Она отступила назад.
— Ты это… Что пришел-то?
Следователь поднял вверх ладони.
— Не гони меня, суровая женщина. Я с миром. И с гостинцем для Семена.
Мальчик тут же оказался перед матерью и уставился на нее большими глазами, полными надежды.
— Зачем ребенку душу бередишь? — она, не глядя, потрепала сына по макушке. — На что он тебе сдался?
— Просто он хороший мальчик, а…
— Хороших мальчиков много, ты зачем к моему привязался? Ходишь тут, паутину вокруг нас плетешь.
Сравнение Артемию не понравилось. Даже обидно стало.
— Ты всех людей, которые пытаются сделать тебе что-то хорошее, причисляешь к ничтожествам?
Дарья замешкалась. Тон и слова собеседника царапнули душу, но упрямая женщина показывать этого не собиралась.
Но неужто она действительно так закостенела в своем противостоянии миру, что добро от зла отличить не может?
— Хорошо, — Ведун покачал гостинцем, — не нужен, пойду в речку выкину.
— Мамааа! — мальчик чуть не плача вцепился в материну юбку.
— Семен, я тебе между прочим говорила…
— Ну не нравлюсь я тебе, ладно. Но ребенок-то причем? — перебил ее следователь устало. — Хочешь, выгони меня метлой. Давай только я конфеты ему сначала отдам, а?
Дарья посмотрела на дверь дома, словно могла сие орудие труда призвать взглядом.
— Вот возьму и выгоню! — заявила она, но с места не сдвинулась. Очевидно, Семен был ее слабым местом. Артем протянул руку с гостинцем вперед. Сема посмотрел на мать, по каким-то одному ему ведомым признакам понял, что та сдалась, и в припрыжку подбежал и забрал кулек.
Вскоре ребенок с гиканьем скрылся в доме.
— Серьезно, зачем пришел?
Дарья смотрела исподлобья. Как-то неуверенно смотрела.
— Проведать. Узнать, не нужно ли чем помочь.
— Не нужно.
— Жаль. А я корыстные мысли лелеял…
Женщина напряглась.
— Думал, щами угостишь, — невозмутимо продолжил Артем.
— Нет щей.
— А что есть?
Он так жадно это спросил, что Бирючка невольно улыбнулась.
— И где ж ты ел эти пять лет, голодающий?
— В маленькой корчме напротив работы. Мне иногда кажется, ее хозяин озолотился за мой счет.
— А ты теперь решил поберечь деньги?
— Да нет, просто там кормят сносно. А ты — вкусно. Готов менять конфеты на миску щей хоть каждый день.
Женщина нахмурилась. Кажется, возможность его ежедневного прихода ее не вдохновляла.
— Ладно, пирог щас вынесу. Но ты сюда таскаться не думай! И Семе конфет не носи больше. Нечего ему…
Она не договорила, махнула рукой, мол, обожди здесь, и зашла в дом. Артем послушно сел на скамейку под окном.
Постучали. Вылетевшая на звук Дарья метнулась к калитке. Артемий с неудовольствием заметил, что волосы собрать она так и не успела.
— Здравствуй, Дарья.
Во двор вошел…мельник. Почему-то без привычной бороды. Артемий даже узнал его не сразу.
— Я тебе крышу починить обещал…
Ведун по-хозяйски вытянул ноги.
— Починили уже, — громко проговорил он. Ждан осмотрелся и увидел наконец постороннее лицо. Потом взгляд его переместился на женщину.
— Дарька, а это кто?
— Да так, ходит тут один, — сообщила она неопределенно.
— Обижает?
— Нет, что ты! Крышу вот сделал, с калиткой помог.
Мельник нахмурился и молча стал рассматривать странного гостя. Гость занялся тем же.
Про Ждана Артемий слышал много, в лицо его знал, но лично не общался. Ничего плохого предъявить следователь деревенскому мельнику не мог, но искренне не понимал: зачем он сюда ходит, если женится собирается на другой?
— На, — предмет размышлений Артема обратил свое внимание на хозяйку. — Ты корзинку просила.
— Спасибо! Зайдешь?
Мельник посмотрел на Ведуна и что-то шепнул на ухо Дарье. Та улыбнулась и отрицательно покачала головой.
— Передай Семе, пусть забежит на днях, — сказал он уже громко. — Заберет своего дракона.
Бирючка поблагодарила и пошла провожать гостя.
Артемий ощутил укол зависти. Забить гвоздь, скосить траву, скамью сбить он мог. Ну или забор, или крышу починить. Да только это дело нехитрое. А вот таких "красивых" умений у него не было. По дереву вырезать, игрушку смастерить, ставни раскрасить — ничего подобного сделать он не мог.
Дарья тем временем вернулась в дом, погромыхала там чем-то и вышла уже с половиной большого пирога.
— На.
Он взял. Хотел было присесть поесть, но его остановили:
— Тут не корчма! Дома поешь!
— Мне еще на службу заехать…
— Значит, на службе! Иди давай.
Его мягко, но неуклонно подталкивали к выходу. Артем подумал и на этот раз сдался.
В конце концов он действительно еще должен заехать к начальству.
* * *
Юлиан протянул полученные утром бумаги Артемию.
— Читай. Там основное я выделил.
Следователь с интересом погрузился в чтение.
"Оборотень — человекозверь, обладающий метаморфной способностью менять свой облик от человеческого до звериного в зависимости от собственного желания. Место обитания: предположительно Дикие земли. Родина: предположительно Дикие земли. Численность: не установлена. Особенности: повышенная выносливость, улучшенные слух и зрение…
…Оборотень бывает женского и мужского пола…
…Предположительно питаются исключительно сырым мясом…
…крайне агрессивны…
…потенциальные убийцы…
…По непроверенным источникам боятся серебра и осины…
…Способы размножения: 1) идентичный человеческому, 2) "передача шкуры"…
…Согласно северным поверьям, оборотень может по воле передать свою способность одному желающему путем…либо нежелающему через…в случае ношения не своей шкуры обмен действует до тех пор, пока "шуба" не облысеет…
…Полнолуние…
…Рекомендуется изготовление бус из чеснока…"
— Половина — бред, — сообщил Артем, ознакомившись с выпиской из какой-то книги. — Хороша идея про шкуру. По крайней мере, она нам подходит. И тогда становится понятно, причем здесь рецепт. Но как она здесь вообще появилась?
Дарли почесал безупречно выбритый подбородок.
— В этом-то и вопрос. Как попала и к кому попала. Как там твоя женщина?
— Она не моя!
— Хорошо, не твоя женщина. Ты в ней уверен?
Артемий по жизни ни в чем не был уверен, особенно после того, как получил свою должность.
— Уверен, — сказал он, мысленно подсчитывая процент своей уверенности.
Дарью обманщицей или женщиной, способной замыслить злое, он не считал, но мало ли что та могла утаить из побуждений вполне благородных? Впрочем, в отличие от Юлиана, Ведун никакой связи поместья с этим делом не улавливал.
Граф покачал головой.
— Смотри, положишь в рот палец — откусит по локоть…
— Разберусь.
— Не должно личное мешаться с работой, — многозначительно заметил Дарли и больше к этой теме не возвращался.
7
— Военные, прочесывавшие лес, нашли еще один труп.
Юлиан, ворвавшийся в их каморку, без приветствия перешел к делу.
— Елисей, ты где должен быть?
Парень вздохнул и вышел из кабинета.
Артем встал.
— Кто? Где?
— Охотник из Яблоневки. Между Зеленым поместьем и поместьем Серли.
Ведун поморщился. Если очень захотеть увидеть связь между некоторыми вещами, то ее действительно можно увидеть. Однако делу это не поможет.
Впрочем, есть такая поговорка "начальству видней".
Убитым оказался Олежка. Лицо его было обгрызено, узнали парня по одежде да топору с резной рукоятью. Узнала мать, вой которой разносился теперь по всему лесу.
— Мой человек сказал, его гнали версты две, а потом уже напали.
Артемий посмотрел на Дарли.
— Думаете, вошел во вкус? Следы воздействия человека на теле есть?
— Нет.
— Это из-за вас! — раздался крик за их спинами. — Из-за вас!
Мужчины синхронно обернулись. Ефим, бледный, еле стоящий на ногах, протягивал руку в их сторону.