— Расскажи мне о себе, — подперев щеку кулаком, спросил Стас.

— Я даже не знаю, что тебе рассказать, — отозвалась Катя.

— Начни с главного, — предложил Стас и поднес к губам пузатый винный бокал.

— Меня зовут Катя, — с виноватой улыбкой выдала она.

— Это я уже знаю. Ладно, давай помогу. Откуда ты знаешь Киру?

— Мы учимся с ней в одной группе, она моя подруга…

— Подруга? Ты правда считаешь ее подругой? Мне кажется, между вами нет ничего общего.

— Да, ты прав. Мы совсем разные, и, наверное, она мне не подруга вовсе. Просто в университете мы проводим с ней очень много времени. В общем, нам пришлось подружиться. Хотя Кира неплохая девчонка, просто немного…

— Наглая! — вновь перебил Стас, после чего громко засмеялся, чем привлек внимание людей, сидевших за соседним столиком. — Можешь ничего не рассказывать мне про Киру. Во-первых, я знаю ее не хуже, а возможно, даже лучше, чем ты. А во-вторых, я хочу поговорить о тебе, а не о ней.

Сердце Кати ликовало. Но она старалась сдерживать бушевавшие внутри эмоции, отчего опустила голову, и каштановый локон скользнул по лицу. Катя моментально перехватила его и заправила за покрасневшее ухо.

— Ладно, не волнуйся. Давай лучше выпьем вина, — Стас поднял бокал. — Предлагаю тост! Давай выпьем за очаровательную и милую леди. За тебя!

Катя расплылась в улыбке, но уголки губ предательски дрожали. Стас оказался прав. Она действительно безумно волновалась, хотя готовилась к этой встрече как никогда.

***

В среду Катя со свойственной ей скрупулезностью перебрала гардероб и поняла, что наряда для свидания с принцем у нее нет. Пришлось звать на помощь фею-крестную. Катя знала, что у лучшей подруги Еси был не только большой гардероб, но и отменное чувство вкуса. Еще за завтраком в кафе подруги договорились, что вечером Катя придет выбирать наряд, и к ее приходу Есения уже подобрала два образа на выбор.

— Это беспроигрышный вариант, детка! — воскликнула она, разглядывая подругу в платье-футляре бордового цвета и элегантных замшевых лодочках.

— Блин. Мне кажется, оно короткое. И эти бусы, они тут вообще не в тему, — оттягивая подол платья, рассуждала Катя.

— Не зли меня! Оно чуть выше колена. Это классика «маленькое черное платье». Коко Шанель сейчас перевернется в гробу от твоей модной безграмотности! — буркнула Есения и в знак недовольства скрестила руки на груди. — А бусы вытягивают силуэт и делают образ романтичнее. Хотя зачем я это говорю…

— Еся, ну не злись. Ты же знаешь, я не умею ходить в платьях и тем более на таких высоких каблуках.

— Высоких? Да тут от силы сантиметров шесть! Ой, чего я вообще тебя уговариваю. Не нравится — надевай свои потрепанные джинсы, толстовку и шуруй к мистеру Совершенство! — махнула рукой Есения и принялась собирать разложенные вещи обратно в шкаф.

— Нет-нет! — хватая ее за руку, запротестовала Катя. — В джинсах я точно не пойду. А может, рубашку и брюки?

— Екатерина, душа моя! Вы хотите, чтобы этот мужчина стал вашим работодателем или любовником? Если первый вариант, то вот тебе белая блузка — и катись отсюда!

Есения швырнула в подругу рубашкой и демонстративно отвернулась к окну. Она рывком отдернула занавеску и прошипела себе под нос:

— А потом она спрашивает меня, почему у нее нет парня…

— Я все слышу! – отозвалась Катя.

— А толку, что ты слышишь? Ты же меня не слушаешь! Живешь в своем выдуманном мире. Катя, очнись! Перестань читать Джейн Эйр и пересматривать Золушку. Все эти мыльные истории запудрили тебе мозги. Это только в сказках принцы скачут по улицам города на белых конях в поисках прекрасных и обиженных принцесс. Может, конечно, они когда-то и были в наличии, но на наш век их явно не осталось. В книжках любовь находит девушку везде: дома, в лесу, в темнице, в подвале и на чердаке. Стоит раз сходить на бал — и ты уже закадрила холостого королевича. А если это не помогло, веди себя как неприступная скала, и он лоб себе расшибет, чтобы добиться тебя. Бред! Будешь так себя вести — по вечерам придется смотреть сериалы с котом, а не с парнем. Джейн Эйр и Золушка давно вышли из моды. В двадцать первом веке балом правят Лолиты и Красные Шапочки. Эти раскрепощенные и уверенные в себе девицы точно не переживают о длине платья и высоте каблука. Так что забудь о том, чему тебя учили в книгах, и слушай меня. Я буду твоей гребаной феей-крестной на этом балу!

— Все, все, я поняла. Я пойду в этом платье.

— Супер. И пожалуйста, распусти ты уже этот лисий хвост!

***

— Катюша, ну не смущайся ты так. Ты сегодня просто неотразима! Такое красивое платье и это украшение… У тебя исключительный вкус.

— Украшение? Ах да, спасибо, — поперхнулась Катя.

— Не стану скрывать, у меня тяга ко всему прекрасному. Но вдвойне приятно, когда внешняя сторона соответствует внутреннему содержанию. Это такая редкость в наше время. — Стас пригубил вино и, прищурив левый глаз, пристально посмотрел на Катю. — Так, значит, ты будешь журналистом?

— Да! Буду дарить людям волшебство, — подхватила она.

— Опа! А вот тут поподробнее.

— Просто моя подруга говорит, что хорошие журналисты похожи на волшебников.

— Интересное сравнение. И чем же?

— Ну, журналисты, как волшебники, помогают людям. Одни пишут и снимают про далекие страны и делают жизнь обычных людей ярче и красочнее. Другие рассказывают о главных событиях в мире, спорте, религии… Но смысл в одном: каждый журналист открывает людям глаза на что-то новое.

— Волшебники? – Стас задумался и повернул голову к окну. — А как же те журналисты, которые день и ночь роют землю в поисках грязного белья известных людей? Кто эти писаки, которые сочиняют небылицы и выжимают новость из любого удобного и неудобного случая? Тоже волшебники?

— Такие репортеры – Волан-де-Морты, — поправляя локон за ухо, закончила Катя.

— Прости, кто? — поперхнулся Стас.

— Волан-де-Морты, — повторила Катя. — Ты не знаешь, кто это?

Стас сделал удивленное лицо и покачал головой.

— И никогда не читал и не смотрел фильмы про Гарри Поттера?

— В точку! И если честно, не особо переживаю по этому поводу. Так кто этот парень? — полюбопытствовал Стас.

— Он волшебник. Очень сильный и могущественный, но только злой. В общем… — Катя нервно перебирала в руках скрученную салфетку. — Есть добрые и злые волшебники. Так вот, такие, как Волан-де-Морт, пишут всякую гадость и собирают, как ты сказал, чужое грязное белье, а есть добрые, как Дамблдор. Они освещают реальные события жизни, творят благие дела и тем самым помогают людям. Вот! — выпалила Катя и залпом осушила свой бокал до дна.

Стас посмотрел на нее, и смешливые морщинки моментально появились на его довольном лице.

– Так сколько, ты говоришь, тебе лет? — подливая вина, спросил он.

— Мне? Двадцать три! — испуганно ответила Катя, подвигая к себе наполненный бокал.

— Уф! Слава богу, — театрально выдохнул Стас. — Я просто решил уточнить, а то вдруг тебе нет восемнадцати, и мне нельзя будет тебя поцеловать, а если я решусь на это, то злой и страшный Волан-де-Морт придет и накажет меня.

Катя пристально посмотрела на Стаса и, облизнув сухие от волнения губы, ответила:

– Я думаю, мы сможем с ним договориться.

– Что ж, давай проверим? – Стас наклонился к Кате и, притянув ее подбородок к себе, поцеловал в губы.