Литмир - Электронная Библиотека

— Спасибо. Правда…

Я снова потерла глаза, зрения уже вернулось, тело снова поддавалось контролю. Я была готова уже выйти из машины, когда Миша меня спросил:

— А что произошло? Почему у тебя был приступ?

Я уже схватилась за ручку двери, когда он задал этот вопрос. Память уже ко мне вернулась, чему я была очень не рада. Лучше этого не помнить, но Миша точно не тот человек, которому я бы хотела это рассказать.

— Так бывает. Когда я тревожусь.

— А почему ты тревожишься? — не унимался Миша. Зачем ему это? Мы никогда не дружили, виделись всего пару раз. И я помню, что сейчас у них с Сашей так себе отношения.

— Моя мама разводится, — ответила я. Называть истинную причину я не собираюсь, тем более, что Миша и сам косвенно виноват в моем приступе. Но я разве могу ему это сказать?

— Хреново, — искренне ответил он, и я поняла, что он поверил. — Домой пойдешь?

Я сначала кивнула, но потом вспомнила, что Саша там, в доме. И значит, я не могу сейчас вернуться.

— Нет, я прогуляюсь.

— Куда тебя подвести?

В голове было несколько вариантов. В аэропорт? Но я не взяла паспорт. В отель? Там тоже нужно удостоверение личности. Так куда я пойду?

Я вытащила телефон из кармана джинсов и быстро нашла адрес.

— Сюда.

***

— Я тебя помню.

Ох, я его помнила тоже — бородатый татуировщик Олег — именно он сделал мою татуировку на запястье.

— Привет, — тихо ответила я, натягиваю улыбку.

— Что будем делать?

Я откинулась на кушетке и закрыла глаза — об этом я даже не подумала. Судорожно перебирая варианты, я просто покачала головой.

— Я не знаю, не решила.

Олег отложил иглу и встал.

— Я пойду покурю, а ты пока подумай. У нас сегодня есть время.

Я так и продолжала лежать на спине с закрытыми глазами. Зачем я здесь? Я же не люблю татуировки, а в итоге без ума от человека с дюжиной татуировок, а сама собираюсь сделать вторую. Это что? Перемена вкусов или помутнение рассудка?

Что мне делать, я не знала. И я сейчас не о выборе тату. Что мне делать со своей жизнью? Как дальше себя вести? Что я ДОЛЖНА сделать, а что я ХОЧУ?

Как же сложно быть взрослым! Как же я устала постоянно принимать решения, от которых зависела моя жизнь.

Я не хотела воспроизводить случившиеся пару часов назад события, но мой мозг настроен против меня — он то и дело, как вспышки, включал самые мерзкие картины. Что это произошло? Почему со мной случился очередной приступ? А вот почему…

Я сидела на кухне, когда Саша вернулся. Я сразу заметила его уход, но думала, что ему просто нужно пространство и время побыть одному после инцидента с отцом.

Но по его лицу я понимала, что дело не только в той нелепой стычке.

— Надо поговорить.

Я кивнула и пошла за ним на второй этаж. Он открыл дверь в свою спальню, пропустил меня и закрыл за нами. Мне уже было не по себе. Я догадывалась, что он хочет сказать, но пыталась держаться стойко.

— Я должен тебе это рассказать, но сначала…

Саша запнулся, потом запустил руки в волосы, сцепил их на затылке и закрыл глаза. Он покачался из стороны в сторону.

— У тебя есть другая? — несмело предположила я. Я помнила о его признании, которое, конечно, засело в моей голове. Но я не могла его винить, потому что прекрасно понимала обстоятельства. Я не вчера родилась, мы не были в отношениях. Точнее говоря, как раз эти нездоровые отношения подтолкнули его к тому, что он был с другой.

— Нет.

Меня накрыла волна облегчения. Я выдохнула и заулыбалась — нет никакой другой, нет никаких других! Он мой, и все!

Я подошла к нему, обняла за шею и встала на цыпочки, чтобы дотянуться до его губ. Но Саша стоял неподвижно.

— Я покажу тебе одно видео. Это было несколько лет назад, но… ты должна это знать.

Я напряглась, но продолжала его обнимать. Какое видео? Неужели, какое-то старое видео так важно, что он хочет именно сейчас об этом рассказать? Зачем?

— Я люблю тебя. Я бл*ть очень сильно люблю тебя, и я не могу тебя потерять.

Саша даже не смотрел на меня, его взгляд был направлен куда-то выше моей головы. Он не моргал, а лишь повторял слова о любви. Мне стало страшно — что это за видео? Что он натворил?

— Но ты должна это знать. Постарайся меня не возненавидеть.

Он взял мои руки, прижал к своему лицу, поцеловал сначала одну ладонь, а потом вторую. Он закрыл моими руками свои глаза, а потом отпустил. Тревога нарастала все больше и больше — его поведение пугало.

Он достал из заднего кармана телефон, разблокировал его, зашел в галерею и протянул мне. Я с опаской взяла, боясь даже предположить, что там такое записано, за что я должна его ненавидеть?

«Эй, Саня, смотри! В камеру, помаши».

На видео Саша выглядел не просто пьяным. Я его вовсе не видела в таком состоянии. Он развалившись сидел на диване и старался смотреть в камеру.

«Ну, что? Тр*хнул эту шл*шку?»

Я не могла понять, чей это голос. В эту же секунду послышался противный смех — видимо, вечеринка в самом разгаре, все были навеселе. В какой-то момент оператор захватил сидящих рядом, стоящих в стороне. Он сам-то не был трезв, поэтому картинка скакала. Кого-то из них я уже видела, но это, наверно, не важно. Нужно сосредоточиться на Саше.

«Ага, вот прям щас ее е*у».

Все снова засмеялись, а мне стало дико противно. До омерзения. Я хотела уже отдать телефон, но Саша стоял у окна и не оборачивался. Видимо, это не все.

Через пару секунд в кадре показался Миша. Он с разбегу плюхнулся рядом с Сашей — на нём были только трусы. Захотелось зажмуриться, чтобы не видеть обнаженное тело парня, но я продолжала смотреть.

«Улет! Такого секса у меня ещё не было».

Снова этот противный смех. Саша не смеялся, но я не уверена, что он вообще был в состоянии.

«Дашь ещё таблетку?» — спросил его Миша. Саша полез в карман, достал что-то и отдал другу. Камера продолжала скакать, я не смогла разглядеть, что это было.

Видео закончилось.

— Я ничего не поняла… — призналась я, протягивая Саше телефон. Он так и не обернулся.

— Листай. Там ещё…

Я послушно пролистала налево. Та же обстановка, но уже чуть тише. Видимо, все стали расходиться. Саша все ещё был на диване, но уже лежал. Оператора я так и не узнала, он не показывал своего лица.

«Сань, я приведу в следующий раз пару девок, запасись таблетками, выручи друга».

Саша на видео как будто и не слышал уже оператора.

«Эй, Сань… слышишь?»

Он что-то промычал в ответ.

«Вообще вы круто придумали… ты девку соблазняешь, даешь ей таблетку, она почти без сознания, а тр*хает ее уже другой. Все довольны. И она довольна, ведь не знает, кто с ней был. И эти лузеры, которым никто никогда не даст».

Саша снова замычал, а я почувствовала капельки пота на лбу.

«Только вот с Ритой… кажется, она поняла, что это был не ты. И… ей не понравилось. Она пригрозила, что пойдет к ментам и расскажет, что с ней сделали».

Саша был в отключке или просто не реагировал? Может, ситуация такая для него обыденная, что ему все равно?

«Я так понял, этот м*удила тр*хнул ее в ж*пу и что-то там порвал… это уже изнасилование. Можешь ее убедить, что это был ты? Тебе она бы дала»

У меня приступ рвоты — если я сейчас не выключу видео, меня стошнит. Но пальцы меня не слушались. Что он натворил? Как?..

«Сань, слышишь? Я ей сейчас набрал, скажи ей, что это ты был».

Саша на видео с трудом поднял голову и произнес: «Эй, детка. Не сдержался, без обид. В следующий раз будет, как ты хочешь. Давай сходим в кино?». Его голова снова упала на диван, а оператор продолжил снимать. Выходит, он его обманул — он не звонил Рите, он снимал видео, чтобы потом доказать вину Саши.

Когда я поняла, что видео закончилось, я кинула телефон на кровать и вытерла руки об джинсы, будто так могла отмыться от этой мерзости. Саша не оборачивался.

— Ты… Вы… Вы насиловали девушек?

— Не совсем так, — еле слышно отозвался Саша. Голос его дрожал.

37
{"b":"880548","o":1}