Синдж была слишком деловитой. И возможно, негодовала, что я вторгся в ее тихий, упорядоченный мир.
30
На втором этаже моего обиталища было четыре спальни.
Самая большая, в передней части дома, считалась моей. Комната Дина занимала всю заднюю часть здания, кроме кладовой и площадки под лестницу. Синдж принадлежала лучшая из оставшихся комнат, к западу от главного коридора, по площади почти как у Дина. В четвертой комнате – гостевой – помещались редко используемая кровать и множество вещей, которые стоило бы выбросить. Раньше мы время от времени прятали там кого-нибудь.
В моей комнате имелось два настоящих застекленных окна. Без задвижек, потому что злодеям нелегко было бы добраться до этих окон. Оба выходили на Макунадо-стрит.
Окно восточнее с тем же успехом могло бы и не существовать. Я никогда его не открывал и редко из него выглядывал. Другое, у изголовья моей кровати, видывало кое-какие действия. Когда-то давным-давно я глазел в него, размышляя. Сегодня ночью, как всегда в теплую погоду, оно было приоткрыто на несколько дюймов, чтобы в комнату проникал свежий воздух.
Мне нравилось спать в прохладе.
Этой ночью была такая возможность. После заката температура резко упала. Один раз я проснулся, чтобы добавить легкий плед к простыне, которой раньше вполне хватало, чтобы укрыться.
Позже я снова проснулся и воспользовался ночным горшком, выпустив на волю выпитое пиво.
Потом проснулся в третий раз – мне требовалось одеяло поплотнее, а мочевой пузырь готов был взорваться.
Днем и вечером небо было затянуто облаками. Теперь оно очистилось. Свет невидимой луны лился на крыши, превращая их в странный волшебный ландшафт.
Мой прицел был менее чем идеальным. Я начал с того, что промахнулся мимо ночного горшка. Отвратительно. Я злобно пробормотал что-то невнятное, что должно было быть призывом к Покойнику. Понятия не имею, что, с моей точки зрения, он должен был сделать. В любом случае я не получил ответа.
И тогда я увидел привидение.
Призрак плавно появился из ночи и приблизился к моему окну, как вампир во сне.
– Вампиры не умеют летать, – напомнил я себе. – Они просто очень далеко прыгают.
Вампиры могли прыгать в высоту и в длину, но не порхали, как летучие мыши. И они не превращались в летучих мышей, как бы им ни хотелось, чтобы жертвы верили в такую их способность.
Я успокоился, закончил свои дела, составил план, как все вымою, прежде чем Синдж или Дин обнаружат улики. Проверил окно – и почти запаниковал.
Летающая женщина была все еще здесь, ее волосы и платье развевал ветерок. Она была одета во что-то легкое и белое. При свете луны это заставило меня подумать о модном саване. Напомнило, что носили невесты вампира в гнезде во время того приключения, когда я впервые столкнулся с Тинни Тейт.
Мой слух приказал долго жить. Я услышал свое имя. Мозг стряхнул сон, чтобы сложить все детали вместе.
Это была Бегущая по ветру, Поток яростного света. Она желала попасть внутрь.
Естественно, я знал, что вампиров, как и большинство злых существ, следует пригласить войти. Припомнил свою реакцию на эту женщину, когда наши пути пересеклись в прошлый раз.
По ее виду было непохоже, чтобы она задумала обольщение. Женщина выглядела обеспокоенной.
Я поднял створку окна как можно выше – ненамного выше, чем было. И зажег лампу.
Бегущая по ветру, тонкая, как тень, проплыла через оконную щель.
Я устроился на кровати и ждал, надеясь, что ей не понадобится пройти мимо ночного горшка.
Она огляделась, спихнула с кресла мою грязную одежду и устроилась в нем. Выключила лампу.
– Часовой может озадачиться, увидев свет.
Это если он не заметил летающую женщину в ночной рубашке, проскальзывающую в окно.
– На сей раз ты ни на чем не летаешь.
– В метле нет необходимости.
Бегущая по ветру заметила мой интерес к ее облачению.
– Король давал бал в Летнем зале. Я была среди приглашенных. У него легкая одышка, – сказала она негромко.
Значит, на ней не ночная рубашка.
– Понятно.
Следуя ее примеру, я понизил голос:
– А теперь ты здесь.
– Да. Мне было по пути.
Только если она следовала самым окольным маршрутом.
31
– Я боюсь. Происходит что-то странное. Это вне моей власти. Я плохо справляюсь с подобного рода обстоятельствами.
Бегущая по ветру говорила так, будто хотела, чтобы я понял, а не так, будто хотела, чтобы ее утешили, – однако она была рядом, и потому мои мысли устремились именно в этом направлении.
– Я в недоумении, но слушаю.
– Другими словами, я не уверена, в чем моя проблема. Просто знаю, что проблема приобретает форму. Кроме способности разгуливать по воздуху, я обладаю интуицией, но она срабатывает не всегда. Я не могу контролировать ее и не осмеливаюсь на нее полагаться. В данный момент я интуитивно чувствую, что готовится что-то очень черное. Могущественные люди пытаются это скрыть. Я не могу понять почему.
– А ты сама не одна из таких людей?
У нее был искренне недоумевающий вид.
– О чем ты?
– В прошлый раз, когда я впутался в странные дела, включающие секретные лаборатории и незаконные эксперименты, твоя дочь и ее друзья были в центре событий. Ты и твой отец помчались сломя голову, чтобы убедиться, что их не съедят живьем за их глупость.
– На этот раз Кивенс ни при чем. Я сомневаюсь, что это вообще касается кого-нибудь из Клики.
Банда подростков, гениальные дружки Кивенс, именовали себя Кликой.
– Почему мне кажется, что ты пытаешься убедить саму себя?
– Признаюсь. Кивенс действительно мне лжет. Когда я с ней вижусь. Чего теперь почти не случается.
– Она с тобой не живет?
– У нее есть свое обиталище. Не думаю, что она извлекла хороший урок в прошлый раз. Боюсь, кое-кто из ее другой компании может быть замешан в это дело. Или знает того, кто замешан. Но Кивенс ничего об этом не скажет.
– Солидарность подростков. Но замешан в чем?
– Именно.
– Солидарность подростков обычно рушится перед лицом реальных последствий.
– Не думаю, что Кивенс во что-то вовлечена. – Бегущая по ветру несла вздор, выдавая желаемое за действительное. – Но она может быть близка к тому, кто вовлечен. Я не хочу на нее давить. Наши отношения сложные и хрупкие.
– Знаю. Но почему ты явилась сюда?
– Позволь объяснить, как я провела последнюю неделю. – И она немногословно обрисовала ситуацию. – Когда дела на окраине Квартала Эльфов пошли прахом, принц Руперт попросил меня взяться за расследование. Оно закончилось тем, что мы нашли склад, где кто-то использовал части тел мертвецов, чтобы собирать на заказ зомби.
– Синдж мне рассказала.
– Я так и думала. Ей велели отойти и держаться подальше еще раньше, чем мне.
– Да?
– Что она сказала о том адском месте?
Я кратко передал рапорт Синдж.
Поток яростного света произнесла:
– Девочка, которая жила там и спала с плюшевым медведем, не была пленницей.
Пулар также не сомневалась, что в той комнате обитала девочка.
– По мнению Синдж, она была маленькой.
– В смысле подготовки к жизни в обществе, вероятно. Но ни у одного ребенка не хватило бы силы и знаний сделать то, что делала она.
Я поразмыслил и сказал:
– Старуха. Запряженная козами повозка. Что-то вело себя как гигантский слизняк – и, может, на самом деле им было. Два мертвеца, погубленные колдовством…
– И они исчезли. Мне не дали к ним подойти. Старуха тоже исчезла. Повозка и козы девались туда же, куда мертвецы.
– С тех пор ничего не случилось.
Я догадался об этом потому, что мне не пытались скормить никакую туфту.
– Ничего.
– Но ты беспокоишься о Кивенс. В тебе крепнут смущающие подозрения.
– Вообще-то нет. У меня есть кое-какие страхи. Мне нечем было их подпитать, и это хорошо. Но интуитивно я убеждена, что мы имеем дело с кем-то юным, женского пола, могущественным, злым и совершенно аморальным.