Индия не хочет, чтобы Непал, в котором доминируют маоисты, в конечном итоге контролировался Китаем, но знает, что деньги и торговля Пекина покупают там влияние. Возможно, Китай в настоящее время мало заботится о маоизме, но он достаточно заботится о Тибете, чтобы дать понять Индии, что она тоже может позволить себе выплаты по долгосрочному страховому полису. Любое "вмешательство" в Тибет может быть встречено "вмешательством" в Непал. Чем больше Индия будет вынуждена концентрироваться на малых государствах по соседству, тем меньше она сможет концентрироваться на Китае.
Другой проблемой между ними является северо-восточный индийский штат Аруначал-Прадеш, на который Китай претендует как на "Южный Тибет". По мере того как растет уверенность Китая в своих силах, увеличивается и площадь территории, на которую он претендует. До недавнего времени Китай претендовал только на район Таванг на крайнем западе штата. Однако в начале 2000-х годов Пекин решил, что весь штат Аруначал-Прадеш является китайским, что стало новостью для индийцев, которые осуществляют суверенитет над ним с 1955 года. Притязания Китая носят отчасти географический, а отчасти психологический характер. Аруначал Прадеш граничит с Китаем, Бутаном и Бирмой, что делает его стратегически выгодным, но этот вопрос также ценен для Китая как напоминание Тибету о том, что независимость не имеет смысла.
Это послание Индия также вынуждена периодически направлять в некоторые регионы своей страны. В стране существует множество сепаратистских движений, некоторые из них более активны, некоторые дремлют, но ни одно из них не похоже на то, что они достигнут своих целей. Например, движение сикхов за создание государства для сикхов из части индийского и пакистанского Пенджаба на данный момент затихло, но может вспыхнуть вновь. В штате Ассам существует несколько конкурирующих движений, включая бодоязычное население, которое хочет создать свое государство, и мусульманские Объединенные тигры освобождения Ассама, которые хотят создать в Ассаме отдельную страну для мусульман.
Существует даже движение за создание независимого христианского государства в Нагаленде, где 75% населения составляют баптисты. Однако перспективы достижения Национальным советом Нагаленда своих целей столь же далеки, как и земли, которые он стремится контролировать, и это, похоже, относится ко всем сепаратистским движениям.
Несмотря на эти и другие группы, стремящиеся к независимости, сикхское население, насчитывающее 21 млн. человек, и мусульманское меньшинство, составляющее, возможно, 170 млн. человек, Индия сохраняет сильное чувство собственного достоинства и единства в многообразии. Это поможет ей в дальнейшем выходе на мировую арену.
Мир настолько восхищен ошеломляющим ростом могущества Китая, что его сосед часто остается незамеченным, однако Индия в этом столетии может соперничать с Китаем в качестве экономической державы. Это седьмая по величине страна в мире, вторая по численности населения. Она имеет границы с шестью странами (семь, если включить Афганистан). Она имеет 9000 миль внутренних судоходных водных путей, надежное водоснабжение и огромные площади пахотных земель, является крупным производителем угля и обладает полезными запасами нефти и газа, хотя всегда будет импортером всех трех видов топлива, а субсидирование расходов на топливо и отопление истощает ее финансы.
Несмотря на свои природные богатства, Индия не успевает за ростом Китая, и , поскольку Китай сейчас выходит на мировой рынок, эти две страны могут столкнуться друг с другом - не на сухопутной, а на морской границе.
На протяжении тысячелетий регионы современного Китая и Индии могли игнорировать друг друга из-за особенностей рельефа. Проникнуть на территорию друг друга через Гималаи было невозможно, к тому же пахотных земель у каждого из них было более чем достаточно.
Однако теперь, с развитием технологий, каждая из стран нуждается в огромном количестве энергии; география не дала им таких богатств, поэтому обе страны были вынуждены расширить свои горизонты и выйти в океаны, где и столкнулись друг с другом.
Двадцать пять лет назад Индия начала проводить политику "взгляда на Восток", отчасти в качестве блокады против неминуемого, по ее мнению, возвышения Китая. Она "взяла дело в свои руки", резко увеличив объем торговли с Китаем (в основном импортной) и одновременно наладив стратегические отношения в том регионе, который Китай считает своим внутренним двором.
Индия укрепила свои связи с Бирмой, Филиппинами и Таиландом, но что еще более важно, она сотрудничает с Вьетнамом и Японией, чтобы противостоять растущему доминированию Китая в Южно-Китайском море.
В этом у нее появился новый союзник, хотя и держащийся на расстоянии - Соединенные Штаты. На протяжении десятилетий Индия подозревала, что американцы - это новые британцы, только с другим акцентом и большими деньгами. В XXI веке более уверенная в себе Индия в условиях все более многополярного мира нашла причины для сотрудничества с США. Когда президент Обама присутствовал на военном параде в честь Дня Республики в 2015 году, Нью-Дели не преминул продемонстрировать свои новые блестящие транспортные самолеты C-130 Hercules и C-17 Globemaster, поставленные США, а также танки, поставленные Россией. Две гигантские демократии постепенно сближаются.
Индия имеет большой, хорошо оснащенный современный военно-морской флот, включающий авианосец, но он не сможет конкурировать с огромным флотом "голубой воды", который планирует Китай. Вместо этого Индия объединяет свои силы с другими заинтересованными сторонами, чтобы вместе они могли если не доминировать над китайским флотом, то хотя бы затмить его, когда он будет плыть по китайским морям, через Малаккский пролив, мимо Бенгальского залива и вокруг оконечности Индии в Аравийское море к дружественному порту Гвадар, построенному Китаем в Пакистане.
В случае с Индией все всегда возвращается к Пакистану, а в случае с Пакистаном - к Индии.
ГЛАВА 8. КОРЕЯ И ЯПОНИЯ
КАК РЕШИТЬ ТАКУЮ ПРОБЛЕМУ, КАК КОРЕЯ? ВЫ НЕ РЕШАЕТЕ, ВЫ просто управляете ею - в конце концов, в мире происходит много других вещей, требующих немедленного внимания.
Весь регион от Малайзии до российского порта Владивосток нервно наблюдает за проблемой Северной и Южной Кореи. Все соседи знают, что она может взорваться, втянув в себя другие страны и нанеся ущерб их экономике. Китайцы не хотят воевать на стороне Северной Кореи, но они также не хотят и единой Кореи с американскими базами вблизи своей границы. Американцы не очень хотят воевать за южнокорейцев, но и не могут позволить себе, чтобы их считали уступившими другу. Японцы, с их давней историей участия в событиях на Корейском полуострове, должны вести себя осторожно, понимая, что все происходящее, скорее всего, коснется и их.
Решением проблемы является компромисс, но к нему мало склонны в Южной Корее и совсем не склонно руководство Северной. Путь вперед совершенно не ясен; кажется, что он всегда остается за горизонтом.
В течение нескольких лет США и Куба танцевали друг вокруг друга, намекая на то, что хотели бы танцевать танго без танго, что привело к прорыву в восстановлении дипломатических отношений в июле 2015 года. Северная Корея, напротив, не обращает внимания на просьбы потенциальных женихов взять слово и иногда корчит рожи.
Северная Корея - нищая страна с населением около 25 млн. человек, во главе которой стоит морально коррумпированная, обанкротившаяся коммунистическая монархия, поддерживаемая Китаем, отчасти из опасения, что миллионы беженцев хлынут на север через реку Ялу. США, опасаясь, что вывод войск станет неверным сигналом и подстегнет северокорейский авантюризм, продолжают размещать в Южной Корее почти 30 тыс. военнослужащих, а Юг, испытывая смешанные чувства по поводу риска для своего процветания, продолжает предпринимать мало усилий для воссоединения.
