– Мне стоит спросить, откуда ты достал такую редкость? – Кайл все же взял в руку брелок, тщательно повертев. Отчего-то волнительно стало соприкасаться с ним, и юноша поправил высокий ворот водолазки. Даже на ночь тот не надевал что-либо, открывающее шею. – Он очень старый, ему не один век минимум.
– Это очень долгая история, об этом можно книгу написать, – Эйл посмеялся. – У меня давно лежала эта штука, и я решил, что ты именно тот человек, кому она будет необходима в будущем. Нас ждет не самое легкое противостояние. К тому же, ему у меня не нравится.
– Он не духовное оружие чтобы ему что-то не нравилось, – Кайл чувствовал внутри брелока нечто странное. Необычный энергетический фон. – У меня иногда слов не хватает на тебя. Почему все потомки вашей семьи такие… невозможные? Вы делаете то, о чем даже подумать сложно, и никакие трудности для вас не преграда. Поражаюсь, честно.
– На то мы и Яры! – Ванесса посмеялась. – Я в молодости ничуть не лучше была, только с годами пришло осознание, как опасны те вещи, которые я вытворяла.
– Я слышу звуки радости и чувствую запах кексиков! – в гостиную вошел Ли Ван с рюкзаком за плечами.
– Ли Ван! – Таави вскочил с дивана. – Я принесу кружку, – он убежал на кухню, быстро возвращаясь, наливая из чайничка чай.
– Ты как раз вовремя! – Эйл обрадовался приезду друга. – У нас тут кексики от Таави и подарочки.
– Все, сегодня наш дом разберут на кирпичики. Мы оставим вас. Не разнесите тут все, пожалуйста, – Ванесса увела мужа наверх, пока тот не собрался контролировать ребят.
– Пей чай, а я переоденусь.
– Я тоже. Он меня вытащил из кровати, я до сих пор не могу проснуться, – Кайл прикрыл рот, зевнув.
– Хорошо, – Ли Ван присел на диван, начиная кушать. – Очень вкусно получилось.
– Я старался, – Таави улыбнулся. – Почему ты так рано приехал?
– Джоелл оставила маму за главную в храме, временно, поэтому ей пришлось вернуться туда рано утром. Я проводил ее и поехал к вам. Как отметили вчера?
– Замечательно. Мне очень понравилось. Так тепло на душе… И весело. А, это от родителей Эйла, – он передал парню коробочку с такими же часами.
– Ли Ван! – Эйл окликнул парня, кидая ему что-то. Юноша поймал вещицу, глядя на ключи в своей ладони. – Видел красавца у входа? Родители подарили его мне. Теперь я точно не сломаю свой транспорт. Два байка мне ни к чему, забирай старый.
– В смысле? – Ли Ван удивленно уставился на друга, не веря своим ушам и глазам тоже.
– Я очень долго копил на него и не так много ездил, поэтому он совсем новенький. Правда, Чаровница немного его потрепала, но папа все отремонтировал, там только переднюю часть поменять пришлось.
– Но это слишком дорогой подарок… Я даже водить не умею.
– Хороший стимул научиться, да? – Эйл заулыбался. – Не пререкайся, просто прими. От сердца отрываю свое сокровище!
– Спасибо. Я о нем позабочусь, – Ли Ван немного неловко улыбнулся.
– Эйл умеет смутить, – Кайл спустился к ребятам. Он повесил брелок на пояс джинс, скрывая его плащом. – Мы уже обошли весь дом, ничего примечательного не нашли.
– Может ли быть проход за камином? – Ли Ван оставил рюкзак на диване, подходя к камину, начиная осматривать его.
– Я пытался его отколупнуть в детстве, в итоге Алана схватил радикулит. Если он как-то отодвигается, то должен быть секретный механизм. Не думаю, что там что-то есть.
– Ваше поместье похоже на маленький замок, даже небольшая башня есть. Может ли комната находится в ней?
– Насколько я знаю, башня не полая. В нее можно попасть с чердака, остальное пространство заполнено строительными материалами. Я сканировал все здание и не нашел ничего, – Эйл задумался.
– Возможно, внутри стоит какой-то материал, создающий видимость, словно полости нет, – предположил Кайл. – Давайте проверим.
– Меня давно башня смущала, особенно странный способ попасть в нее. Мама говорила, что ее построили позже основного здания, поэтому вход такой. Я много раз был там, но ничего найти не смог.
– Может, мы заметим что-то, – Таави направился вперед всех.
Эйл слегка улыбнулся. Приятно, когда члены твоей команды жаждут докопаться до сути. Ребята поднялись на третий этаж, где находилась еще одна лестница, ведущая на чердак.
– А ничего не может быть среди вещей? – спросил Ли Ван. Вокруг стояло множество старого хлама, накрытого белыми полотнами. Концентрация пыли так сильно щекотала нос, что хотелось чихнуть.
– Нет, здесь ничего примечательного, – Эйл обернулся, видя паучка, спускающегося по паутине вниз. Он сдунул его в сторону ребят, убегая вперед, злобно гогоча.
Таави попятился назад, не желая попадаться в лапы насекомого.
– Вещи времен прабабушки, старые книги, одежда какая-то. Я копался здесь, когда был маленьким. Среди книг ничего, похожего на дневник, не видел. В любом случае его у Альберта отняли, и что с ним теперь неизвестно. Уже прошло слишком много лет, чтобы он сохранился в нормальном состоянии, – он подошел к небольшой скошенной дверце. Ему пришлось наклониться, чтобы пройти внутрь.
Башня выглядела как небольшое, круглое, пустое помещение с одним окном.
– Здесь никогда ничего не стояло? – Ли Ван зашел следом.
– Нет, сколько себя помню, просто пустая комната.
– Может, у вас есть какая-то семейная легенда? Или сказка? Вспоминай. Ты лучше знаешь такие вещи, – Ли Ван осматривал помещение. – Он наверняка придумал какую-то загадку…
– Солнце светит всем в окошки,
Зайчик скачет взад-перед.
Грациозно, словно кошка,
Луч рассвета к нам придет.
Покружись на месте с ним,
Сделай шаг назад.
Расскажи друзьям своим,
Как рассвету рад.
Громко хлопни ты в ладошки,
Быстро повернись.
Птичкам покроши ты крошки,
Жизни улыбнись.
Шаг назад и три вперед,
Быстрый поворот.
Тот, кто сильно тебя ждет,
Стоит уж у ворот.
Громко ноты вверх возьми,
Соло ты пропой.
И камней восьми коснись,
Быструю рукой, – Эйл прочитал стишок, задумчиво глядя в окно.
– Что это? – спросил Таави.
– Детский стишок, мы всегда использовали его как считалочку и своеобразную игру. Бабушка считает его песенкой, поэтому поет, – он подставил руку под окно, делая солнечного зайчика с помощью гладкой панели от часов. Свет упал на противоположную стену.
– «Покружись на месте с ним, сделай шаг назад, – юноша покружился и отступил. – «Громко хлопни ты в ладошки, быстро повернись. Птичкам покроши ты крошки… – он хлопнул в ладоши, поворачиваясь лицом к окну. Яр сделал движения пальцами, улыбаясь при этом. На кончиках сосредоточился малый заряд энергии. – Шаг назад и три вперед, быстрый поворот, – он отступил назад, после подходя ближе к окну, снова разворачиваясь в сторону стены. – Громко ноты вверх возьми, соло ты пропой. И камней восьми коснись»… – юноша ненадолго замолчал, сосредотачиваясь, после чего громко взял ноты от «до» до «си».
Он протянул руку и тремя сложенными пальцами быстро начертал в воздухе символ. Несколько камней засветились, образуя меж собой восьмиконечную звезду. Свет от нее упал на пол, заставляя несколько плит опуститься ниже, открывая проход к лестнице. Ребята переглянулись.
– Вау, – Таави рассматривал сияющую стену. – Просто вау! Сколько поколений вы передавали этот стишок, и никто даже не подумал, что это инструкция к активации тайного хода.
– Сам в шоке. Как же я раньше не додумался до этого?! Октаграмма… Символ физического и духовного. Несомненно, он сделал эту тайную комнату и наверняка сам приказал пристроить башню к дому. Идемте, – Эйл стал спускаться вниз, ведя за собой друзей.
Узкая, витая лестница спускалась до подвала, а Яр использовал шарик энергии, дающий немного рассеянного света. Судя по строению дома, та проходит между внешней и внутренней стенами. Ребята оказались в небольшом, пыльном помещении. Там стоял один проржавевший железный стол, а рядом с ним сундучок средних размеров. Эйл прошел к деревянному ящику, крутясь вокруг него. Юноша открыл крышку. За столько лет тот весь рассохся и больше напоминал труху.