Великим князем всея Руси хан утверждал обыкновенно старшего в роде. Перечисляя пятнадцать Великих князей, княживших в периоде 1212 по 1328 гг., историк С.Ф. Платонов отмечает, что только трое из них захватили Великое княжение с явным нарушением порядка старшинства. Однако Великий князь не имел никакой силы и авторитета, другие князья не слушались и даже часто враждовали с ним, стремясь его ослабить. Споры между князьями о праве на звание Великого князя еще более разоряли и без того разоренную Русь. Южная Русь, эта колыбель России, начинает попадать под власть литовских князей. Сначала это не. вносило особых перемен в южно-русскую жизнь. Казалось, что идет лишь перемена династии и подчинение не Великому князю всея Руси из Дома св. Владимира, а Великому князю Литовскому, даже принявшему титул «Литовского и Русского». Литовские князья, садясь на русские уделы, принимали Православие и русскую культуру, женились на русских княжнах, иногда даже подчинялись не литовскому, а русскому Великому князю. Св. Довмонт – князь Литовского Дома – прославился святостью и на вечные времена сделался защитником Пскова. Но это было вначале, последовавшее затем соединение Литвы с Польшей и введение в ней католичества подвергли Южную и Западную Русь, перешедшую под другую власть, страшному порабощению. Митрополиты российские еще после разорения Киева татарами переехали на север и жили большею частью во Владимире, объезжая и другие города. Южные князья стали тогда домогаться особого митрополита. Последние знаки единой русской государственности исчезли бы, если бы не нашелся новый центр, объединивший Русь, и не изменилась вся система государственного управления. Этим центром была Москва – до середины XIII века маленький городок, а при Александре Невском доставшаяся его младшему сыну Даниилу. Мудрый св. Даниил сделал из своего маленького удела сильное и спокойное княжество. После него княжили его сыновья. Св. митрополит Петр, объезжая города, познакомился с князем Иоанном, замешавшим своего старшего брата Юрия, ведшего тогда бесславную борьбу за Великое княжение со своим двоюродным дядей святым Михаилом Тверским. Святитель полюбил князя Иоанна и прозрел будущее Москвы. Он посоветовал князю заложить каменную церковь во имя Успения Богородицы, сказав при этом: «Если меня, сын, послушаешься, храм Пречистой Богородицы построишь и меня успокоишь в своем городе, Бог благословит тебя и поставит выше всех других князей, и распространит город этот паче всех других городов; и будет род твой обладать местом сим вовеки; и руки его взыдут на плечи врагов ваших; и святители поживут в нем, и кости мои здесь положены будут». 21 декабря 1326 года святитель Петр скончался в собственноручно им устроенном гробу близ жертвенника строящегося храма. Великим князем в это время был Александр Михайлович Тверской, а Московским князем – Иоанн, наследовавший Юрию. Но вскоре в Твери народ перебил татар. Хан лишил Александра звания Великого князя и дал его Иоанну Даниловичу. Став Великим князем, Иоанн деятельно продолжал увеличивать Московское княжество, присоединяя к нему соседние уделы. Иногда употреблял оружие, иногда родственные связи, покупку, убеждения. Он требовал, чтобы и остальные князья его слушались. С татарами же умел мирно ладить и этим доставил успокоение измученной Русской земле. «С тех пор как сел он на Великое княжение, – говорит летописец, – быть тишина велика по всей Русской земле на сорок лет и престаша тзтарове воевати Русскую землю». Иоанна в его деятельности поддерживал преемник св. Петра – св. митрополит Феогност. Когда бывший Великий князь Александр Тверской отказал в повиновении Иоанну и укрылся в Пскове, митрополит Феогност отлучил псковитян от Церкви, чем заставил Александра покориться. Перед смертью Иоанн Калита разделил свое княжество трем своим сыновьям, город же Москву завещал им всем. После его смерти хан утвердил в Великом княжении его старшего сына Симеона (1341 г.). Симеон не только продолжал соединение Русской земли вокруг Москвы, но и весьма властно обращался с остальными князьями, которые прозвали его за это Гордым. С братьями своими, Иоанном и Андреем, он заключил договор, скрепленный крестным целованием на гробе отца, о том, чтобы действовать им во всем сообща и заодно. Братья обещались держать Симеона «в отца вместо», а он – советоваться с ними в важных делах. В этом договоре в первый раз удельные князья, обращаясь к Великому князю, называют его: «Господин Великий князь».

В 1353 году от моровой язвы скончались Великий князь Симеон и его младший брат Андрей. Удел Андрея перешел к его маленькому сыну Владимиру, среднему брату Иоанну, соединившему, таким образом, в своих руках две трети Московского княжества и получившего от хана ярлык на Великое княжение.

Представитель старшей линии князь Константин Васильевич Суздальский пытался было сам сделаться Великим князем, но безуспешно.

Иоанн Иоаннович был Великим князем в течение шести лет, заслужив наименование Кроткий. Умирая, он оставил двух сыновей, из коих старшему Димитрию было девять лет, и которые наследовали его удел.

Старший из Суздальских князей, Андрей Константинович не захотел искать Великого княжения: он видел, что на Руси устанавливается уже новый порядок, и идти против него считал лишь тратой времени и средств. Искателем Великого княжения явился следующий за ним по старшинству его брат, князь Димитрий Константинович. Борьба за Великое княжение закончилась, однако, тем, что Великим князем был утвержден малолетний Димитрий Иоаннович Московский. Конечно, он сам не мог отстаивать перед ханом своих прав. За него это сделали московские бояре, возглавляемые преемником св. Феогноста – святым митрополитом Алексием. Димитрий Константинович должен был смириться перед новым порядком преемства Великокняжеской власти и выдал за Великого князя свою дочь, прославленную впоследствии св. Великую княгиню Евдокию, во иночестве Евфросинию (память 7 июля). Вскоре самому Димитрию Константиновичу пришлось прибегнуть к защите Великого князя. По смерти старшего Суздальского князя Андрея младший брат Борис помимо Димитрия захватил Нижний Новгород.

Димитрий Константинович за разрешением спора обратился к Великому князю. Слова пятнадцатилетнего Димитрия Иоанновича не оказались достаточно авторитетными. Тогда, по повелению святителя Алексия, преподобный Сергий, поехав в Нижний, потребовал от князя Бориса явки в Москву и после его отказа затворил в Нижнем Новгороде все церкви. Борис должен был покориться и уступить Нижний Новгород своему брату.

При Димитрии Иоанновиче значение Великого князя весьма возросло. Самые сильные удельные князья – Тверской и Рязанский – принуждены были заключить с ним договоры, в которых признавали себя его младшими братьями, равными его двоюродному брату князю Владимиру Андреевичу. Владимир Андреевич был ближайший родственник Великого князя в боковой линии, так как младший брат Димитрия Иоанновича, Иван, умер в 1365 году, оставив свой удел брату. Владимир владел третью Московского княжества, наследованного от отца, и тоже заключил с Великим князем договоры. В них он признавал Димитрия Иоанновича своим старшим братом и отцом и обещался служить ему «честно и грозно», за что Великий князь должен был «кормить его по службе». То же повиновение по смерти Димитрия обещал Владимир оказывать его старшему сыну Василию и признавал его за старшего брата, второго сына Великого князя – братом, а младших сыновей – младшими братьями. Так договорами начал юридически закрепляться новый порядок престолонаследия. Умирая, Великий князь Димитрий Иоаннович Донской мог сделать уже неслыханное до тех пор завещание: он благословляет своего старшего сына Василия Великим княжением, которое зовет своей отчиной. Притом Великому князю Василию был определен удел, почти равный уделам его братьев, взятым вместе, и выражена надежда, что сыновья перестанут давать выход в Орду.

Василий Дмитриевич был продолжателем дела отца. Он присоединял к Москве удельные княжества, с оставшимися же еще удельными князьями заключал договоры о том, что они должны ему подчиняться и не искать Великого княжения. С Рязанским Великим князем договор был заключен от имени всех князей Московского княжества. В нем Московские князья делятся на младших и меньших братьев Великого князя. Младшими называются следующие по старшинству за Великим князем Василием Дмитриевичем его брат Юрий и их двоюродный дядя князь Владимир Андреевич, а меньшими – остальные. Рязанский Великий князь приравнивался к младшим братьям. К ним же был приравнен и Тверской Великий князь. Василий Дмитриевич заключил договоры и со своими родными «меньшими» братьями, по которым они обязывались после его смерти признать Великим князем его старшего сына. Младший брат Великого князя Юрий Дмитриевич не захотел, однако, признать нового порядка престолонаследия и решил добиваться Великого княжения после брата. Когда Великий князь Василий Дмитриевич в 1425 году скончался, оставив наследником десятилетнего сына, тоже Василия, митрополит Фотий известил об этом князя Юрия, оставшегося старшим в Великокняжеской семье, и пригласил прибыть в Москву. Юрий не пожелал подчиниться племяннику и пошел с войском на Москву. По поручению вдовы Василия Дмитриевича и московских бояр для переговоров с Юрием к нему в Галич выехал митрополит Фотий. Юрий не хотел отказаться от своих притязаний, и святой Фотий, не благословив ни Юрия, ни жителей Галича, выехал из него. По отъезде Митрополита в Галиче начался сильный мор, и Юрий был теперь уступчивее. Сначала он хотел перенести дело на ханский суд, но потом счел за лучшее признать племянника Великим князем. В 1431 году, воспользовавшись переменой обстоятельств, Юрий, однако, возбудил в Орде вопрос о своих правах на Великое княжение, но московский боярин Всеволжский ловко привлек хана на сторону Василия, и спор разрешился в пользу последнего. В 1433 году Юрию, при помощи некоторых недовольных московских бояр и военной силы, удалось овладеть Москвой и сесть на Великое княжение. Василию он отдал в удел Коломну. Но едва Василий прибыл в Коломну, к нему стали стекаться люди всех сословий. Юрий принужден был сам позвать Василия на Великое княжение и уехать обратно в Галич в сопровождении пяти человек. Юрий не оставил, однако, своих притязаний. В 1434 году он снова овладел Москвой и вскоре там скончался. Несмотря на то, что борьба велась Юрием во имя наследования престола по порядку старшинства, на Московский престол после его смерти сел его старший сын Василий Косой по праву первородства. Однако братья его не надеялись, что ему удастся удержаться в Москве, и сами послали к законному Великому князю Василию Васильевичу звать его на престол. Василий Косой бежал. Великий князь Василий занял свой престол и распределил уделы между князьями. Попытки Косого вновь коварством овладеть Москвой закончились неудачей и его ослеплением. В 1445 году Великий князь Василий Васильевич попал в плен к татарам и был отпущен за большой выкуп. Москва начала утверждать, будто Великий князь обещал отдать татарам все Московское княжество. Этим воспользовался второй сын Юрия Дмитрий Шемяка и овладел Москвой. Василий был схвачен и ослеплен. Через несколько времени Шемяка, уступая настояниям Местоблюстителя митрополии рязанского епископа Ионы, отдал ему «на епитрахиль» детей Великого князя, а самого Василия отпустил в Вологду, взяв с него «проклятые грамоты» (клятвенное обещание) не искать Великого княжения. Но как только Василий был освобожден, к нему стал стекаться народ. Игумен Кирилло-Белозерского монастыря Трифон взял на себя «проклятые грамоты», разрешив Василия от присяги. Василий двинулся с войсками в Москву, где немедленно произошел переворот в его пользу. Шемяка и его сторонники принуждены были просить мира и присягнуть Василию. Шемяка, однако, не выполнил клятвы и продолжал действовать против Великого князя. Тогда от лица всего духовенства Шемяке было отправлено послание, подписанное пятью епископами (Ростовским, Суздальским, Рязанским, Пермским и Коломенским) и двумя архимандритами. Сначала в послании напоминается о начале борьбы за Великокняжеский престол и грех отца Шемяки-князя Юрия, беззаконно возжелавшего Великого княжения, сравнивается с грехом Адама, которому сатана вложил в сердце желание быть равным Богу. «Сколько трудов перенес отец твой... но Великокняжеского стола еще не получил, чего ему Богом не дано, ни земскою изначала пошлиною (древним обычаем)». Последними словами, как отметил историк С.М. Соловьев, духовенство не только признает новый порядок престолонаследия, но и объявляет его древним правилом. Далее в послании говорится о поступках самого Шемяки, которые сравниваются с делами Каина и Святополка Окаянного, и в заключение Шемяка призывается покориться и исполнить договор с Великим князем, а в противном случае отлучается от Церкви. Войска Василия принудили Шемяку подчиниться и дать клятвенное обещание в верности.