам придет? Вот только где ж ее взять, эту каплю, когда нет дождя?
Девочка замерла. Она вспомнила, что в последний дождь брат запас несколько банок дождевой воды: любимый мамин и девочкин комнатный цветок, по словам мамы, больше всего любил дождевую воду. А Филипп больше всего любил маму и сестру.
– Зачем? – смеялась Маргрете, когда брат с серьезным лицом носил банки. – Сезон дождей, дождя хоть отбавляй будет! А потом и ничего, попьет наш цветочек и простую водичку…
– Всякое может случиться, – ответил ей тогда брат. И точно, случилось.
Маргрете кивнула сама себе и направилась к ограде сада.
***
– Страшно, – сказала девочка вслух.
Она боялась ходить по улице ночью. Но пришлось дождаться, пока мать и брат уснут. Потом зайти в зал, перелить в маленькую баночку из-под меда немного дождевой воды, тихо уйти во двор и оттуда – по дороге – к саду Айрис. Она освещала себе путь фонариком и всю дорогу шепотом пела песенки, чтобы не бояться. Но теперь, оказавшись у изгороди, она снова почувствовала страх. Топнула сама на себя ногой, скользнула между прутьев. Только сейчас она поняла, что свет фонарика могут увидеть Айрис или Поль, и чуть не расплакалась.