Литмир - Электронная Библиотека

Катерина поднесла кружку к губам, опустила, опять поднесла. Потискала ее в руках и в конце концов вернула на блюдце. Подняла на Мережского взгляд и нерешительно спросила:

— А… Аглая как?

— Отправили на рудники, — совершенно безразлично отозвался новый хозяин дома. — В соответствии с возрастом — будет поломойкой или кухаркой, что-то в этом роде. Я не уточнял. Мне мало интересна судьба женщины, которая пыталась из моего брата сделать убийцу.

— Разве вы сейчас делаете не то же самое, отсылая его на север?

Михаил не был бы Михаилом, если б не вставил справедливое замечание.

— Карьеру военного он выбрал сам, его никто не принуждал, — не согласился с выводами юриста старший брат. — Так что это исключительно его желание. Я лишь ввожу его в рамки реальной угрозы. Не хватало мне еще, чтоб он, пытаясь отличиться, развел какую-нибудь глупую, а то и незаконную деятельность в столице. Он уже наказал отцовых убийц — вы на себе прочувствовали всю прелесть его умозаключений и способов свершения справедливости. Пусть лучше уедет подальше. И туда, где действительно нужны лишнее руки с оружием.

— А вы? — попыталась отвлечь мужчин от неприятной темы Катерина.

— А я возвращаюсь к семье и к службе.

Вошла Дуня, прерывая прощальную беседу.

— Госпожа, там гость. Увидеться с вами просит.

Михаил встал еще раньше Кати. Подошел, взял ее за руку. Девушка противиться не стала: в конце концов у нее нет секретов от мужа.

В гостиной стоял Талькин. Сосредоточенный, грустный, уставший. Климские вдруг подумали, что он сейчас отнюдь не выглядит Катиным ровесником — лет на десять старше, не меньше. Влюбленным помощник следователя тоже не выглядел.

— Светлой стороны, инкнесса. Светлой стороны, Михаил. Я зашел попрощаться. Мне сказали, вы уезжаете. Я тоже.

— Надеюсь, нам не по пути, — хмуро заметил Климский.

— Нет, не по пути, — кивнул Юрий. — Вообще-то я хотел…попросить прощения. За спектакль с цветами и прочим. Это просто работа, но…с вами как-то нехорошо вышло.

Катя улыбнулась, ее муж скрипнул зубами.

— Я вас прощаю.

— За все?

— За все.

— И за спектакль у ювелирной лавки?

Катерина вздрогнула.

Нет, все закончилось хорошо. И тогда пришел Михаил…

— Прощаю, — повторила девушка, но уже не так великодушно. Талькин кивнул.

— Счастья вам.

Он быстрым шагом покинул комнату, словно очень торопился. Климский посмотрел на часы.

— Нам тоже пора, — сообщил он.

Они тепло распрощались с Ариной и ее внучкой, нейтрально с остальными слугами, односторонне, — с угрюмым Николаем, сосредоточенно пакующем вещи. Провожать их вышел сам Александр.

— Что будет с домом? — спросила Екатерина, со смесью ужаса и интереса рассматривая двухэтажное здание.

— Не знаю, — ответил Мережской. — Посмотрю по обстоятельствам. Подарю кому-нибудь. Или заколочу и оставлю в покое. Там видно будет.

— Светлой стороны, Александр.

Мужчина горько усмехнулся.

— Нет, инкнесса. Моя сторона — темная. А вот вам — счастливого пути.

Михаил пожал своему спасителю руку, и супруги сели в наемный экипаж.

Впереди ждала долгая дорога в провинциальный городок, знакомство с родителями Михаила, долгожданная встреча с Лизой и причиной, по которой она не смогла приехать — ее первенцем. Много-много хороших впечатлений.

И новая жизнь.

* * *

Обед прошел великолепно и теперь все ждали музыкантов. Дебютантки с интересом рассматривали пышно украшенные бальные залы, мужчины разговаривали о делах и женщинах, женщины делали вид, что разговаривают не о мужчинах. Рядом с каким-нибудь перспективным холостяком появлялась то одна, то другая юная девица, желавшая поздороваться или которую ему жаждали представить родственники. Была и третья категория — некоторые пытались знакомиться, делая вид, что оный холостяк наступил им на подол, или обливая его "случайно" шампанским, или придумывали что-то другое, не менее изощренное и смешное в равной степени.

Инкнесс Шадов, сбежав от очередной девицы, решившей стать за его счет инкнессой, спрятался за колонну.

— Добрый вечер, юноша.

— Светлой стороны, князь.

Ставров поставил полупустой бокал на поднос мимо проходящего слуги и немного насмешливо заметил:

— Пытаетесь продать подороже свою холостяцкую жизнь?

— О нет! — пылко возразил юный инкнесс. — Ближайшие пять лет я с ней не собираюсь расставаться в принципе! Ни за какие блага этого мира!

— Похвально. Однако ситу… Глазам не верю! Посмотрите-ка, кто разговаривает с Ореевым? Уж не Ляпецкой ли сюда явился с семейством? Или меня подводит зрение?

Шадов послушно посмотрел в указанную сторону.

— Не подводит. Это действительно инкнесс Ляпецкой. А правду говорят, что его младшая дочь вышла замуж за какого-то провинциального юриста?

Отставной генерал пригладил седые усы.

— Правду, юноша, правду. Я слышал, разъяренный этой выходкой папаша даже приказал вымарать ее имя из всех родословных справочников. Как будто Екатерины Ляпецкой никогда и не существовало в природе.

— Ужасно! — Шадов искренне опечалился чужому горю. — Как должно быть переживает отвергнутая от семьи девушка!

— Смотря от какой семьи, молодой человек. Не думаю, что Екатерина Мереж…ну или как ее там теперь зовут, сильно страдает по этому поводу. Особенно в свете последних событий. Вы знаете, что Ляпецкого обвиняли в отношениях с подпольными чародеями? И даже подозревали в убийстве Евстафия Мережского? Слухи, конечно, в подробностях лгут, однако и в них есть два зерна правды.

Шадов от ужаса прикрыл рот рукой.

— Да вы что! Чтобы инкнесс был способен на такое! Невозможно! И потом, он на свободе, значит, не виновен!

Генерал многозначительно улыбнулся.

— Как вы еще наивны, юноша! — заметил он немного насмешливо. Инкнесс тут же выпятил грудь колесом.

— При чем здесь возраст? Вот вы — неужели вы готовы назвать человека убийцей просто из-за глупых сплетен?

— Вряд ли отдел гражданского следствия руководствовался "просто сплетнями", заводя это дело.

Шадов обескураженно поник.

— Вы считаете, у них были определенные основания для подобных предположений?

— Считаю, — подтвердил Ставров. — Ляпецкой очень жадный и при этом чрезвычайно нетерпеливый человек. После трех лет ожидания он вполне мог задуматься над тем, чтобы "поторопить" события. Особенно, если бы посчитал, что дочь ждет наследника. Впрочем, его явно кто-то опередил. Говорят, дело закрыли несколько дней назад. Так что можете быть спокойны за дворянскую честь — она чиста перед буквой закона. — Генерал перевел взгляд с Ляпецкого на соседний "дамский" кружок, к которому поторопилась присоединиться княгиня Ивлеева. — Кстати, юноша, что за юная особа сидит рядом с Острожской? Дебютантка? Вы видели эту девицу когда-нибудь на здешних приемах? Кого-то она мне напоминает…

Шадов посмотрел в указанную сторону. Генерал сделал замечание по поводу туалета одной из дам, инкнесс ответил, и разговор плавно перешел на обсуждение присутствующих на балу женщин — тему, будоражащую умы и юные, и зрелые, и тех, у кого "бес в ребро".

Слухи об Аристархе Ляпецком довольно скоро были забыты и определенными людьми, и в целом благородным обществом, уступив место новым, более свежим сплетням. Екатерина, урожденная инкнесса Ляпецкая, и вовсе оказалась вычеркнута из памяти великосветских львиц всего за каких-то пару недель. К обоюдному удовольствию. Вероятно, и семейство Ляпецких, и все прочее благородное общество чрезвычайно удивились бы, если б узнали, что, пренебрежительно забытая всеми, Екатерина Климская счастливо поживает в маленьком провинциальном городке Коранде, в уютном двухэтажном домике с мужем и его матерью. Утром она ухаживает за маленьким садом, после обеда навещает подругу Лизу, вечером шьет на заказ пеленки-платочки, и помимо всего прочего готовиться к рождению первенца. И ничуть не переживает ни по поводу своего "отлучения" от столичного общества, ни из-за разрыва с собственной семьей, справедливо полагая, что спокойная, неторопливая жизнь с любимым человеком — лучшее, что может случиться с женщиной в этом мире.

53
{"b":"886518","o":1}