— Да, есть наводка — они особо указывают на группу склонных к анархии лиц, которые тайно связаны с отколовшейся от Подпольного Магического Фронта Освобождения секцией борцов за профсоюзы. Они арендовали несколько квартир на севере города, поэтому возможно покушение на кого-либо из высоких гостей, предполагают в ИСБ, — Шершнев обвёл взглядом зал. — Это означает, что мы ни в коем разе не должны этого допустить, господа! Все поняли задачу?
— Так точно! — раздался хор голосов.
— Оперативные ориентировки получите после выезда. За работу — получайте щиты и по машинам, — полковник хлопнул в ладони.
Я смотрел на него и за время речи преисполнился энтузиазма. Резво встав, двинулся к выходу — надо было поспешить в оружейную, чтобы попасть туда раньше наставницы, продемонстрировав таким образом служебное рвение.
В просторной оружейной, которая находилась на минус первом этаже нашего крыла, я был через четыре минуты — максимально быстро бежал по лестнице, стараясь огибать многочисленных офицеров и гражданских служащих. Ульяна от меня не отстала, однако когда мы спустились, помещение уже довольно быстро заполнялось людьми — открылись два лифта.
— Доброе утро, господин унтер-офицер! Прошу выдать усиленный комплект снаряжения и оружие для экипажа Три-Акация-Семь, бортовой номер «сто один», в составе лейтананта Снегиревой и юнкера Даурского, — обратился я к одному из дежурных за длинной стойкой выдачи.
Дневных экипажей мотожандармерии было пока что шестнадцать, ещё четыре — ночные, бортовые номера на машинах — от девяностого до сто десятого. В Петербурге через три месяца планировалось столько же, по слухам. На большее бюджета не было.
Ульяна прошла дальше вперёд, к другому из свободных дежурных — всего их было пять на утренней смене.
Пожилой унтер с невозмутимым видом положил на столешницу стандартный бланк-формуляр, и пока я начал его заполнять, принёс вместительную, плотную сумку с номером «сто один» на боку и начал наполнять её снаряжением из ящиков и огромного металлического шкафа.
Всё выдаваемое было пронумеровано. Ружья, личное оружие и бронежилет выдавались в самом конце, и Ирена как раз спустилась по лестнице. Она общалась с офицером Акуловой, которая как раз сдавала смену — они смеялись. Юнона стояла сзади — с наполненной оружием и снаряжением сумкой, и её вид показался мне страдальческим.
«Они должны были сдать снаряжение на двадцать минут раньше, и тогда бы Юнке не пришлось сейчас толкаться в очереди», — с легким недовольством подумал я, наблюдая за их разговором.
Через минуту они разошлись — Вероника и Юнона направились в очередь к ближайшему дежурному, поскольку сейчас уже был аншлаг, а Ирена, проталкиваясь через гомонящих коллег — ко мне.
— Оружие и снаряжение экипажа Три-Акация-Семь получено, — вытянувшись, отрапортовал я.
Она расписалась в бланке получения.
— Замечательно — вперед к машине, а я зайду в хранилище и возьму щиты, — наставница показала рукой на другой конец коридора, ведущий к гаражу.
— Есть! — вздохнув, я поцепил на руку бронежилеты, в другую взял тяжелую сумку.
— Сиятельная Ирена Николаевна, что вы думаете о наших недостаточных полномочиях в рамках работы с ИСБ? — уже отходя, я краем уха услышал и краем глаза увидел, что к наставнице подошёл малознакомый сотрудник в гражданской одежде, которого я мельком видел в зале совещаний.
Как я вспомнил, защитные антизаклинательные щиты полагались всем сотрудникам СОМЖ при режиме специального несения службы, который и намечался с десяти утра сегодняшнего дня.
«Какая не столько даже тяжеленная, сколько неудобная сумка, так и пальцы можно себе оборвать», — сейчас я испытал на себе те ощущения, к которым ещё не привык мой предшественник в этом теле — лямки были жесткие и врезались в пальцы.
Таскание оружейных сумок было почетной повинностью младших в патруле. Особенно неудобно сейчас было тащить бронежилеты, поскольку обычно Ирена сразу же забирала свой. Стиснув зубы, я всё же дотащил снаряжение до машины, которая стояла в самой середине подземного гаража.
Вскоре подошла лейтенант с темно-серыми, поцарапанными полицейскими щитами в каждой из рук. Открыв правую заднюю дверь, она не без труда поместила их в машину. Быстро облачившись в бронежилеты и нацепив личное оружие и снаряжение, мы сели в машину.
— Следи за факсотайпом, — велела она, заводя мотор. — Сегодня мы патрулируем от Дендрологического сада в направлении Мышкинского поместья и дирижаблепорта.
Факсотайпом именовалась игольчатая печатная машинка, подключенная к недавно выпущенному в мелкую серию мобилетбуку размером с чемодан. Работала система на защищенных астральных магочастотах комплекса спецсвязи — очень дорогая вещица, практически новейшая секретная разработка. Подозрительная во всех отношениях фирма императорского племянника стригла казенные деньги на этом подряде.
Через прибор отсылали-присылали ориентировки и иную информацию. Место он занимал столько, что было сложно пошевелить ногами, сидя в кресле на пассажирском месте.
«В плане технологий и комфорта это не жалкая копия моего мира, а целая пропасть!» — на миг мне стало особенно жаль моих ноута и смартфона.
Медленно выехав из подземного гаража, расположенного в левом крыле здания, Ирена пропустила заезжающие на стоянку пару гражданских машин и повернула вправо. Ещё через минуту в нас при повороте с Петровки на одну из улиц чуть не врезался мотоцикл.
— Совершенно не ко времени, — недовольно заявила офицер.
Включив на несколько секунд мигалку и звуковой сигнал, она поехала к мотоциклисту в шлеме, который через три десятка метров припарковался возле газетного киоска и уже заглушил мотор.
Глава 5
Выйдя из машины одновременно с наставницей, я поразился виду мотоцикла — желто-черная расцветка, но главное — коляска и некий блестящий ящик, лежащий в ней. Водитель, одетый в черный кожаный мотокостюм и темно-желтый шлем, уже резво встал.
«Империал-Элит, модель Семнадцать» — ничего себе, названия и модели! Московский мотоциклетный завод, весьма занятно', — прочитал я хорошо видимую надпись на баке и рассмотрел медную эмблему с надписью.
— Здравствуйте! Вы превысили допустимую скорость и создали аварийную ситуацию, сударь, — немного сбоку подошла к мотоциклисту Ирена, жестом велев мне держаться сбоку, прикрывая её от возможных агрессивных действий нарушителя.
Водитель снял шлем, и я с трудом удержался, чтобы не присвистнуть — это оказалось красивая девушка лет двадцати пяти с огненно-рыжими волосами, уложенными по бокам и сзади с помощью заколок. Женщины специально так делали для езды в шлеме.
— В чём дело, офицер⁈ — недовольно заявила она. — Я очень тороплюсь из лаборатории на полигон, у меня в оцинкованном ящике находится очень ценная деталь — магокристаллический очиститель топлива. Кристалл очень нестабильно держит потенциал, счет идёт на часы.
«Ничего себе, тон! Явно какая-то аристократическая фифа!» — ухмыльнулся я.
— Кто вы, откуда и куда едете? — уточнила лейтенант.
— Вам какое дело?
— Отвечайте, иначе я вас арестую! — с угрозой в голосе заявила Ирена, отошла на шаг и положила руку на кобуру с парализатором.
— Я — баронесса Алёна Белоорланова, вам ясно? Хотите неприятностей? — надменно процедила мотоциклистка. — Я владею экспериментальным констукторским бюро «Движители нового поколения».
— Неприятностей? — хмыкнула Ирена и чуть видимым жестом показала мне, чтобы я был наготове.
Я достал пистолет-парализатор и навёл на рыжую.
— Вы что себе позволяете, собственно⁈ — с вызовом ответила девица, поглядев на меня. — Я буду жаловаться князю Мышкину!
— Вам это не поможет! — раздраженно ответила лейтенант. — Чем вы занимаетесь?
— Я не буду отвечать без семейного адвоката! — повысила голос рыжая девица.
— Хотите на двое суток в тюрьму предварительного следствия без права каких-либо контактов? Я вас арестую в рамках статьи четвертой императорского циркуляра «О подозрительных магоодаренных», — отчеканила Ирена.