Ясность в сложившуюся ситуацию внесла Мизуки Сато. Пятое лицо клана якудзы Казено-тсубаса-кай спустилась к нам неторопливо, плывя по лестнице как пава. Тигр и Малыш тут же согнулись в почтительном поклоне. Их поклоны повторили и мы с Киоси. Причем мне пришлось упирать ладонь в спину тануки, а то тот напрочь забыл о вежливости и этикете.

Ну да, он привык, что Мизуки запросто заглядывает к сэнсэю Норобу и общается с нами на равных. Но это дома, под прикрытием стен, где её никто не видит, а тут надо соблюдать традиции. Надо будет поговорить с ним на эту тему, а то можем встрять не в очень хорошую ситуацию в будущем…

– Ну что, младшие братья, уже познакомились друг с другом? – спросила Мизуки.

– Да мы давно друг друга знаем, госпожа Сато, – проговорил Тигр. – Этот хинин тогда здорово обделался в игровом доме Кибаято.

Беру на заметку, что в этой двойке главный голос принадлежит Тигру. Значит, с него и надо начинать перестройку боевой двойки под себя. Уж чего-чего, а ломать новобранцев и делать из мягкого теста стальные гвозди майор Слава Соколов нас прекрасно обучил.

– Да? Что же, было дело. А сейчас это ваш новый вакасю и зовут его Изаму Такаги, – чуть улыбнулась Мизуки.

– Но как же так? Это всего лишь мальчишка? Да мы же его можем запросто в кренделек согнуть и вместо герба вывесить, – удивился Тигр.

Беру на заметку, что говорить этим двоим нужно всё в лоб и максимально разжевывая, если хочу, чтобы в дальнейшем не произошло недопонимания.

– Вы не доверяете выбору своего оябуна? – чуть подняла бровь Мизуки.

Вот этот простой вопрос так прошиб амбалов, что желтизна на их лицах сменилась белизной.

– Нет-нет, что вы, Сато-сан, мы доверяем нашему любимому отцу. Если он сказал, что этот хи… что этот достойный молодой человек будет нашим вакасю, то значит, так тому и быть, – тут же зачастил Тигр, согнувшись в самом почтительном поклоне.

– Наш оябун мудр, он сможет увидеть через толщу воды настоящую жемчужину. Мы сожалеем, что не обладаем такой же прозорливостью и чувством предвидения, – также согнулся и Малыш.

– Вот так-то лучше, – кивнула Мизуки, после чего повернулась ко мне. – Поздравляю тебя, малыш…

– Меня? – удивленно вскинулся Малыш Джо. – Спасибо, а с чем?

– Ты-то здесь при чем?

– Ну, вы же сказали «малыш», а так меня все зовут, – пояснил бывший сумоист.

– Мда, придется мне как-то по-другому к тебе обращаться, Изаму, – улыбнулась Мизуки. – Всё равно, поздравляю тебя и… Не подведи доверие.

– Я благодарен вам за поздравление, Сато-сан, – поклонился я в ответ. – Позволите пригласить вас отойти на пару слов?

– Да, позволяю, – милостиво кивнула Мизуки.

– Киоси, ты тут за старшего, – подмигнул я пацану, который тут же расправил плечи, как заправский уличный зазывала.

Мы с Мизуки отошли в сторонку, где я быстро прошептал:

– Это что за подстава? На хрена мне упали два этих быка-переростка?

– А ты как хотел? Натворил дел и думаешь, что всё сойдет с рук? – прошипела Мизуки. – Это тебе в наказание. Хуже этих двоих в клане нет никого, но у них есть сила в руках, поэтому до сих пор не выгнали. Если сумеешь с ними справиться, то честь тебе и хвала, а не сумеешь – значит, рано тебе становиться вакасю, так и будешь бегать кобуном. Возможно, даже пойдешь под начало этого… Малыша.

– Блин, ну мы же обещали всё исправить, а эти двое будут нас только тормозить…

– Это не обсуждается. Благодари за всё своего тануки. И это… малыш, будь осторожнее. Я тебе как друг говорю – растревожили вы осиное гнездо по самое не балуй. К нам пока ещё не поступало сообщений от Хаганеноцуме, но чувствую, что они не за горами.

Я поджал губы. Оглянулся на стоящих новобранцев армии Изаму Такаги, перед которыми горделиво выпрямился Киоси, и вздохнул.

Да, на операции произошел косяк. Жесткий косяк, а это наказание за его творение.

– Может быть как-нибудь получится их убрать? – спросил я без надежды на успех.

– Получится. Обязательно получится. Как уберете Сакурая, так и этих двоих отправим игровые клубы охранять. До той поры принимай профессию няньки, малыш. Надеюсь, что ты справишься. И это… Лучше держи их подальше от сэнсэя, а то, не ровен час, останешься ты без своих новобранцев.

Кивнул в ответ:

– Да уж, Норобу не будет с ними возиться…

В подтверждение моих слов с лестницы донесся раздраженный голос Норобу:

– Это что за два шкафа с антресольками? Неужели мне придется теперь и за ваши шкуры отвечать? Ты, снеговик на ножках, – обратился он к Малышу. – Ты мне вообще не нравишься и не вздумай даже вступать на порог моего дома – проломишь пол. А ты, рожа коцанная, нравишься мне ещё меньше. Буду тебя ставить пугалом на цветнике, чтобы бабочек распугивал.

– А мы и не гейши, чтобы всем нравится, – чуть развязно ответил Тигр.

– Зря он так, – вздохнула Мизуки, а сэнсэй Норобу расцвел в улыбке.

– Ты ещё брыкаться будешь? Изаму? Твои подручные не знают, как общаться с престарелым и уважаемым человеком. Надо бы научить их…

– Со временем узнают, – пожал я плечами.

– А что не так? Мы же нормально общаемся, не грубим, не пылим, денег не требуем.

Зря Тигр сказал такие слова. Зря сказал таким тоном. Да и вообще зря на свет появился, что в очередной раз подтвердила улыбка сэнсэя. Так ласково удав может улыбаться кролику.

– Я вижу, что у тебя брелок от «Тойты», подай-ка мне ключи, молодой здоровяк. Я не хочу ехать на такси, так что поведу твою машину. Прокачусь с ветерком…

Тигр пожал плечами, вытянул из кармана злополучный брелок с ключами. Опять решил неудачно пошутить и выдал:

– Покатайся, уважаемый сэнсэй. Можешь даже съездить по бабам. Только гандонов там не оставляй.

– Кроме гандонов твоя машина ничего и не видела, – отрезал сэнсэй. – Изаму, Киоси, за мной!

Скомандовал так резко, что сразу же стало понятно – сэнсэй еле сдерживается, чтобы не начать орать прямо тут, в головном офисе Казено-тсубаса.

Найти черную «Тойоту» было легко – она стояла почти в самом конце длинного ряда машин. Похоже, что Тигра тут и в самом деле не очень уважали, если задвинули черную пулю так далеко. Сэнсэй только покряхтел, когда увидел старенькую машину. Скорее всего Тигру она досталась от отца и явно вспоминала гораздо лучшие годы, когда возила хороших людей, а не задницу якудзы. Небольшие пятна ржавчины были закрашены краской из баллончика, а прореху на заднем колесе и вовсе прикрыли нашлепкой с четырьмя болтами.

– Изаму, Киоси, в машину! – скомандовал сэнсэй, после чего повернулся к бредущим Тигру и Малышу. – А вы побежите следом!

– Чего-о-о-о? Да ты в своём уме, старик? – протянул Тигр, а потом выставил руку. – Отдай ключи, пока силой не забрал!

И такие слова сказаны в сторону оммёдзи клана… Да что творится в башке этого бугая? Неужели мозги давным-давно покинули голову, оставив последние надежды сохранить жизнь Тигра до старости?

Расплата последовала моментально. Рука сэнсэя метнулась коброй и пальцы Тигра слегка хрустнули в стальном захвате. Он тут же взвыл, привстав на носочки, стараясь унять раскаленные иглы боли, пронзившие руку до плеча. О том, чтобы выдернуть руку из захвата не могло быть и речи.

– Эй, уважаемый Норобу-сан, вы чего делаете? – на помощь Тигру кинулся Малыш Джо.

Зря кинулся. Сэнсэй легко подпрыгнул в воздух и чуть дотронулся носком тапочка до широкого лба бывшего сумоиста. Выполнено это было настолько изящно, что я едва не зааплодировал. В скорости сэнсэй не уступал даже самым быстрым людям этого мира.

Малыша откинуло прочь с такой силой, словно в руках взорвалась граната. Он отлетел к изгороди, ударился и упал на серый асфальт, оставив за собой вмятину на арматурных прутьях.

– Вы побежите следом. Всё ясно? – спросил сэнсэй тем же самым вкрадчивым голосом, который ребята уже узнали в полной мере.

– Всё я-а-а-асно! – взвыл Тигр.

Взвыл совсем не по-тигриному. Скорее это был писк смертельно больной мыши.