Литмир - Электронная Библиотека

Анастасия Калько

Тиманский овраг

Посвящается «столице мира» Воркуте и ее жителям, в благодарность за замечательные впечатления от моей первой поездки за Полярный Круг летом 2023 года!

Большое спасибо Igor за стихи, подаренные Алексею!

Все персонажи и события романа являются вымышленными. Любое сходство с реальностью случайно. В заброшенном поселке Рудник нет ночного клуба. «Нерон», от пола до потолка, придуман автором. Дом с эркером является аварийным, и заходить туда в поисках несуществующего «Нерона нежелательно. А вот просто посетить с экскурсией Рудник, «вселенную Сталкера», с которой начиналась история Воркуты – гораздо разумнее.

Моя Воркута,

Светла и горда!

Даже в мороз

Хмурой зимой

Сердцем согрет

Мой город родной!

/А. Пахмутова, В. Кузнецов. "Моя Воркута" (гимн города, 1960 г.)/

Живем мы что-то без азарта,

Однообразно, как в строю.

Не бойтесь бросить все на карту

И жизнь переломить свою…

/Э. Рязанов, А. Петров. Песня из к/ф "Вокзал для двоих" (1982 г.)/

*

У Вити Уланова, Младшенького, был самый лучший день рождения в мире – так считал мальчик, садясь в мамину машину.

Сегодня Вите исполнилось шесть лет. А в сентябре он должен был пойти в школу. И мама решила сразу же купить ему школьное снаряжение, не дожидаясь лета, когда за покупками для школьников ринутся все родители и в ярмарочном комплексе бывшего ДК Крупской будет негде яблоку упасть.

– Я думаю, что вряд ли в феврале будут очереди за пеналами и рюкзаками, – весело сказала мама, прогревая мотор "крузера". – Терпеть не могу толкаться в переполненном зале и хватать первое попавшееся потому, что сзади уже очередь напирает и в затылок сопит. А ты?

– И я тоже, – ответил Младшенький настолько солидно, насколько ему позволяло детское автокресло, пристегнутое к переднему сиденью рядом с водительским. А как бы он хотел просто сесть рядом с мамой и пристегнуться ремнем, как взрослый! "Понимаю, – ответила мама, когда он поделился с ней этим желанием, – но до двенадцати лет этого нельзя. Ты ведь потерпишь еще шесть лет?" "А что мне еще остается", – вздохнул Витя, у которого речь была развита не по годам. "В школе он будет опережать своих сверстников, – заметил как-то дядя Ефим, – мда, когда отец – адвокат, а мать – топовая писательница, да и в гостях бывает интеллектуальная элита, просто не в кого быть незнайкой со стандартным, так сказать, словарным запасом!" "И еще у тебя стоит поучиться скромности!" – рассмеялась его жена Белла, которая категорически запрещала мальчику называть ее "тетей Беллой".

Наташа включила магнитолу, и в салоне зазвучала "Сказочная тайга".

– А почему звезды пьяные? – спросил Младшенький, когда начался припев. – Как это бывает?

– Это метафора, – пояснила Наташа. – В тайге зимой небо часто пасмурное, мутное, особенно в пургу, и кажется, что звезды мерцают и покачиваются, как пьяные… Ты ведь читал про тайгу?

К шести годам Витя Уланов-Младшенький давно уже читал самостоятельно, и больше всего его интересовали энциклопедии вроде "Я познаю мир". Он готов был не выпускать их из рук даже за едой или в постели. Няне Лизе не раз приходилось отбирать у воспитанника книгу и фонарь по ночам.

– Белла и дядя Ефим сейчас в тайге? – спросил мальчик.

– Нет, – Наташа выехала на набережную Обводного канала, – они с дядей Ефимом не в тайге, а в тундре, за Полярным кругом. В районе вечной мерзлоты.

Друзья семьи, адвокат Ефим Коган и его жена и коллега Белла Измайлова, часто ездили по работе на Крайний Север, где отбывали наказание их подзащитные. Сейчас у них был процесс в Воркуте в Республике Коми.

"Мамаша из меня фиговая получилась, – хохотала Белла по телефону, – вроде тебя: бегаю, задрав штаны, то в суд, то в СИЗО, то по зонам, дома почти не бываю. Ташка скоро Алину будет мамой считать, а я так – не пришей кобыле хвост!"

Таше, поздней и долгожданной дочери Ефима и Беллы, недавно исполнилось полтора года, и как раз в этот день Коган и Измайлова сели в воркутинский поезд, к подзащитному, обвиняемому в убийстве. Подследственный, водитель служебного автобуса, на беду не имел алиби на момент убийства своего соседа, работника УФСИН, человека мрачного, неуживчивого и неуравновешенного, конфликтовавшего со всем районом. "Так и на зону пойдет, но не признается, что навещал свою пассию, – разводил руками Ефим, – и даже перед угрозой приговора по 105-й, часть 2, пункты – почти весь алфавит! Вот это благородство уже не есть разумно!"

– Тут такая зима! – тарахтела Белла. – Полная полярная ночь уже прошла, но все равно светает поздно. Выходим из отеля, фонари еще горят. Темнеет сразу после полудня, и в пять часов пополудни уже черным-черно! А уж как задует пурга – хоть булыжники к поясу привязывай, прямо с ног сшибает! Фима, и тот вчера чуть не улетел. Да! Питер наш – просто курорт по сравнению с Воркутой, грех нам жаловаться. Суровый климат, не для хлюпиков, однако! А гостиница – супер! Всего 3 звездочки, выше нет, но люкс та-акой классный! Прямо Европа! Мы, правда, в нем только ночуем, а так бегаем, как тыгыдымские кони. Я уговариваю любовницу клиента дать на суде показания, ищу любопытных соседок, которые видели, как к ней кавалер заходил. Подтвердит парочка людей, что он в тот день не соседа мочил, а у дамы гостил, и оправдательный вердикт в кармане. Дело-то яйца выеденного не стоит, не такие распутывали!

Притормозив у магазина "Подарки. Родословные книги" на проспекте Елизарова, Наташа зашла и приветливо кивнула знакомым продавщицам. Пока она выбирала эзотерические сувениры для своих знакомых мужчин к 23 Февраля, Младшенький светски беседовал с одной из продавщиц.

– И давно ли ты был вот такой, – женщина показала сантиметров тридцать над прилавком, – а сейчас уже такой взрослый молодой человек!

– Я скоро пойду в школу, – важно сообщил мальчик. – Сейчас мы с мамой будем покупать все, что нужно, пока нет очередей.

– Ну, в добрый путь, в добрый путь, – заулыбались обе продавщицы.

Проходные дворы, через которые можно было срезать угол по пути к ярмарке, были засыпаны последним февральским снегом, между домами завывал и свистел по-разбойничьи северный ветер, окна залепливало снегом. А как эти дворы расцветают к концу апреля и до августа-сентября смахивают скорее на испанский квартал, чем на питерские проходные дворы! Наташа любила гогеновскую яркость деревьев и цветов в Петербурге.

На ярмарке в будний февральский день было мало покупателей. По залам бродило всего несколько человек, и никто не мешал Наташе и Младшенькому неторопливо выбирать школьные принадлежности по вкусу. Увидев покупателей, продавцы с энтузиазмом начали расхваливать свой товар.

Наташа, советуясь с Витей, выбирала ему рюкзак, тетради, ручки, фломастеры и прочее, необходимое для первоклассника.

Младшенький был воодушевлен потоком новых ощущений ("Ух ты, я как большой пошел с мамой за покупками! И это все для меня!") и даже не шалил и не капризничал. Покончив со школьными покупками, Наташа предложила сыну отнести пакеты в машину и еще немного побродить по залам, если он не устал. "Чего бы я устал?! – даже обиделся Витя. – Что я, маленький?"

И они направились гулять по другим залам, купив в автомате кофе для Наташи и горячий шоколад для мальчика.

В отделе дисков у лестницы Наташа приобрела пару очень хороших сборников рок-музыки и хитов 90-х годов – чтобы слушать в машине, в магазине ДВД – несколько фильмов и детективных сериалов, которые очень хотела посмотреть. Несколько книг; сборник японских кроссвордов у знакомого продавца, приятного пожилого мужчины с доброжелательной улыбкой; сувениры для родственников из Севастополя; аромапалочки и масла себе и Белле, пазлы для Младшенького… И к машине пришлось снова тащить два тяжелых пузатых больших пакета. "Вот так, шопоголизм заразителен, – смеялась над собой Наташа, – Белла куда ни зайдет, тут же опустошит все полки, и я туда же. Ну и дорвалась!"

1
{"b":"872196","o":1}