— К сожалэнию, стоит, — ответил с иронической улыбкой болгарин.
— Почему «к сожалению»?
— Потому что вы, русские, нас оккупировали… Хотя Болгария никогда с Россией нэ воевала.
— Не воевала… Только помогала врагам России в обеих Мировых войнах, Австро-Венгрии, потом гитлеровской Германии, воевать против России: лечила, кормила, снабжала, размещала у себя военные формирования, предоставляла агрессорам свою территорию для транспортных перевозок… Союзничала с врагами. Ясно! Известно ли вам, капитан, сколько тысяч русских освободителей сложили на том же Шипкинском перевале головы, чтобы спасти вас, братьев-славян, от погубления, защитить от резни, от османского ига?
— Няма, нэт, нэправда. Российска пропаганда… Османы нэсут в тогда отсталу и слабу страну своя велика култура. Без это нэ быт нашето процветание. Никога никой вас к нам нэ звал. Нэ против болгары воевала Турция, османы воевали против русски оккупанты.
— И это совсем не так. Да не просто нас на помощь позвали, а упрашивали, на коленях стоя и умываясь кровавыми слезами, умоляли Александра Второго болгарские беженцы. Несчастная Болгария получила свою свободу и государственность из рук России после пятисот лет жестокого османского ига, капитан. Не зря по всей Болгарии поставлены памятники русскому царю-освободителю. Храмы, бульвары, площади носят имя Александра, — с назиданием во вздрагивающем временами голосе, сдерживая нарастающее негодование и стараясь оставаться терпеливой, негромко отвечала Зимина. — С какой великой славой показал себя в Болгарии наш русский генерал Михаил Дмитриевич Скобелев! Панически боялись его османы. Он ведь и Константинополь успешно взял бы, не сильно над этим задумываясь, да только его царь остановил, потому что свободолюбивая Европа крупно возмутилась.
Культуру вам османы несли? А вы её будто не имели после святых равноапостольных Кирилла и Мефодия? Так и воевали бы турки-защитники у себя дома. Зачем же они пришли в братскую нам, русским, Болгарию? Зачем вас, мужчин-болгар, истребляли, а красивых девушек-болгарок забирали к себе в гаремы да в прислуги, в вечное рабство? Где же это вас такому гнусному извращению действительной истории научили, ответьте же, капитан? Кто вас выучил мазать чёрной краской мать-Россию и зачем?
Болгарин подавленно молчал, зло сверкая глазами. Потом, старательно выговаривая русские слова, ответил вызывающе:
— Я бывший офицер НАТО, толко я служу тепер в частная военная компания. Я учился в Нидерланды! Ещё в Копенгаген, Дания.
— Нашёл, у кого учиться! В 1940 году Голландия сдалась Гитлеру на шестой день после германского вторжения. Про датчан и говорить нечего — сдались спустя шесть часов от начала войны. А теперь они учат воевать. По-вашему, кто ж вас реально оккупировал?
— Нас оккупировали, это русские.
— Да, братушки, добре дошли вы до жизни такой. Полной и счастливой, под железной пятой Евросоюза, только без работы и перспективы. Выходит, после русских освободителей уже советские оккупанты отнеслись к вам бережно, с заботой, с любовью. Для вас отстроили черноморские порты Бургас и Варну, открыли курорты в Варне, Златы Пясцы, и на Слунчев Бряге, Солнечном Берегу. По-братски помогли сделать современной, красивой вашу столицу Софию, построили и оснастили вузы, техникумы, школы, библиотеки, театры, больницы, стадионы… Создали вам сильную энергетику, модернизировали старые и проложили новые железные дороги, автомобильные трассы, построили разноотраслевую промышленность, всю коммунальную инфраструктуру, связь, дали лучшую сельхозтехнику, помогли поднять сельское хозяйство, развернуть широкое жилищное строительство. Построили заводы по переработке цветов, плодов и овощей, постоянно закупали большую часть всей вашей продукции. Сделали всю вашу страну, до последнего села, образцовой, прогрессивной социалистической республикой с развитыми культурой, образованием, медициной, наукой. Вы не знали ни проблем со сбытом вашей продукции, ни экономических или топливно-энергетических кризисов, ни голода. При социализме нищих у вас не было! Для сообщения с братской Болгарией советские люди построили под Одессой огромный современный порт Ильичёвск. Железнодорожными эшелонами, от себя отрывая, гнали вам разнообразнейшую помощь через специально построенную паромную переправу Ильичёвск — Варна…
— Забирали нашето — да, повече, болше, всэ врэме гнали в голодна Россия всички ешелони с нашето продоволствие. Осталной — вашите пропаганда!.. Было нам в страну из Европа голямо-голямо, на русском болше зарубежни инвестиции, оттуда кредитна помощ. Вам нэ удаётся долго оккупироват нас!
— Скажите, капитан, как вам живётся под свободолюбивым, демократичным Евросоюзом, если под жестокими русскими и советскими оккупантами жилось настолько плохо? Огромные голубые и зелёные поля в Долине Роз под Казанлыком всё ещё дают большие урожаи лаванды и роз? Болгарское розовое масло было такое приятное!.. Все женщины мечтали о таком масле!
— Нэт, цветя, рози, лавандула тепер так нэ садят, — не смутился, но и не стал лгать болгарин. — Евросоюз делал ограничения на болгарска продукция, Европа богато, ему нэ голямо, болше нэ надо. Парфум и вино возит из Франция, овощи болше вигодно берёт из Турция, Израил, Италия, Кипрус. Ви говорите так, как побыла у нас, в Болгария?
— Значит, бурьяном заросли ваши заброшенные поля. Советский Союз помог Болгарии построить и развивать новую жизнь, а Евросоюз вам жить по-человечески запретил, и вы не посмели возразить. Поделом, ваш общий выбор! Я гостила в Болгарии в комсомольском возрасте, в восемьдесят четвёртом году, по обмену с вашими старшими школьниками, которые отдыхали у нас в Крыму и на Кавказе. Мы посетили много городов: София, Варна, Бургас, Шумен, Велико Тырново, Несебр, Стара Загора, Габрово, Пловдив, курорты. Очень много цветных слайдов на ГДРовскую плёнку «ORWOCHROM» и чёрно-белых снимков я сделала автоматическим советским фотоаппаратом «Сокол» с прекрасным, резким лантановым объективом. Он продавался и у вас, в Болгарии, стоил недорого, на уровне средней зарплаты квалифицированных врача, учителя, инженера, сто восемьдесят левов. Мы вместе давали концерты. Люди плакали, у всех текли слёзы, когда мы пели про Алёшу, «Венок Дуная», «Пусть всегда будет солнце», «Бухенвальдский набат»… Мы чувствовали общность, дружбу народов, радость, сердечность, счастье. В спортивном лагере вместе с учащимися из социалистических стран выучилась летать на болгарском тренировочном планёре «Бисер», это была надёжная, хорошая машина. Бисер по-болгарски значит жемчуг, запомнила. Сейчас Болгария строит планёры?
— Нэт, нэ строит. Это дорогой спорт, тепер никой, никто нэ надо, много стоит денег.
— А автобусы «Чавдар» вы производите? Мы ездили по всей Болгарии на ваших прекрасных автобусах. Они были комфортабельные и мощные, легко шли в гору.
— Тоже нэт. Тепер у нас из самэ Германия. Ещё машини из Швеция. Это европейски прогрессивни страни, лучши автобус, всички лучши транспорт. Агрессивна Россия тепер правилно остава една… Остава одна, без помощ нашите болгарски трудещите сама нэ може, продае толко нэфт, газ, много древие, лес.
— Потому что контра угнездилась в стране, её, как клопов, без ошпаривания крутым кипятком не выведешь! Вот ведь, разговорился-то как, помощничек… «Болгарские трудящиеся»! «Мы пахали», сказала муха, сидевшая на голове у вола, запряжённого в плуг, слышишь? Так кто же вас оккупировал, ответь мне, «лгарин»?
— Вы, Россия.
— Свалился с неба мне под старость, впервые такое… От кого вы получили задание? И какое задание, капитан?
— От полковник Георги Деведжиев. Приказал привезти оба, се укрива у вас, дезертири, подполковник Макферсон и подполковник Риччи. Два дезертири мы должени привезти.
— Куда вы должны их доставить?
— Маршрут рейса дадут, когда мы снова будем в воздух. С два презрени дезертири.
До сознания болгарина стало постепенно доходить, что с ним не просто разговаривают, но допрашивают. Он пробормотал: «Нэ розбэрэмо (Не понимаю)», угрюмо оглядел кабинет, посмотрел в окно, напряг бесполезно мышцы, лицо его исказила гримаса ненависти. Ираида Евгеньевна снова резко и неожиданно хлопнула в ладоши:
