До Делоса дошли довольно быстро, и всех не пригодившихся рабов сдали оптом не мелочась. Евпл решил продать и бывших пиратов – разбойник всегда останется разбойником и брать его в свою команду будет полным безумием. Там же удалось почти выгодно продать все три корабля одному купцу, чью флотилию так сильно потрепал шторм, что он уже не надеялся ступить на сушу. На вторые сутки флотилия причалила в антиохийском порту, а управляющий Филипп начал руководить разгрузкой, отправляя товары на различные склады – портовые и домашний. Одной бойкой рабыне, внушающей доверие, было поручено наводить порядок на складах и, она, понукая помощницами, переданными ей в подчинение, взялась за работу со всем усердием. Почти сразу по прибытию Евпл опять принялся за целительство, чем и занимался ближайшие три седмицы.

В конце апреля Филипп Каллатий, подозрительно смотря по сторонам, подошёл к хозяину:

– Я несколько раз разговаривал с рабами-литейщиками, купленными тобою в Смирне. Так вот, они были удивлены тем, что увидели в твоей кузнечной мастерской, и поведали об одном секрете.

– Не темни, Филипп. Не задерживая меня и рассказывай быстрее, – поморщился Евпл.

– Среди инструментов и различных вещей, привезеных с этими рабами, имеется несколько странных чёрных камней. Оказалось, что их использование и есть секрет гильдии литейщиков, – эти камни сжигают в специальных печах и получают очень сильный жар, способный расплавить любую руду, – выложил управляющий. – Большего я понять не смог, поскольку сам никогда подобным не занимался, но мне кажется необходимым провести допрос этих рабов, дабы они рассказали больше подробностей.

Пришлось Евплу взять всё в свои руки. Оказалось, что одним из секретов производства знаменитой лидийской стали являлось использование чёрного каменного угля, добываемого только на южном побережье Эвксинского понта, и запрещённого к продаже за пределы Лидии. Но имеется и другой уголь – бурый, – который, хоть и несколько хуже чёрного, но намного лучше древесного. Поговаривают, что бурый уголь можно найти на границе Восточного домината и Сирийской провинции. Если же организовать его поставки в Антиохию, то это, несомненно, даст преимущество над местными кузнецами, поскольку можно будет самостоятельно выплавлять довольно хорошее железо из руды.

Евпл размышлял над этой новостью целый день. Да, перспектива попытки подмять под себя выплавку металла, производство оружия и других металлических изделий в Антиохии, довольно заманчива. Лидийская сталь, хоть и замечательная, но довольно дорога́, и далеко не все владельцы Сирийской провинции приобретают её для производства своих изделий. Хотя имеются и трудности – путь до предполагаемого места добычи бурого угля займёт не меньше двух седмиц, и вряд ли кто, кроме Евпла, сможет возглавить экспедицию, поскольку геологов в тех местах нет.

За прошедший месяц капитаны наняли в абордажники ещё пару дюжин человек и начали опять тренировать боевое слаживание обеих команд. Наиболее опытными из них было решено усилить состав будущей экспедиции. И не важно, что они морские рубаки – как показал недавний опыт, на суше им тоже придётся сражаться. Осталось найти караван, отправляющийся в Каппадокию, а Дарье – заняться покупкой мулов.

В июньские календы всё было готово и торговый караван с отрядом Евпла выступил в путь. На прощанье парень обнял свою жену, погладил её уже ставшим заметным животик и пообещал привезти из похода какую-нибудь редкость. Путь до Каппадокии вначале проходил по преимущественно равнинной местности, а потом холмов становилось всё больше и больше, чем караванщики были очень недовольны, поскольку увеличивалось количество мест для разбойничьих засад.

Как ни странно, но Евплу это путешествие было не в тягость – он ещё ни разу не путешествовал так долго в глубь Анатолии, и даже некоторые лишения и неудобства воспринимались с интересом. Разбойников он не боялся, поскольку с ним было полторы дюжины хорошо обученных воинов с защитными и лечебными амулетами, усиленными бронёй и оружием, да и рабы во главе с бывшим работорговцем тоже были вооружены. Вот только одно его напрягало – иногда казалось, что за караваном наблюдают, но как все не всматривались в ближайшие холмы, никого не замечали.

В одну из ночей Евплу приспичило срочно отойти по нужде. Пройдя мимо бодрствующих стражников, он пошёл в сторону большого камня, находящегося на расстоянии полёта стрелы. Ему претила привычка караванщиков справлять нужду у всех на виду, и из-за внутреннего неприятия подобного действа, парень старался уйти как можно дальше от раздражающих взглядов. За камнем находиться было несколько неуютно, но уж точно никто не увидит. Да и кому это надо – смотреть за ним в ночной темноте?!

Евпл уже было собрался возвращаться, но тут до его слуха донеслись звуки скатывающихся со склона камней. Горные козлы? Оползень? Люди? Парень вперил свой взгляд по направлению к источнику звука и увидел многочисленные пятна крадущихся людей. Разбойники! Если сейчас криком предупредить охрану, то ему будет не справиться с таким большим количеством врагов, которые кинутся на него. Пришлось пропустить их мимо, а вот на последних навесить по руне иса.

Сделано – и пять или шесть человек падают на землю с глухим звуком. Разбойники останавливаются и озираются по сторонам. Теперь их можно не только достать огненными дротиками, но и дополнительно напугать неизвестно откуда летящим огнём. На последних четверых была наложена руна соль и вскоре в темноте вспыхнул свет. Евпл громко закричал, пытаясь дать сигнал стражникам и увидел, как разбойники, услышав звуки, раздавшиеся от разбуженного лагеря, побежали в разные стороны. Ну теперь приближающихся можно просто оглушать воздушными ударами по площадям.

Где-то уже раздался звон от скрещённого оружия, восклицания раненых и прочий шум, характерный для вооружённых стычек. Кто-то из нападавших успел убежать, но раненых и убитых было почти три дюжины. Ну и как теперь объяснить караванщикам, что примерно половина от лежащих тут разбойников полегло не от ударов оружия? Да никак! Евпл не собирается что-либо объяснять, пусть принимают факт – ночное нападение на них не удалось.

Примерно полчаса ушло на обыск убитых и связывание раненых. Всё было так, как и казалось ранее, – за караваном следили и ждали, когда он остановится на ночёвку. Разбойники не опасались, что защитников было несколько больше, поскольку надеялись на внезапность ночной атаки, которая не даст обороняющимся развить это преимущество. Оставлять раненых не было никакого смысла. Трофеи распределялись честно – кто убил, тот и новый владелец вещей. Вот только брать с трупов особенно нечего, а искать их лагерь среди холмов и гор – бессмысленно, и утром путь был продолжен. В полисе Кукус пришлось разделиться – караван двинулся дальше в северном направлении, а отряду Евпла надо было начинать искать место выхода бурого угля на поверхность. Ну что же, парень уже делал подобное в Альпах, так что как действовать он знает.

Началась рутина – нелицензированный геолог ищет, а сопровождающие охраняют. Парень ранее опасался, что местные горы будут похожи на неприступные альпийские, но оказалось, что они были больше похожи на большие холмы с пологими склонами. На четвертый день было решено сделать суточный привал на берегу какой-то реки. Все устали и людям надо было отдохнуть, помыться и привести в порядок амуницию.

Пока расчистили место под стоянку, пока накормили мулов, пока начали готовить еду – начал приближаться вечер. Евпл направился к реке помыться, и поняв, что вода не очень холодна, решил искупаться. Какое-то странное чувство появилось у него и парень решил выйти на берег и вернуться в лагерь. Внезапно его голову как бы стянули металлическим ободом, Евпл упал на землю – его ноги и руки онемели. Через полуоткрытые веки он увидел, как из-за деревьев к лагерю стала приближаться группа людей, ведомая мужчиной со множеством перстней на пальцах.

Глава 25